по имени Скарлеция Циания, держитесь от нее подальше. Имя «Руфус Адзури», кстати, тоже вполне сюда вписывается.
– Не спеши с выводами, Сэмми. Она вхожа в самые высокие их круги, и, возможно, доброкоины нужны лишь для того, чтобы казалось, будто о нас заботятся. Так дамочки прикрывают лордов, пока те обделывают свои дела.
Я улыбаюсь. Бет частенько меня удивляет, хоть мы и знакомы с ней уже целую вечность. Порой я забываю, что она не глупа, а просто большую часть времени прикидывается дурочкой.
– Пожалуй, ты права, Бет, – одобрительно киваю я. – И откуда тебе все всегда известно о таких дамах?
– У тебя есть книги, у меня – сплетни с горничными, – подмигивает Бет. – Приятно, когда ты улыбаешься, Сэмми.
Она права. Я счастлива. Это помогает забыть о неудачной попытке хоть что-нибудь разузнать о пиявицах.
– А вдруг все сложится удачно, Бет. Если эта леди Окар не из злодеев, то я ей понравлюсь, и она прикажет оставить меня у нее. Тем более если она из высших кругов, как ты говоришь. Затем я очарую первую горничную и заберу тебя к себе. Наверняка там нам будет лучше.
– Вечно у тебя какие-то планы, Сэмми. Какие-то проекты. Мне за тобой не угнаться.
– Не выдумывай, Бет. Ты единственная, кому это под силу. Мы с тобой хитрющие служанки, которым удается тырить у лордов из ящиков с нижним бельем фунфырики с кровью, – подмигиваю я, и мы хохочем.
– Помоги мне заснуть, Сэмми, расскажи что-нибудь. Какую-нибудь историю из твоих.
Вздыхаю про себя. Хочется ей сказать, что я слишком устала, но она знает, что я не откажу, потому что с наступлением ночи уезжаю к какой-то госпоже.
– Какую историю, Бет?
– Ты говорила, тот ларец из покоев Адзури привезли из Первого Света. Расскажи про него.
– Пали тебя солнце, Бет! Ты уже раз десять это слышала.
А может, и сто. Пересказывать Бет историю нашей страны перед сном для меня наказание уже потому, что я и без того постоянно об этом читаю. Хотя иногда бывает даже забавно вспомнить прочитанное.
– Слышала, – говорит Бет. – Но мне так нравится эта история, Сэмми. Меня будто уносит куда-то очень далеко. Ты ведь понимаешь?
Еще бы. Своим особым голосом (так разговаривают сказочники и заботливые родители) я начинаю рассказ:
– Примерно триста пятьдесят лет тому назад четыре знатных вампирских рода, жившие в крупнейших городах континента – Тенепаде, Светопаде, Первом Свете и Смерти-на-Заре, – покинули свои дома, чтобы исследовать Пепландию, землю, на которой еще никто не бывал, и лично проверить правдивость легенд о бродивших по ней банши и прочих страшных историй, не позволявших никому ступить на ее берега. За ними последовали тысячи пытливых исследователей. Они пересекли Южное море и разбили лагерь на северном побережье Пепландии. Только на юг экспедиция так и не продвинулась – дальше они не пошли, а заложили город. По какой причине они изменили свое решение, никому не известно. Но так уж случилось. Они возвели высокую, неприступную стену и дали новому городу название – Последний Свет.
Процветал тот город целых две сотни лет, и ни одна душа на нашем континенте никогда ничего о них не слышала. Ни хонгаллы, ни вестовые. Никто не приезжал из города за морем. Последний Свет был отрезан от мира, но слухи множились. О городе легенд и мифов, о шпионах, о находках и тайнах, о вылазках за крепостную стену и о вражде – о великой, нескончаемой вражде между четырьмя семьями-основателями. О предательствах и убийствах, браках и подлостях и о многом другом.
И лишь спустя почти сорок лет после того, как Война двойников принесла на наш континент великую разруху, Последний Свет пал. Никто не знает почему, но так случилось. С южных болот было видно пламя. Немногим горожанам удалось переплыть море – лишь нескольким сотням из многих тысяч. Сейчас уцелевшие беглецы из Последнего Света живут среди нас, они упорно хранят свои тайны и не рассказывают своих историй. Некоторые считают, что именно им известна величайшая из тайн, в чем бы она ни заключалась.
– Хм… мм… – наконец выдает Бет в полусне. – Когда-нибудь мы отправимся туда посмотреть на развалины, Сэмми. Ты и я. Ты, и я, и Последний Свет.
Она всегда мечтает о том, чего никогда не случится. Обычно я с ней соглашаюсь, но со временем мне это дается все труднее. Чем дольше жизнь течет без перемен, тем сильнее досада, когда твою мечту проговаривают вслух; тем чаще мечты начинают потешаться над тобой, отражая твою несостоятельность в своих белозубых улыбках.
Я все-таки поддакиваю Бет, ложь дается тяжело, но глаза моей подруги уже закрыты.
5. Хуже не бывает
О пиявицах мне доводилось разговаривать со многими лордами. Среди нас, мидвеев, а тем более среди изморов эта тема обсуждается постоянно. Но ни один лорд не воспринимает ее всерьез. Когда речь заходит о женском коллаборационизме, они думают о сплетнях и прочих глупостях, а вовсе не о самых настоящих интригах. И даже не представляют, что изморские женщины способны на большее. Наверное, зря.
Редскин Слиптайд. Справочник «Сплетни Первого Света»
СЭМ
Я открываю глаза за полсклянки до первого звонка. Стараясь не разбудить Бет, быстро одеваюсь. Поверх обычного небесно-голубого форменного платья горничной накидываю оранжевую шаль: на неделе стояла прохладная погода, а я хочу выглядеть поэлегантнее. Это единственная верхняя одежда, которую нам дозволено носить, не считая наряда для чертогова дня, когда мы удаляемся от дворца на достаточно большое расстояние и рискуем испортить тщательно продуманный образ дворцовой прислуги. Шаль прекрасного качества, связана из тончайшей шерсти барана, обитающего в Клыкастых горах. Ее мне подарила вторая горничная в неожиданном порыве благодушия, когда мне было особенно грустно – в первые месяцы работы во дворце.
Быстро глотнув коровьей крови в трапезной для горничных, я спешу в карету, что ожидает меня у черного входа. Сегодня ветрено и холодно – скверная погода для первых недель зеленомора, поэтому, усевшись, я плотнее кутаюсь в шаль. Один из многих «подарков», уготованных тебе некачественной кровью: когда лето начинает сдавать позиции, ты сразу ощущаешь это на себе.
Карета трогается, и я погружаюсь в раздумья. Дворец первого лорда находится в Северной Пади, примерно на полпути между Центральной Падью и северной горной дорогой, а леди Окар, по словам возницы, живет на самом юге Северо-Восточной Пади, почти на границе с Восточной Падью, где имения лордов уступают место мидвейским коттеджам с небольшими участками. К югу от Северо-Восточной Пади местность низинная, так что если поместье у нее достаточно большое, то в ясный день оттуда наверняка
