я свалился на землю, надеясь на защиту невысоких каменных выступов.
Если противников несколько – моя песенка спета, но если он один… Вторая стрела ударилась о преграду слева, подсказывая местоположение стрелка. Судя по всему, лучник был еще зеленым. В безветренной тишине мне без труда удалось различить, как он засуетился, как по каменистой земле застучали рассыпанные стрелы.
Не став дожидаться, когда он соберет боезапас и прицелится, я рванулся навстречу неизвестному противнику.
Ногу обожгло, но я даже не стал менять направления. Увидев очертания невысокого существа, я сделал длинный прыжок, рассекая воздух копьем. Легкая нагрудная пластина отразила удар, но его силы оказалось достаточно, чтобы повалить оппонента.
К сожалению, материал древка моего копья не был предназначен для ударов по твердым целям. Вибрация перешла в ладонь, заставив выронить оружие.
Противник оказался маленьким и каким-то несуразным. Даже без оружия мне без труда удалось подмять его под себя и практически полностью обездвижить. Маленькие цепкие ручки впились мне в шею, но им недоставало силы и длины, чтобы отбиться. Я сделал то же самое – сдавил горло противника. Существо захрипело, а его хватка ослабла.
Неприятное ощущение, будто дерусь с ребенком, подтвердилось, когда я мельком заметил его оружие. Это было жалкое подобие лука, больше напоминающее детскую игрушку. Казалось, стоит мне сжать руки сильнее и тонкая шея существа переломится пополам.
От этих мыслей мне стало не по себе. Я даже подумал ослабить хватку, как вдруг испытал острую боль под ребром. Поняв, что проигрывает в схватке, существо отпустило меня и зашарило по земле руками в поисках спасения. Рука нащупала одну из рассыпанных стрел, после чего незамедлительно ей воспользовалась. Острый наконечник вошел внутрь, заставив меня вскрикнуть и с силой сдавить шею противника. Послышался характерный хруст, после чего мой противник обмяк.
Прижав ладонь к кровоточащей ране, я поднялся. Голова слегка кружилась, но сидеть верхом на трепыхающемся теле было неприятно.
Нависнув над существом, я смог лучше его рассмотреть. Кожа была зеленоватой, большие глаза из-под полупрозрачных век амфибии безжизненно уставились в небо. Рот разрезал лицо широкой полосой. Среди людей сказали бы от уха до уха, но как раз таки ушей я не обнаружил.
Слабо развитые мышцы верхних конечностей и плечевого пояса объясняли, почему стрела, попавшая мне в ногу в самом начале, едва смогла пробить штанину. Скорее всего, натяжение у лука было совсем уж несерьезным.
Туловище маленькое. Хотя нет, не так. Оно было коротким, немного бочкообразным, а тонкую шею венчала несоразмерно большая голова. Наверное, именно эта особенность вкупе с размерами и хилостью противника и заставили меня подумать, что передо мной ребенок. Но лучше разглядев невиданное существо, я понял, что определить его возраст не представляется возможным.
Как будто в противовес такому тщедушному верху, ноги существа впечатляли и длиной, и силой. Попытайся он отпихнуть меня ими, пожалуй, бой мог закончиться иначе. По крайней мере у него был бы шанс убежать. Или ускакать. Представить, как передвигаются эти создания было весьма проблематично. Зато я без труда мог вообразить, как такой чурбак ныряет с берега в воду. Больше всего существо напоминало прямоходящую лягушку в боевом облачении.
Лишь одна деталь не сопоставлялась с образом гладких земноводных. На плечах и голове создания выделялись яркие гребни, напоминающие рыбьи плавники.
Осмотрев стрелу, которой меня ранили, я удивился качеству наконечника. Он был весьма искусно выточен из камня. В отличие от всего остального снаряжения, представлявшего собой откровенный хлам, стрелы были ровными и острыми. Собрав их в колчан, я обмотал талию тканевым пояском и приделал его справа. Лук сломался. Пусть луком эту поделку можно было назвать с большой натяжкой, все же наличие дальнобойного оружия весьма упростило бы мне жизнь.
Стук сердца отдавался в висках, дыхание постепенно приходило в норму. Вернув себе хладнокровие, я заметил сильное изменение, которому в пылу боя не придал значения. Я его попросту не заметил.
Все вокруг как будто стало ярче и светлее. Сначала я хотел списать все на переизбыток эмоций, но оглядевшись, заметил, что причина куда прозаичнее. Густой туман вокруг исчез. Взгляд бегло осмотрел открытый покатый склон.
Машинально бросив взгляд в сторону лагеря перед тем, как отправиться дальше, я замер. В груди защемило. Такое же густое облако тумана застелило всю вершину горы. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, неестественно плотный туман как-то связан со странными существами. И судя по всему, мои опасения подтвердились – их тут было несколько. Только вместо того, чтобы всей гурьбой окружить одного боеспособного воина, они разделились. Зачем? Или мне посчастливилось нарваться на разведчика?
Забыв о своих ранах, я метнулся вверх, по пути обдумывая свои будущие действия. Глупо будет нарваться на стройные ряды лучников на подходе к логову, но и давать им время расправиться со стариком тоже было нельзя. Судя по состоянию Молтуса, когда я его оставил, тот едва ли будет способен отбиться. Черт, да я даже не был уверен, очнется ли он ото сна.
Черт, черт, черт! И какого мне не сиделось на месте? Впрочем, тогда вообще не факт, что кто-то из нас смог бы выжить. Уже на расстоянии сотни шагов от тумана я сбавил скорость и направился вправо, огибая лагерь. Я собирался подобраться с подветренной стороны, под прикрытием каменных глыб, в обилии разбросанных тут всемогущими Древними.
Оставалось надеяться, что волшебный туман служил только в качестве завесы, а не позволял создавшим его существам, определять чужаков, попавших внутрь. Войдя в густую пелену, я остановился и приник к камню. Выждав несколько минут и внимательно прислушиваясь, я двинулся дальше, в любой миг готовый к спешному отступлению.
Двигаться скрытно по сухой каменистой почве было проще простого. Изредка я натыкался на широкие полосы каменной крошки, готовые осыпаться от любого касания. Тогда приходилось забирать вправо или влево, чтобы обойти преграду. Тщательно отслеживая звуки, я дошел до того места, откуда собирался следить за логовом. Туман не позволял увидеть отсветы красных углей и силуэта старика, но все же мне удалось кое-что узнать.
Лягушкоподобных человечков было немало. Возможно больше двух десятков. Они не стояли на местах, а постоянно шевелились, как муравьи в муравейнике. Скорее всего старались действовать бесшумно, но получалось у них весьма скверно. Какой-то скрип и шелест сопровождали все их действия.
Когда я уже был готов для удара, со склона донесся громкий звук горна. Эхо разнесло протяжный звук, после чего туманники – так я прозвал их про себя – притихли. Сразу следом по округе прошла волна
