- Как и прошлый раз, я долго лазил по округе, однако в один момент передо мной возник Бог Тьмы. Через секунду я почувствовал, что рядом кто-то есть, а затем недалеко от нас трава и земля исчезла. Вместо них появилась колоссальных размеров нора, из которой и полезли эти… Хранители. Сейчас, после твоего рассказа про Озеро, я многое понимаю. Тогда же я лишь выполнял Волю Покровителя. Он попросил меня спуститься, так что я не знаю, о чем он говорил с Хранителями и Шаманом. Может быть, тоже дал имя их шаману?
Слушая Берга, и я склонялся к этой мысли. Еще думал о том, что Старик отправил лучника в Корс до того, как я нашел озеро с квакшами. Стало быть, Бог Тьмы и без меня собирался искать источники энергии. И местоположение этих двух он знал точно. Возможно, знает и другие места, но, видимо, далеко не все, иначе отправил бы меня к квакшам прежде, чем их начало пожирать Тление. Но все-таки в Корсе Бог Тьмы ничего не обнаружил… значит не «знал», а «предполагал»? Или источник действительно был в тех землях когда-то давно, Бог Тьмы решил проверить, однако сейчас ничего не обнаружил. Иными словами, источник либо иссяк, либо его уничтожили, но не истлевшие, а кто-то другой.
Когда Берг рассказывал свою историю, я испытывал странное чувство. Зависть? Или ревность… сложно сказать. Вроде бы хочется быть главным исполнителем Старика, то есть ревную к Бергу, а вроде бы завидую Богу, стоящему над нами и раздающего нам указания.
А, может быть, имеет место банальная обида. Раньше Старик все «мальчик, мальчик», а когда благодаря моим стараниям набрал силу и вес, так стал руководить другими, поддерживать с ними связь, а со мной долгое время совсем не разговаривал.
В тот миг я мысленно одернул себя, невольно вспомнив легенды своего мира. Был у нас один парень, который ревновал других Последователей к Богу, а в итоге повесился…
- И ты с этими медведями больше не общался? - быстро задав вопрос, я попытался избавиться от докучливых дум и сосредоточиться на сборе информации.
- Общался, - улыбнулся Берг, - я не видел, что происходит на холме, но вскоре Бог Тьмы поблагодарил меня, велел дождаться Хранителя, а после найти ночлег в ближайшем городе и ждать дальнейших указаний. Я так и сделал, и через несколько минут за мной спустился один из медведей и в знак благодарности передал это, - лучник поочередно материализовал три валуна. Каждый из них на глаз был сантиметров сорок пять в диаметре – практически полностью займет стандартный слот инвентаря.
Хранилище сути.
Так были подписаны все камни.
Я незамедлительно скастовал «Спокойствие Тьмы» на одном из валунов. Камень почернел, будто сама Тьма обрела форму, а его идентификационная надпись изменилась на:
Порошок «Простого Спокойствия Тьмы» (14759 порций).
Мне некогда было заниматься алхимией в тот момент, поэтому я наполнил магией два других Хранилища и хотел уж было все забрать себе, когда Берг, догадавшись о моих намерениях, продолжил рассказ.
Направляясь в ближайший город, он двигался через лес и попал в засаду. Те, кто организовал ее, были мастерами своего дела. Бергу же дать отпор помешал день и яркое солнце. В сумерках, а уж тем более ночью, способности, дарованные ему Богом Тьмы, не позволили бы попасть впросак.
- Я ни за что бы не попался разбойникам, - убеждал меня Берг, - ведь я рейнджер. Я сразу понял, что эти люди тоже. Мне показалось странным, что кто-то их уровня прячется в глухом лесу – войска здесь не ходят. Возможно, я бы смог от них сбежать, но решил не рисковать, а заодно и попытаться разобраться, что здесь происходит. Я уже слышал о гонениях на Последователей Рюгуса. Думал, вдруг получится раздобыть ценные сведения. И…- на этом моменте Берг замялся, однако быстро продолжил: - Я помолился Богу Тьмы и верил, что он присмотрит за мной и не позволит лезть туда, куда определенно лезть не стоит. И знаешь, он ответил, что присмотрит и вытащит меня, если потребуется.
Мне стоило огромных усилий, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица. Ведь сколько бы я ни обращался к Богу Тьмы с подобными вопросами, он никогда не отвечал словами. Кроме того, Берг ни разу не сказал, что Старик списывает с него Очки Веры…
- Ну и что было дальше? - спрашивал я.
Лучник вступил в переговоры с незнакомыми рейнджерами и даже смог убедить тех, что у него есть ценные сведения, которые могут быть интересны их лидеру. Даже сам предложил завязать себе глаза, чтобы не видеть дорогу к убежищу. Берг не сомневался в словах Старика. За последнее время уж очень они сблизились…
В итоге Адепт Бога Тьмы оказался в лагере, заполненным голодными и ранеными людьми. Уж не знаю, сам Старик предчувствовал такой исход или ему просто-напросто не чуждо человеческое любопытство. Однако в простое совпадение верится с трудом.
Бог Тьмы велел Бергу спросить у лидера, чем тот готов заплатить за исцеление своих людей. Многие из несчастных были отмечены «ранами» и долгоиграющими «Эффектами Тления».
«У меня ничего нет, кроме своей жизни и ответственности за них, - устало ответил Казимир Бергу. - Могу отдать и то, и другое».
В этот момент перед будущими Последователями и появился Бог Тьмы. Хронологически это произошло за полдня до битвы за Ильенту. Старик был еще здоров и в обмен на клятву верности исцелил своим массовым божественным «Спокойствием Тьмы» всех людей бывшего князя. И тут же исчез. Полагаю, чтобы никто не увидел накатившую на него слабость. Если подумать, может быть, отчасти и из-за этой медицинской помощи нуждающимся, на которую он потратил свои силы, в бою один на один Аэрида сильно потрепала Бога Тьмы.
Казимир был княжичем одного из северных княжеств, входящих в Союз. Полноправным князем он стал, как рассказал сам новоявленный Адепт Бергу, буквально на час. Истлевшие напали на город, отец Казимира пал, отдав последний приказ – спасаться. А через час города не стало. Твари Тления продолжали двигаться на юг, пожирая все на своем пути. Княжество было поглощено полностью, как и часть территорий соседей.
Удирая от непобедимой скверны, Казимир вместе с остатками отцовской дружины и выжившими горожанами гнали с насиженных мест селян, попадавшихся им на пути. Молодой князь сделал все, чтобы спасти как можно больше жизней.
Однако никто не хотел приютить у себя выживших. Другие князья были не прочь заполучить к себе
