… Густав, а с ним рыцари и оруженосцы смогли отстоять добрую половину квартала, успев перегруппироваться и контратаковать налетчиков.Более сильные отряды, судя по всему, пошли прямо через город, а не по их души, иначе все могло бы обернуться по-другому.
Однако дальше их продвижение захлебнулось, и дворянскому ополчению пришлось закрепиться там, где это было возможно — в чем им и помогли трудолюбивые — или просто запуганные до смерти — слуги. В старых, тронутых ржавчиной кольчугах они выглядели весьма потешно, и многие рыцари жалели о том, что сэкономили средств на содержание собственного рыцарского «копья». Канули в лету те времена, когда у каждого рыцаря был свой собственный отряд жандармов или, на крайний случай, арбалетчиков.
Увидев, что теперь на баррикады стянулись все, кто возможно, командир рыцарского ополчения решил, что пора действовать.
- Где все кони? – спросил Густав у рядом стоящих.
- Когда началось все это... - один немолодой рыцарь неопределенно показал рукой, - некоторых из них нам удалось укрыть в конюшнях и запереть.
- Как много?
- Господин? - тихонько подал голос один из слуг.
- Чего такое?
- Я знаю, сколько... Я помощник главного конюха. - молодой паренек смутился, попытавшись спрятаться за копьем от пронзительного взгляда Густава.
- Говори же!
- В той конюшне, где убирал в этот момент... Было четыре десятка. А рядом еще кто-то может быть.
- Значит так, мы берем полсотни бойцов, и если надо, прорываемся к скакунам... После этого мы предпримем вторую контратаку. Всю шваль нам отсюда разом не выгнать. Но хребет мы им перешибем, уж будьте уверены.
- А что полсотни, идем все! - предложил оруженосец в видавших виды латах.
- Значит кто-то сядет на коней и сразу герой, а остальным как пехоте тут дерьмо месить? - хмыкнул в усы его сюзерен.
- Я пойду!
- Сначала я!
- Это с чего это?
- А кто тебя на турнире десять лет тому из седла выбил?
- Да у меня просто лошадь понесла!
- А мой род древнее твоего!
- А я родственник Густава! Он и возьмет меня с собой!
Обсуждение плана превратилось в балаган — каждый спорил с каждым, припоминая покрытые пылью победы, старые обиды, косые взгляды.
Густав страдальчески закатил глаза. Все будет еще сложнее чем он думал. Он схватился за рожок, и что было сил дунул — стоявшие рядом дворяне, должно быть, на несколько мгновений оглохли.
- Слушайте сюда, вы все! Пока вы спорите, рейдеры, насрав на ваши родословные и турнирные регалии, шарятся по вашим домам — а когда им надоест, они соберутся в один кулак и вдарят по вам ЕЩЕ раз, как это было у ворот — и все ваши споры и гроша не будут ломаного строить...
Взоры обратились к нему, рыцари и оруженосцы смущенно притихли.
- Со мной пойдут... НЕТ, МНЕ ПЛЕВАТЬ, что ты мой родственник. Слушать!!!! Не перебивать!!!
Приведя своих подопечных в чувство, Густав двинулся с рыцарями на соседнюю улицу — идя как можно более размашистым шагом. Одиночки или небольшие шайки рейдеров разбегались при виде них, не вступая в бой — возможно, они доберутся до скакунов довольно скоро и без приключений.
Рыцари шли следом, не издавая ни звука – лишь ремешки поскрипывали, да позвякивал металл. Создавалось впечатление, будто они только и ждали, когда преемник сэра Лонгарма наконец-то возьмется за них всерьез. Кое-где в квартале поднимался дым — налетчики не могли походя что-нибудь не сжечь.
- Плотнее ряды! Отходим! Отходим! - командовал своих бойцам Варро. - Перегруппировка у рыночной площади, без паники. Кастер, отводи бойцов, я организую арьергард.
-Ваше, благородие, может быть...
- Исключено! - начальник ополчения грозно сдвинул забрало. - Воины не должны видеть меня отступающим, я и так позволил себе слишком много.
Кастер кивнул, убегая вперед.
- Шевелись! Шевелись! - подбадривал он бойцов в голове колонны. Сдвиньте в сторону эти чертовы баррикады, успеется!
К счастью, недруг еще не поспевал за ними, и Варро во главе с разношерстным арьергардом спокойно дошел до поворота на рыночную площадь. Он увидел, что дружинники, не задерживаясь, преодолевали ее, спеша в Цитадель. Кажется, с маркграфом и правда случилось несчастье, но кто осмелился нанести столь подлый удар в спину?
А вот и баррикады -плотники потрудились на славу, и его отряд, который в общей сложности состоял из полусотни стрелков, пикинеров и щитоносцев, присоединился к равному числу ополченцев, которым выпало дежурить там.
Улица сейчас была пустой, похоже, что многие мирные жители успели бежать в другую часть города — тем лучше. На границе видимости слонялись одиночные рейдеры, которые выбивали двери, надеясь чем-либо поживиться, но Варро не без труда удерживал своих людей оставаться на местах — начав охотиться на одиночных мародеров, они, потеряв боевой порядок, могли нарваться на что-то более серьезное.
Справа от их позиций донесся грохот и уверенные голоса —через центральную улицу, на площадь, двигался Теодорик с лучшими своими воинами. Варро мог только по рассказам очевидцев знать, на что были способны Черные гвардейцы, вкупе со спешенными рыцарями и телохранителями.
Начальник ополчения молча молился, чтобы весь этот цвет стюрангардского войска неожиданно не свернул к ним. Вскоре по левую руку от них, со стороны улицы, ведущей вдоль реки, они услышали гул нескольких десятков голосов.
- На ловца и зверь бежит — полушепотом сказал Варро. Стрелки -на правую сторону, арбалеты наготове. Щитоносцы и алебардисты со мной, вдоль того дома, пикинеры, выйти из-за баррикад, идем следом.
Глаза немолодого начальника ополчения лихорадочно блестели, руки в латных перчатках едва заметно дрожали, а сам он неуместно не то хохотнул, не то просто хмыкнул — словно он задумал какую-то шалость. Мародеры, завидев это, убрались по добру-поздорову, предположив, что все эти приготовления были по их жадные и трусливые души. Гул все нарастал, неизвестные были уже у поворота.
Варро хватило заметить первого вышедшего из-за угла — павеза за спиной, внушительных размеров арбалет, бригантина поверх кольчуги и шлем с поднятым забралом — это был тяжелый пехотинец Теодорика.
Командир вломился во вражеский строй, вложив в рывок весь свой немалый вес, сбив нескольких с ног. Воины с
