одним шкафом перенести. Будем возвращать всё на свои места.
Спустя несколько минут очередь из витязей, богатырей, колдунов и иных обитателей Лукоморья исчезла в белом полотне. Саму Скатерть, икающую от напряжения и чувств, свернули в рулон, и Петя взял ее на плечо. Старый холодильник захлопнулся и остался дальше ржаветь один посреди поляны.
Глава 11
В коричневом коридоре ветеринарной клиники стоял резкий запах валерьянки, от чего окружающие коты орали почти в унисон. Кот Ученый изо всех сил сохранял интеллигентный вид, поэтому тихонько и в такт начал нараспев цитировать анекдоты.
– Приходят как-то к доктору Волк, Заяц, Кот, школьник и Кощей. И тут Кощей говорит…
Заяц отчаянно сражался за свою свободу, пытаясь вырваться при любом неудобном случае. Удобного не предоставлялось. Сидящий рядом с Кощеем упитанный алабай при виде яростного зайца испуганно прижимался к ноге хозяина.
– Следующий! Кто с зайцем? – Над компанией грозно нависли сто пятьдесят килограммов медсестры.
Кот почти не заметил окрика и продолжил мурлыкать рассказ. Впрочем, огромного гривастого кота в шарфе, говорящего на человеческом, медсестра почему-то тоже упорно не замечала. Видимо, такие животные не вписывались в ее картину мира.
– У нас заяц! – поднялся Кощей, посасывая прокушенный зверем палец. – Он очень болен. Перелом всего зайца.
– Всего зайца? Ну, не придумывайте! – Медсестра приоткрыла дверь. В белом кафельном помещении за покосившимся деревянным столом сидел пожилой человек среднего возраста в синем халате. Точь-в-точь доктор Айболит.
– Ну, гражданин Бессмертный, показывайте вашего зайчика. Будем пришивать ему новые ножки, – доктор взял зайца на руки. – Ну, или не будем. Вроде хороший заяц, упитанный. Шерсть лоснится.
Тут доктор совершил немыслимое: он поднял негодующему зайцу хвостик и поставил градусник. Судя по морде, вся жизнь промелькнула у зайца перед глазами. Но может ли маленький бедненький зайка справиться с человеческим извергом? Он может только его укусить. Что заяц и сделал. Раздалось внушительное «клац!»
– Какой хороший зайчик, – восхитился ветеринар. – Главное, чтобы он нас не съел. Продолжим… Кстати, надо будет сдать кровь, на всякий случай (заяц взглядом пообещал сдать всех куда следует). Вес в норме. Послушаем, как там у нас дела с сердцем.
Он достал стетоскоп и приложил к животу зайца.
– Хорошо… Тут всё нормально. А сердечко-то стучит. Перепугался, пушистый. А вот тут… – внезапно очки доктора полезли на лоб. – Не понял. В вашем зайце что-то крякнуло! Уникальный случай. Или смертельный. Хотя даже если смертельный – всё равно уникальный. Мария Сергеевна, будем делать рентген.
Медсестра отнесла зверька в соседний кабинет. На столе пациента ожидала удобная мягкая подушка (Петя с завистью подумал, что в человеческих поликлиниках делать рентген гораздо менее приятно). Через минуту на экране перед глазами доктора развернулась подробная панорама внутреннего мира зайца.
Ветеринар внимательно посмотрел на снимок, закатил глаза и быстренько упал в обморок.
Медсестру трудно было чем-то удивить, но тут она тоже вгляделась в экран и ахнула: в самой середине зайца отчетливым белым пятном сияло яйцо, а вокруг яйца – скелет утки. Не заяц, а целая матрешка.
– Это что такое? – строго посмотрела медсестра на владельца животного. – Чем вы его кормите?..
– Ну, чего смотрите? – Бессмертный выдохнул с облегчением. – В первый раз зайца видите? Они все внутри такие. Какие не такие – те совсем больные, нечего их и лечить.
Обрадованный Кощей подхватил зайца и вылетел из кабинета.
– Ну как? Тот заяц? – поинтересовался Волк.
– Тот! Самый что ни на есть. Вот доктор какой-то не тот. Ну да ничего. Его тут вылечат.
– От чего… вылечат?
– Чудной он какой-то. Видимо, никогда с зайцами нормальными дела не имел. Серый народ.
– Ничего, к зиме полиняют. – Волка сейчас занимали гораздо более важные вопросы, чем образование сотрудников ветеринарной клиники. Он увидел кладовку, полную медицинских халатов, и кинулся к ней с целеустремленным видом. Петя бежал вдогонку, за мальчиком бодрой рысцой несся Кощей. Может, тот и был худощав, но сил ему в его неисчислимом возрасте было совсем не занимать. Когда шкаф открылся, халаты, коробки с масками и прочий медицинский инвентарь вывалились на спортсмена, давая сильно отставшему Коту шанс догнать всех.
– Подождите! – кричал он вслед.
– Мы-то подождем, а вот время – едва ли! – Волк не слишком умел укоризненно раздражаться, поэтому звучал как-то обиженно.
Волк впустил Кота, захлопнул дверцу, и… ничего не случилось.
– Я не могу переместить нас в шкаф Пети, там корни, – пояснил он. – В дупло тоже не попасть. Кажется, оно съежилось.
– А как насчет шкафа моих родителей? – Петя перебрал в голове все возможные чуланы дома, где можно выйти. – Хотя… мама недавно жаловалась, что ей нечего надеть. Значит, ее шкаф забит доверху, как и единственная папина полка в нем.
Волк возразил:
– Да ничего страшного, протиснемся как-нибудь. У тебя тоже вещей немало, получалось же раньше.
– Ты не сравнивай, – покачал головой Петя. – По сравнению с маминым мой шкаф почти пустой. Попробуем войти снаружи.
Глава 12
Двор Пети никогда не выделялся чем-то примечательным, поэтому толпа прохожих при поддержке двух машин новостных каналов на едва уцелевшем газоне смотрелась тут совершенно не к месту.
Никто из зевак не заметил, как вся компания героев со Скатертью наперевес вылезла из трансформаторной будки.
Все устремили взоры туда, где из окна верхнего этажа над улицей свешивался огромный раскидистый Дуб с желтеющими листьями. Золотая цепь свисала с его горизонтального ствола, и какие-то ребята в цветастых футболках уже раскачивались на ней, развешивая растяжки и флаги.
– Здравствуйте, уважаемые зрители! – с трудом балансируя на краю тротуара, тараторила в микрофон миловидная журналистка. – Мы находимся в самом обычном дворе в центре Петербурга. Сегодня здесь произошло неожиданное событие. Внезапные изменения климата привели к тому, что в квартире жилого дома вырос самый настоящий дуб! Вместе с тем некоторые активисты остались недовольны сложившейся ситуацией. Они считают подобные аномалии следствием негативного влияния человека на окружающую среду.
Кот развел лапами:
– Безобразие! На моей цепи – да еще и такое! Не потерплю подобного издевательства!
Светило кошачьей мысли моментально взбежал по лестнице и вылетел из окна Петиной гостиной в сторону Дуба. Как и положено – с боевым кличем и красным маркером. Вопреки ожиданиям, и без того плохо читаемые растяжки с лозунгами он оставил. Зато выправил на них семь орфографических и две пунктуационных ошибки в двух предложениях, после чего принялся расспрашивать пару недоумевающих экологов, что вообще сподвигло их
