контрразведывательные мероприятия проваливались, по вине ревнивых жен. И учтите, если такое случится, виноваты, будете вы, а не ваша жена.
-Учту,
-Вот и отлично, в управление вам ходить не придется, встречаться со мной, и представлять отчеты о проделанной работе, будете здесь. Через полчаса подойдет капитан Ивлев, генерал вас представит, вы познакомитесь, и дальше будете выполнять его поручения. А мне пора, - вышел из-за стола полковник, - до встречи Петр Васильевич, а вам, удачи лейтенант!
Попрощавшись, ушел полковник, хлопнула входная дверь, Торшин и Григорьев вернулись за стол.
-Вам Леша повезло, - генерал налил себе в чашку свежего чая, - с таким мастером контрразведки, многие мечтают работать, если он это дело удачно закончит, то быть ему генералом. А о вас он высокого мнения, если не разочаруете его, то он вас к себе работать возьмет, а это верное начало успешной карьеры. Вы думаете о карьере Леша?
-Думаю, - признался Торшин и поспешно уточнил, - Всегда хотел серьезными делами заниматься, а не на станции прослушивания казенные штаны протирать. А вот этот полковник он что карьерист?
-Конечно, только он свой успех на реальных делах строит. Раз вам с ним работать, то расскажу вам об одной операции, она его прекрасно характеризует.
Стало известно нашей службе, от зарубежного источника, что наши заокеанские «друзья», завербовали одного служащего, человечек так себе, доступа к серьезной информации не имеет и ничего из себя не представляет. Дают ему кличку «Дешевка», устанавливают оперативное наблюдение. Человечек этот, знакомится с одним ученым, причем не просто знакомится, а просто навязывается ему в друзья. Ученый по своему воспитанию, просто послать его не может, присутствие его терпит, тем более что у них и общие интересы имеются. Ученый известный коллекционер, он часики собирает, а человечек, ему редкие часики достает, в том числе и с корпусами из драгоценных металлов. Ученый работает в закрытом НИИ которое занимается системами комической навигации, цель исследования точное наведение на цели баллистических ракет. Естественно, Ученый находится под контролем нашей службы. Вот Всеволодов, тогда еще майор, этот оперативный контроль и осуществлял.
Заокеанский дипломат, которого наша служба тоже хорошо знала как, разведчика работающего под прикрытием дипломатического иммунитета, вызывает, посредством условного сигнала агента «Дешевку» на конспиративную встречу. И там передает ему часики. Встреча была зафиксирована визуально, снята на пленку, сделана запись разговора дипломата с агентом. Когда запись встречи прослушали, то услышали, что дипломат поручает человечку передать Ученому фотоаппарат вмонтированный в старинные часы, а затем принять от Ученого отснятые микрофильмы. «Внешне и в ходе беседы, - дает инструктаж дипломат агенту, - вы должны вести себя так, что понятия не имеете о сотрудничестве ученого с нами». Далее агент должен оповестить условным сигналом дипломата, а затем при встрече передать ему материалы. «Дешевка» навещает ученого и передает ему часы. Контрразведчики и эту встречу фиксируют и делают запись. Ученый часы берет, благодарит, утверждает, что скоро расплатится. Начальство Всеволодова ликует, разоблачили предателя и шпиона. Руководитель управления принимает решение об аресте предателей и проведении обыска. Всеволодов убеждает, своего генерала не торопится, проверить, будет Ученый эту технику использовать или нет. Ученый берет часики на работу. Полдень, перерыв на обед. Ученый собирается домой, но ему прямо на проходной предлагают зайти к директору института. В кабинете его уже контрразведчики ждут, проводят обыск, как положено в присутствии понятых, а один из понятых наш нештатный сотрудник. При обыске изымают часики с вмонтированным фотоаппаратом, обнаруживают в нем отснятую пленку. Предатель Родины взят с поличным и разоблачен, утечка секретных данных предотвращена, можно получать награды. «Дешевку» в этот же день тоже берут, у того сопли текут от страха и он тут же на допросе во всем признается и утверждает, что Ученый, был завербован дипломатом, а связь осуществлял он. Чистое дело, как в учебнике, или в кино про шпионов. Все материалы можно передавать следствию, а потом в суд, никого гэбэшного произвола, все доказано в полном соответствии с процессуальными нормами.
На первом допросе, Ученый наших славных чекистов матом кроет, от улик открещивается, говорит о провокации, тридцать седьмой год матерно поминает, одним словом убежденный враг и ярый антисоветчик.
Потом Всеволодов мне рассказывал, что он самого начала был уверен, что это дело тухлятиной попахивало. Ученого он, осуществляя оперативный контроль, хорошо узнал. Отец Ученого работал часовым мастером, погиб на фронте в сорок втором. Ученый, тогда шестнадцатилетний мальчишка, добровольцем на фронт ушел, года себе прибавил и ушел, войну офицером закончил, командир роты. После войны учился, в своей области ведущим специалистом стал, новую систему навигации разработал, и самое главное сейчас работал над программой,которая может ломать навигационные схемы противника. Человек умный, талантливый, с большим жизненным опытом, он прекрасно знал и о постоянном контроле со стороны КГБ. И чтобы такой человек мог попасться с вульгарным шпионским аппаратом? Да на хрен ему вообще, что-то надо было снимать в институте, когда он все принципиальные схемы, будучи разработчиком, мог по памяти воспроизвести. Да и причина для предательства, где она? Деньги? Отпадает, материально вполне обеспечен. Уход за кордон? Так он, не выездной и прекрасно об этом знает, а просто через границы бежать, находясь под постоянным контролем, почти невозможно. Ненависть к существующему режиму? Отпадает, Всеволодов сам слышал, когда беседу месяц назад прослушивал, как Ученый в компании своих коллег хорошо выпив, и рассказав собеседникам и сотрапезникам, парочку похабно политических анекдотов, добавил:«Идеология это проститутка, пришла отработала, деньги взяла и ушла, а Родина, она тебе сначала как мать, а потом как дети. И споришь, бывает и ссоришься, и все недостатки видишь, а все равно любишь!» Ну не мог такой человек по моральным качествам стать предателем, не мог и все. Такой тип, на хутор пошлет, морду набьет, но предавать не будет.
Был у Всеволодова в институте, негласный сотрудник псевдоним «Кострома», он как раз под началом Ученого работал, так сказать изнутри контроль осуществлял. Он же в качестве понятого при обыске Ученого присутствовал. Надежный товарищ, проверенный, с большим стажем сотрудничества с органами. Начал он свою работу еще когда за воровство в зону попал. Был он тогда еще малолеткой, но быстро понял, что к чему. Своим помощникам - стукачам, оперативники помогали, и подкармливали, и на досрочное освобождение представляли, все, что могли то и делали. Только негласно помогай с нарушителями бороться, делом докажи, что встал на путь исправления. «Кострома» не раз доказал, что встал на этот самый путь. Его досрочно освободили, а оперативники, по эстафете, как ценного
