А потом усталость. Она навалилась на меня неожиданно, разлилась по всему телу, и я погрузилась в сон, уткнувшись носом ему под мышку и вдыхая его запах, который меньше чем за сутки стал для меня таким родным, таким знакомым.
* * *
Разбудил меня внутренний толчок. Я лежала и придумывала ему определение, когда услышала раздраженный голос Алекса. Он стоял на палубе и разговаривал с кем-то по телефону.
Я не хотела подслушивать чужие разговоры, но этот диалог шел на повышенных тонах.
— Я понимаю, что не оправдал твоих надежд и не стал для тебя опорой! Что не дал детей, о которых ты просила, а единственный сын, который есть, сейчас далеко и от меня, и от тебя. Но я не герой твоего романа. Я понимаю, что ты от меня никуда и мне от тебя никуда не деться, но хоть перед подружками похвастаться хватает? — он тяжело вздохнул, — Я тоже тебя люблю.
Я села на кровать и зажала рот руками. На душе было гадко.
— Поздравляю тебя, Алексеева! — заржал мой мозг голосом физрука со школы. — Ты полный лузер! Тебя только что поимели, как последнюю дурочку! А ты ещё и плакала от счастья! У этого подлеца есть жена и сын, а ты тогда кто? Подсказать или сама догадаешься?
— Александр Игоревич, — кто-то из команды подошел к Алексу. — На нас движется штормовой фронт. Мы получили предупреждение и рекомендации немедленно возвращаться в порт.
— Сколько у нас времени, Денис Сергеевич?
— Не больше четырех часов. Мы успеваем войти в порт и пришвартоваться.
— Разворачивай «Лайзу». Бери курс на Сочи.
Что-то царапнуло меня изнутри, какая-то деталь, но нет, разум, видать, на меня обиделся и не желал включаться в сеть. Но даже моей дурости хватило на то, чтобы отвернуться к стенке и притвориться спящей, за секунду до того, как Алекс вошёл в каюту. Нужно было немедленно придумать план, до осуществления которого у меня было всего пять часов.
Глава 11
Через три часа меня просто подбросило на кровати. Я села и огляделась. Алекса рядом не было.
— Слава богу! Вот кто-кто, а ты-то мне сейчас совсем тут не улыбаешься! — буркнула я.
Я встала и заметалась по каюте. Нырнула в шкаф и достала оттуда футболку, натянула на себя. Перерыла пару полок, нашла шорты. Одела. Великоваты, но, о чудо, они на кулиске! Затянув их потуже, получила то, что надо. В ящике для мелочей взяла пару новеньких носков. Ну и что, что по колено! Главное, удобные и мягкие.
На цыпочках подошла к двери и приоткрыла её. Надвигался шторм, ветер был порывистый и мокрый. Капли начинающегося дождя уже барабанили по палубе. Я прикрыла дверь и, прижимаясь к обшивке, быстро добралась до ступенек. Спустилась на главную палубу. Пробежала вдоль стены и снова по ступенькам вниз, пока не оказалась на нижней палубе.
Береговые огни были совсем рядом, метрах в ста, не больше. Ветер не сильный, дождь только начинался. Прикинув расстояние, поняла, что сейчас самое время покинуть борт «Титаника» и скрыться в пучине морской, как Сердце океана.
Теперь нужно было добраться до плавательной платформы. Где-то наверху раздались голоса, среди которых я явно услышала голос Алекса. Злой и громкий.
— Обыскать всю яхту! Найдите её немедленно!
Я рванула вперед, спотыкаясь на мокрой палубе, к платформе, пальцы соскальзывали с рейлингов. Топот бегущих ног слышался уже над головой. Выбежав на платформу, я, не останавливаясь ни на секунду, с разбега ласточкой ушла в воду.
Сильными гребками я разрезала воду, удаляясь от яхты всё дальше и дальше. Господи, мамочка, спасибо тебе, что заставляла меня ходить в бассейн до получения звания мастер спорта! Мышцы вспомнили каждое движение. Мощным брассом я за несколько минут добралась до берега и выскочила на песчаный пляж. Огляделась по сторонам. Слева от меня яркими огнями переливался «Эпикурион».
Необходимо было незаметно пробраться в номер, где, скорее всего, на ушах стояли мои подружайки, в радости и счастье обмывающие мою потерянную девственность. На разговоры с ними и рассказ о том, где я была и что делала, не было ни сил, ни желания.
Оставалось только одно. Сидеть в саду часов до двенадцати ночи, потом через служебное помещение попасть в отель и, воспользовавшись черной лестницей, подняться на тринадцатый, мать его, этаж. Проникнуть незаметно в номер, взять свою сумку, опять спуститься по черной лестнице, благо спускаться легче, вызвать такси и дуть в аэропорт! Лишь бы были ближайшие рейсы до Питера!
Пробежав по берегу, я оказалась в парковой зоне отеля. Знакомое окно так и осталось открытым, а платье так и висело сиротливо на задвижке. Вроде и не было ничего. Но сладко ноющие мышцы, о которых я даже и не подозревала, говорили обратное, было и ещё как. Я застонала и почувствовала его прикосновение к обнажённой коже шеи. Вздрогнула и обернулась. Никого. Зато мои глаза увидели лестницу! Небольшая складная лестница стояла возле хоз. помещения сразу за кустами гибискуса.
Не прошло и пяти минут, как я отряхивала колени, стоя в комнате, из которой чуть больше суток назад совершила эпичный побег из курятника, полностью перевернувший мою жизнь.
Провернув ключ, я открыла дверь и выглянула в коридор. Тишина, ни одной живой души. Отлично. Выскользнув из подсобки, я быстро пробежала по коридору, оставляя на ковре мокрые грязные следы.
Дзыньк.
Рядом со мной остановился служебный лифт. Двери открылись, и из него вышла усталая горничная, которая на меня не обратила никакого внимания. Бурча что-то о свиньях во фраках и проститутках, она прошла мимо меня, толкая перед собой тяжелую тележку с бытовой химией и комплектами чистого постельного белья.
— Слава богу, рабочий день закончился, сейчас скину эту долбанную униформу и домой, Макс уже заждался на парковке.
Бубнила она, а у меня в голове созрел план, поражающий своей классической новизной. Следуя бесшумно за ней, я подошла к служебной раздевалке и из-за угла следила за тем, как она, оставив тележку на небольшой площадке, зашла в комнату.
— Ну давай же, быстрее, тебя Макс ждет! —
