на трассе, мы наткнулись на разбитую колонную демов. Техника была растянута на пару километров. Похоже, что это было не разовое накрытие, а методичная работа артиллеристов, операторов противотанковых систем и БПЛА.
Кроме уже виденных мной «Страйкеров», в колонне были даже «Абрамсы», причём новейшей модификации SEPv3.
Трупов тоже хватало: обгоревших, изувеченных, разорванных на части. Некоторые раны были явно не от оружия.
— Гляди-ка, — Рубин указал на ошмётки одного из таких растерзанных тел. — Похоже на модификантов?
— Думаешь, конфедераты их тоже используют? — предположил я.
— Ну или они вышли из подчинения. В реальной боевой обстановке по каким-то причинам атаковали хозяев.
Среди брошенных, обгоревших и всё ещё чадящих боевых машин бы двигались осторожно, спина к спине, прикрывая друг друга.
— Гляди-ка… — Снова сказал Рубин, указывая на тубус от противотанковой системы, который валялся возле разбитого «Страйкера».
Мы подошли ближе. Тубус оказался запечатан.
— Странно, что даже трофеи не собрали, — заметил я.
— Да тут вообще много странного… ты заметил, что атака шла сразу со всех сторон?
— Похоже на то, — согласился я. — Ловушка?
— Не пойму… и всё случилось быстро. Они шли с большими интервалами, как положено. А вон на той машине даже была станция РЭБ, видишь? — он указал на то, что когда-то было БМП «Брэдли». На крыше машины действительно виднелась изрешечённая пулями массивная антенна.
— Допустим, — кивнул я. — Действительно грамотно расставленная ловушка. Но куда делись нападавшие?
— По каким-то причинам они не стали приближаться к колонне, — констатировал Рубин.
— Опасались заражения? — предположил я, чувствуя, как в груди похолодело. — Химического? С отложенным эффектом?
— Может и так, — кивнул Рубин. — Вот только то, что они использовали, было рассчитано на мгновенное действие. Это очевидно по планам.
— Угу, — кивнул я. — К тому же, несколько часов прошло. Ветер, солнце, ультрафиолет…
— Но лучше ничего не трогать, — добавил Рубин.
— Тогда что, дальше поехали? — предложил я.
— Да надо бы…
Мы вернулись к машине.
Километрах в пяти от города я съехал с трассы. Двигаться дальше в открытую опасно: надо сначала дорогу разведать. Нарвёшься на секрет или пост — неважно, конфедератов или демов — и кто его знает, чем разборки закончатся? Лучше не рисковать.
Я заранее приметил на карте гору с плоской вершиной, с которой город должен был хорошо просматриваться. К ней вёл петляющий просёлок. Прежде, чем съехать на него, мы на пару с Рубином внимательно просмотрели через оптику нашу предполагаемую траекторию.
— Вроде чисто, — сказал лётчик, откладывая в сторону бинокль.
— Вроде, — согласился я.
— Дрона не хватает, — вздохнул Рубин.
— Можно было брошенные поискать, — ответил я. — Знаешь, если честно, не думаю, что там какая-то химия была. Даже отложенная.
— Ага, я уже потом сообразил, что не стали бы тратить столько боеприпасов…
— Ладно. Поехали, а то темноты дождёмся…
С вершины холма город действительно отлично просматривался. И, надо сказать, это было тревожное зрелище: несколько домов горело, но никто даже не пытался их тушить. Пламя постепенно охватывало целые кварталы, а кое-где уже остались одни обугленные остовы бывших частных домов.
Я разглядывал улицы через оптику. Брошенная техника, трупы… пару раз засёк движение — но это оказались бродячие псы, мечущиеся между пожарищами.
Через полчаса наблюдения мы вынуждены были признать: город выглядел покинутым.
— Ничего не понимаю, — вздохнул Рубин, опуская бинокль.
— Может, вернёмся? — предложил я. — Переждём?
Рубин задумался.
— В этом есть смысл, — кивнул он. — Что бы тут не произошло, власти конфедератов должны будут отреагировать. Хотя бы посты выставить. Так можно будет на связь выйти, и думать дальше, что делать.
— Скажи, план эвакуации через законсервированные самолёты вообще реален? Или Харрис это так, для успокоения рассказал? — спросил я.
— Почему нет? — Рубин пожал плечами. — Реален. Работы только много будет… если найдётся достаточно рук — вполне можно поднять какой-то борт.
— Значит, обратно?
Лётчик нахмурился. Постоял с минуту молча. Я же в это время продолжал разглядывать пылающие развалины, ещё недавно казавшиеся вполне благополучным городком.
— Ладно. Допустим… — сказал я. — Слушай, логически рассуждая — народу тут было слишком много. Ну не могло так произойти, чтобы все погибли, да? Значит, они куда-то эвакуировались. Значит, надо найти точки эвакуации, позиции войск конфедератов. Ну или демов. Тут уж как повезёт.
Я улыбнулся.
— Да, я тоже вот подумал, что, если ждать — можно упустить возможности… для начала было бы неплохо разобраться, что тут произошло.
Мы вернулись к трассе. Дальше, не останавливаясь, поехали в сторону города, стараясь двигаться быстрее на случай возможной атаки.
Удивительно, но сама дорога была совершенно чистой. Никакого битого транспорта или следов боестолкновений, что само по себе говорит, скорее, об организованной эвакуации. Конфедераты решили оставить город, решив, что у демов слишком много сил? Но что тогда значит разбитая вдрызг колонна?..
Гадать бесполезно. Нужна достоверная информация.
Как ни странно, вблизи ситуация с городскими пожарами не выглядела настолько катастрофической, как на расстоянии. Застройка тут была не сплошной: несколько островков-районов были разделены обширными пустошами, стадионами, парками, парковками и так далее. Несколько кварталов, примыкающих к южной окраине, действительно пострадали довольно сильно, но вот дальше огонь не распространялся.
Миновав опасную зону, мы остановились на улице в центре, недалеко от мэрии.
Первое, что сразу бросилось в глаза — тут, практически не было машин. Только пара брошенных и одна — сгоревшая. Но в обычные дни их было тут куда больше.
Несколько витрин было разбито, но, похоже, магазины никто и не думал грабить: стеллажи внутри стояли нетронутыми.
Ещё на улице валялось несколько тел. Прикрывая друг друга, мы двинулись на осмотр.
Ближайшее тело довольно сильно пострадало. Возникало впечатление, что внутри у несчастного взорвалась граната или что-то в этом роде.
— Модификант, — уверенно сказал Рубин, глядя на останки.
— Как определил? — поинтересовался я.
На трупе было довольно много изодранной в клочья одежды, но понять, от чего именно она пришла в такое состояние, не представлялось возможным.
— Смотри, вот здесь он боролся, — лётчик указал на несколько тёмных пятен на асфальте. — Видимо, кто-то напал на него. А вот здесь получил сильную рану. Видимо, что-то разворотило ему грудь. Но даже после этого он полз ещё несколько метров, видишь?
И действительно:
