зверя. И от могучего бойца не осталось ни тела… Ни оружия… Только одна яркая искра духа, которую мгновенно втянул дракон, как глоток алой воды.
И – ядро. Пульсирующее, горячее, словно только что выкованное. Оно упало в ладонь Андрея.
Парень тихо сжал зубы. Ядро было наполнено яростью. Не как эмоцией, а как боевым огнём, и когда сила прошла по меридианам, она вспыхнула красно-чёрной вспышкой в его ядре, бросив на поверхность тонкий звериный узор, как отпечаток когтя.
Цзяолин медленно приблизилась, желтые глаза сверкнули:
– Это… контур огненного зверя… Ты…
Андрей не ответил сразу. Он закрыл глаза, и на мгновение в его ауре вспыхнула вторая “тень” – дракон – и под ним тёмный зверь, как сплав ярости и огня.
– Если я хочу встретить то, что придёт после… Мне понадобится не только человеческая воля. – Тихо сказал он. – Мне понадобится… и звериная.
Ветер поднял листы, лабиринт вновь прошептал:
“…четверо…”
А тень дракона почти одобрительно загудела…
…………
Оставшихся четверых разнесло в разные стороны, и пятому – худощавому юноше с печатью пространственного манипулятора достался не туман и не иллюзия. Перед ним прямо посреди леса раскрылся портал – сияющий, серебристый, выход, ведущий назад в Академию. А рядом, метрах в пяти, в тени разбитых статуй, лежал тяжело раненый товарищ – тот самый, кому он ещё в Академии клялся “не бросить”.
С портала веяло возвращением. Запахом магии Академии. Домом. Но стоило ему сделать шаг к товарищу – портал тускнел, отодвигаясь чуть дальше. Стоило шагнуть в сторону выхода – товарищ начинал мучительно корчиться, как будто что-то ломало его изнутри.
“Выбери…”
Это не был голос. Это был приказ, вложенный прямо в кожу, будто сам лес навязывал выбор. Вернись – и спасёшь себя… Или помоги – и погибните оба… Он дрожал. Сжал зубы.
– ДЕРЖИСЬ! – Всё же крикнул он товарищу и рванулся к нему.
Тропа резко разошлась – и вместо товарища он оказался у портала – который теперь стоял вплотную перед ним, сияя как обещание. За спиной вдруг раздался тихий… хриплый голос:
– …спасибо… что… пытался…
Он обернулся – и увидел, как тело друга разрывается, будто невидимые когти выдирают душу – а из раны, где была грудь, развернулась черная спираль.
– НЕТ!! – попытался он кинуться обратно, но портал внезапно поглотил его – не впуская, а пожирая, как кусок мяса в пасти хищника. А в лабиринте вспыхнула едва видимая руна:
”Бессмысленное спасение”
Образ портала исчез, оба – и “выживший”, и “раненый” – растворились в одной вспышке. Через миг – взметнулась духовная искра, и драконьё пламя поглотило её в довольном рыке.
А ядро, тускло-серебристое, мягко опустилось в ладонь Андрея. Оно пульсировало – не страхом и не яростью, а горечью, как остаток сломанной веры.
Он задержал это ядро у самого сердца и выдохнул. От этого прикосновения в его меридианах возник хрупкий свет – похожий не на силу… А на кусочек человеческой памяти.
– Этот… не сломался до конца. – Тихо сказал он.
Цзяолин посмотрела на него внимательнее —на этот раз дракон не издал звука. Он посмотрел и… умолк.
“…Трое…”
Лабиринт затих – как зверь, подготовившийся к следующему броску…
……………
Шестой из группы был не силён в бою, но обладал тем, что в Академии уважали больше всего – точными пространственными формулами. Когда лабиринт разорвал строй и туман закрыл все пути, он не впал в шок. Нет. Он сел на колени, вынул из-за пояса тонкую серебряную линейку и начал… считать.
“Иллюзия… Пространственный сдвиг пятого порядка… Значит, если я выставлю противофазу…” – Он чертил формулы прямо на земле – руки слегка дрожали, но разум был ясным. И, действительно, вокруг него началось распадение тумана. Путь проявился. Слева – изгиб, справа – тоннель с равномерными узорами. Он коротко усмехнулся, встав:
– Трюк третьего мира… Хотите испытать меня?
С витком пространственной проекции он шагнул вперёд – и вместо тоннеля ВНЕЗАПНО перед ним раскрылось огромное, беззвучное пространство, похожее на разворочанное небо в глубине земли.
Он успел сделать ещё один шаг – и его глаза расширились. Перед ним в бесконечной пустоте висел древний дракон. Не тело. Сущность. Колоссальная… Прозрачная… Как вырезанная из ночного ожога. Его золотые глаза лениво открылись. Он не знал о том, что это был тот самый истинный дракон, который стоял за Андреем. Он взглянул на “студента”… И в тысячную долю вдоха вся иллюзия пространства оборвалась.
Парень не успел крикнуть. Дракон раскрыл пасть —и из неё вырвался не огонь, а чистый, беззвёздный вакуум, втягивающий в себя всё, разрывая не тело, а дух, как шелковую нить. Он растворялся во тьме, без жизни и без звука. Опустилось мгновение – и от него не осталось даже искры. Только в воздухе вспыхнула одна руна:
“Увидел Дракона”
А сразу после откуда-то сверху как мягкая капля упало ядро – гладкое, светло-синее, как осколок сна.
Андрей поднял ладонь – и ядро, даже не касаясь пальцев, само вошло в его грудь вслед за предыдущими – и третья звериная линия прошла по ядру, сочетая в себе огонь, драконью кровь и холодное, ледяное пространство. Потом он шумно вдохнул, чувствуя, как в потоке Ци рождается нечто новое.
Цзяолин сжала руки за спиной, а драконья тень тихо проговорила ему в сердце:
– Ещё два… и твоё ядро перестанет быть человеческим…
Андрей не ответил. Он смотрел в сторону портала…и лабиринт снова зашептал:
“…ещё двое…”
……………
Седьмой был одним из немногих, кто не пытался вырваться и не поддался страху. С самого начала он искал других, пытаясь собирать оставшихся вместе, крича их имена, чтобы хоть кого-то вернуть из тумана.
– Эй! Чу! Йэнь! Вы слышите?! Я здесь!
Ответом были лишь шорохи, но он не сдавался – даже после того, как дважды едва не попался на иллюзорные порталы.
А лабиринт наблюдал. И… Учитывал… И вместо кошмара – ему был показан… Выход. Прямой проход, залитый мягким золотым светом. В конце – двое товарищей, стоящие, будто ждут его. Он закусил губу, взгляд дрожал:
– Живы…
Он уже хотел броситься к ним. Но в тот же миг – из “прохода” послышался тихий, совсем человеческий шепот:
“Если ты выйдешь – остальные умрут. Потому что им нужен был ты. Ты – тот, кто должен был их вести. Ты единственный, кто мог удержать их…и ты провалил всё.”
Золотой свет стал мутнеть. Фигуры товарищей начали падать на колени, их тела расползались трещинами, словно их кости крошил невидимый пресс.
– Н-нет… стоп… ЭТО НЕ Я! – Выдохнул он
