все. Раз ты решил, наконец, меня просветить, значит у тебя есть план?
Старик в очередной раз кивнул.
– В истории есть один человек, побывавший в этом месте и вернувшийся обратно. Его звали магистр Пепик. Я не был знаком с ним лично, он жил больше пятисот лет назад, но после себя магистр оставил сорок два тома автобиографии. В том числе рассказывающей о его пребывании здесь.
Я воспрял духом. От долгого и весьма напряженного разговора у меня слегка заболела голова, но хорошие новости взбодрили и наполнили энтузиазмом.
Как выяснилось, я рано обрадовался. Оказалось, этот Пепик был тем еще чудиком. Он описал в трех томах местную экосистему, рассказал об особенностях ландшафта и населяющих этот мир монстрах, но при этом не удосужился написать подробной инструкции о том, как выбраться из ловушки. Под предлогом сохранения этого мира, магистр унес эту тайну в могилу.
– Позже его ученик написал в своих трудах, что магистр несколько раз упоминал в разговоре некую безопасную тропу, ведущую к выходу. Найдем ее – и мы спасены…
Осекшись, старик умолк, не закончив фразу. Уже подозревая очередной подвох, я устало спросил:
– Ну что еще?
Колдун долго подбирал слова, перед тем как начать.
– Этот недоучка Хевис поставил на меня особую метку. Стоит признать, весьма хитроумное заклинание. Я пока не смог понять, как от нее избавиться. Суть этого колдовства крайне проста: как только я появлюсь в нашем мире, Хевис узнает об этом незамедлительно, и примчится, чтобы убить меня.
– И в чем проблема? – не понял я. – Разве ты не говорил по меньшей мере тысячу раз, что мог легко уничтожить его в той схватке, если б не мое появление?
– В том-то и дело, что мог. Я не сказал тебе об еще одном, самом главном свойстве этого места. Куб Каракаса – так называется этот артефакт – отнимает магическую энергию у всех его обитателей и передает ее хозяину. То есть моя сила сейчас буквально принадлежит бывшему ученику. Пусть разница в мастерстве колоссальна, он сметет меня из-за банального перевеса в силе.
– Но тогда выходит, что ты подставишь под удар нас обоих!
Поначалу мне казалось, что старик превратился в доброго волшебника, каким ему и полагается быть. Теперь он расскажет мне обо всех тайнах, ответит на все вопросы и, разумеется, предложит план, как нам отсюда выбраться. В конце концов, магические ловушки – это его профиль. Однако чем дальше я погружался в суть происходящего, тем мрачнее рисовалась картина.
– В самом начале нашего разговора я спросил у тебя о твоих воровских навыках. – продолжал старик. – Как ты мог заметить, я не склонен задавать вопросы из праздного любопытства. Я придумал план, как нам провернуть это дело и выбраться. Поверь, я хочу этого меньше всего, но многое в этом плане завязано на тебе.
Я сглотнул. Мне совсем не понравилось, в какую сторону повернул наш разговор.
Если коротко, старик предложил помочь мне выбраться, чтобы потом я нашел Хевиса и выкрал у него артефакт древних. План имел огромное количество допущений и темных пятен, звучал безумно от задумки до деталей и попахивал откровенным бредом. Поняв общий смысл, я остановил старика.
– То есть мне, абсолютно не предрасположенному к магии, предстоит ей обучиться, чтобы проникнуть в сверхзащищенный особняк колдуна-параноика, после чего выкрасть предмет, который, судя по твоим описаниям, он будет охранять, как зеницу ока. При этом сначала нам предстоит долгая прогулка в поисках какой-то тропы, существование которой под вопросом. Я ничего не упустил?
Видя мою ошарашенность, Итсвин призвал к спокойствию.
– Как я уже говорил, этот план мне и самому не нравится. Но другого выхода пока нет. Так что постараемся двигаться по намеченному пути, идет?
– А с чего ты решил, что я не кину тебя, когда окажусь на воле?
– Если ты хочешь выбраться, нам придется довериться друг другу, Малбор. Сейчас нет смысла спорить о деталях. Я раскрыл тебе все карты, и теперь мне важно твое принципиальное согласие сотрудничать ради общего блага. Пойми, у меня, возможно, есть шансы выбраться отсюда и затем выжить. Пусть они мизерные, но они есть. В твоем же случае…
Вот мы и подошли к сути. Старик был прав. Я прекрасно осознавал свою участь ведомого недотепы, оказавшегося не в том месте и не в то время. Держаться рядом с колдуном – был мой единственный шанс на спасение.
Отчего-то с самого начала нашего разговора меня не покидало ощущение, что я вернулся в прошлое. Когда я только начинал заниматься воровством, ко мне не раз подходили вербовщики, предлагая колоссальные деньги за самоубийственные поручения. Отчаянные задания для отчаявшихся людей. Помнится, пару раз меня даже пытались подставить, чтобы не оставить выбора.
В такие моменты, как и теперь, инстинкт самосохранения не давал большим суммам вскружить мне голову. Приходилось выкручиваться, лавировать, втираться в доверие. Все, что угодно, лишь бы сохранить голову на плечах.
В этот раз я сам благополучно загнал себя в угол, так что и выбираться придется, рискуя собственной шкурой. Радовало одно – старик обещал научить меня паре приемов для того, чтобы вернуть себе свободу. Кто знает, может это откроет новые перспективы.
Глава 11
После моего согласия со всеми его условиями, мой новый учитель немедленно приступил к обучению. Он заставил меня затвердить наизусть несколько строк текста. На память мне никогда жаловаться не приходилось, но слова были на незнакомом мне языке. Итсвин придирался к произношению, ударениям, к нелепому растягиванию звуков, пока я наконец не повторил слова в точности, как и он.
– Это мантра восстановления. Она отнимает много сил, но затем они возвращаются вместе с исцелением. Заклинание крайне простое, не требующее концентрации. Отныне перед сном ты будешь уделять время медитации.
Сказав это, старик попросил натаскать хвороста и прилег отдохнуть. Под конец продолжительных занятий он едва держал глаза открытыми. Решив дать ему покой, я вскочил на ноги, подхватил обломок сломанного копья и зашагал вниз по склону. Ботинки трогать не стал. Ноги, может, и восстановились, но голова все еще помнила их разбитый вид с кровавыми мозолями.
Спускаясь по тому же пути, что преодолел со стариком на плечах, я отметил, что туман сильно поднялся и стал гуще. Он словно преследовал нас. Уже через несколько минут я не мог разглядеть ничего дальше десяти шагов.
Остановившись от неожиданного, но знакомого звука, я прислушался. Скорее всего, мне почудилось, ибо не могло… Снаряд просвистел над головой. Снова затрещали плечи сгибаемого лука, а
