очень забавная система подбора материала. Пойдем, покажу.
По неприметной лестнице мы поднялись на самый верх, туда, где сквозь круглое окно пробивались лучи заходящего солнца. Небольшой столик, письменные принадлежности и огромные подушки странного вида, заменяющие стулья.
– Плюхайся, – произнес блондин, повесил мантию на крючок и сам буквально упал на подушку.
Она мягко спружинила под немаленьким весом, отчего и сам блондин, и его косички с разноцветными бусинами забавно подпрыгнули. Последовав примеру парня, я оставила мантию на крючке и осторожно села. Ощущения оказались весьма необычными.
– Итак, что тебе задал профессор Ансгар? – уточнил Йен, побарабанив пальцами по столу.
– Хрустального аксолотля.
– Вот с него и начнем, – кивнул Йен и, взяв со стола небольшую бумажную карточку, написал на ней запрос.
Стоило оторвать ручку от листка, как тот вспыхнул зеленым огнем, не оставив от себя даже пепла. А где-то в недрах библиотеки раздались скрежет и звук чего-то упавшего. Я невольно подалась вперед, подозрительно разглядывая летающие книги и ожидая свою.
Минута… Две… И над перилами пролетел внушительного вида справочник. Плюхнувшись на стол, что удивительно – без звука, энциклопедия открылась на нужной странице.
– Вот так просто?
– На правильный вопрос ты получаешь правильный ответ, – пожал плечами блондин, а затем перебрался ко мне и сел рядом так, что наши плечи соприкасались. – Итак, хрустальный аксолотль, или, как его еще называют, хрустальная водяная собака. Забавное существо.
Я была согласна с определением бестиаролога. Действительно, забавное. Розовенькое, с большой мордочкой, необычными боковыми отростками и бо-о-ольшим ртом, отчего казалось, что он улыбается.
– По сути, это личиночная форма амбистомы. Амбистома… Это у нас что? Ага, гадость какая-то. В форме личинки она явно милее. А чего ест? Ага, так и запишем…
Все же хорошо, что память меня покинула не полностью. Не знаю, что бы я делала без умения читать и писать. Безусловно, рано или поздно научилась бы, но эти навыки скрашивали жизнь. Под диктовку Йена я написала доклад на два листа, а на третьем, пока студент занимался своей работой, решила нарисовать милую амфибию.
Вырисовывая плавные линии изящного тела, я понимала, что мне чего-то не хватает. Вроде бы эволюция сделала свое дело, давая малышу и лапки с перепонками, и жабры, но… чего-то не хватало. В какой-то момент поймала себя на мысли, что с такими маленькими лапками существу нужны крылья! Нарисовала нетопыриные и стерла – они ему совершенно не подходили. Карандаш стал вычерчивать плавные линии мотылькового крыла – опять не то. Начала рисовать птичьи с перьями, но, покрутив получившийся рисунок так и эдак, вздохнула и отложила. Нет, не пойму. Мозг слишком устал за сегодняшний день, чтобы разгадывать и эту загадку.
– Отлично получилось, – оторвавшись от написания, заметил Йен.
Он так и не пересел. Лишь слегка отодвинулся, чтобы не мешать писать, но все равно старался держаться рядом. Видимо, пытался загладить надуманную вину из-за сегодняшнего происшествия. Я была не против. С блондином оказалось легко и интересно. А еще он приятно пах. Едва уловимый аромат чего-то сладкого с толикой пряных ноток.
– Спасибо. Мне нравится рисовать разных существ. Правда, все больше фантастических.
– В смысле – бестий?
– Бестий с дополнениями, – хмыкнула в ответ, вспомнив свои художества.
– Покажешь? – спросил Йен и даже слегка подался вперед, глядя мне прямо в глаза.
– Не уверена, что стоит. Ты меня засмеешь!
– Обещаю, что даже не улыбнусь! Ну же, Дарина, не будь жадиной. Я ведь тебе показал мое любимое место. Теперь твоя очередь.
Голос парня звучал тихо и искушающе, и я даже не заметила, как согласно кивнула, загипнотизированная блеском голубых глаз.
– Дарина?
– А? Прости, задумалась. Ты что-то спросил?
– Интересовался, откуда ты – ведьмочка со столь необычными талантами и увлечениями.
Плохая тема, очень плохая. Что ответить на этот вопрос я не знала. Лорд Радкар не давал инструкций, а врать не хотелось. Кажется, Йен что-то понял по моему бегающему взгляду и не стал настаивать, снова вернувшись к книгам и советам, что здесь стоит почитать.
– Когда ты открыл для себя книги? – спросила, записав внушительный список произведений.
От простого, казалось бы, вопроса бестиаролог вдруг посмурнел и отвел взгляд. Атмосфера из уютной стала холодной и тяжелой. Я уже пожалела, что спросила, когда парень ответил:
– Мамы не стало, когда мне было девять. В один миг весь мой мир перевернулся. То, что когда-то играло яркими красками, вдруг стало серым и безжизненным. Мне казалось, что я сам умираю. Отец, в чьей поддержке я так нуждался, закрылся и отдалился. Я остался один на один с жестокой реальностью. И не сказать, что выиграл этот бой с честью.
Судорожно вздохнув, Йен прикрыл глаза. Я видела, что ему тяжело об этом говорить и вспоминать. Есть вещи, которые действительно лучше не помнить… Не знаю, что хранит моя память, но хочется верить, что в ней нет такой боли.
– Когда мысль о собственной смерти стала навязчивой, терзая воспаленный разум и днем, и ночью, я сдался. До этого момента я читал только то, что давали наставники. А тогда… Знаешь, какой была моя первая осознанная книга? История ядов. У отца имелась большая лаборатория, и я не сомневался, что смогу найти в ней нужные ингредиенты. То, что позволит уйти к маме быстро и безболезненно. Я действительно нашел несколько десятков подобных ядов. Но мне уже не хотелось их применять. Было интересно, как они появились, кто создал и зачем. В книге встречалось много незнакомых целительских слов, и тогда я принялся за изучение справочника. Одна книга потянула за собой другую, а затем десять новых. Я полностью растворился в бумажном королевстве, на время отложив свое горе. Спустя годы стало легче.
К моменту, как Йен договорил, у меня по щекам текли слезы. Мне было безмерно жаль того маленького мальчика, оставшегося один на один со своей болью. Жаль его маму, ушедшую за грань. Я не представляла, как он смог пережить случившееся.
– Ведьмочка, ну ты чего? – мягко спросил блондин, доставая из кармана платок и осторожно вытирая мокрые дорожки. – Это прошлое. Всего лишь прошлое.
– Но когда-то оно было настоящим. Мне так жаль, что тебе пришлось пережить все это…
– У каждого из нас свой путь, – грустно улыбнулся парень, а затем привлек меня к себе и обнял. – Прости. Кажется, ты первая, кому я рассказал эту историю.
– Почему?
– Наверное, это твои ведьмовские чары, – хмыкнул мне в макушку Карфен.
– Вот так всегда, во всех грехах обвиняют маленькую невинную ведьмочку.
– Ну а кто, если не вы? – В голосе прозвучала улыбка. – Не расстраивайся, Дарина. Я
