покрою напоминающей эльфийский дагарт. В распахнутом вороте таинственно поблескивал крупный испещрённый страховидными знаками артефакт-медальон.
Сама не заметила, как крепко задумалась, гадая, что он мог прятать в подполье под оранжереей. Эта штучка в клюве у ворона была блестящей и наверняка чрезвычайно ценной. Может, это был древний артефакт? Вот бы найти его, а заодно хотя бы одним глазком взглянуть, что еще там прячет дей’Клер.
От интересных мыслей меня оторвал насмешливый вопрос:
— Кошмарова, вы ещё с нами? Что я сейчас сказал, повторите!
Я торопливо поднялась, виновато хлопая ресницами.
— Э… вы сказали: «Кошмарова, вы ещё с нами?».
Янтарные глаза полыхнули гневом, но эти зловещие огоньки тут же погасли.
— А перед этим? Не можете сказать?
Я опустила голову, усердно изображая раскаяние.
— Не отвлекайтесь и слушайте внимательно! Иначе так и останетесь бракованный неумехой.
Несколько пристыженная публичной выволочкой, я села. Справедливости ради нужно признать, что моя вина в этом имелось, и немалая. Нашла, где и когда мечтать о грабеже тайника темного колдуна!
В следующие двадцать минут я старалась не отвлекаться, но это было так сложно! На магической доске то и дело возникали сложные формулы и заклинания, которые нужно было быстро скопировать в тетрадь. Они стремительно сменяли друг друга и были похожи, отличаясь порой лишь одной руной, так что я вскоре запуталась и принялась рисовать в тетради цветы. Получалось красиво, недаром ведь я наполовину эльф, так что я увлеклась и вздрогнула, уронив стилос на пол, когда прямо надо мной прогремел гневный голос:
—Кош-ш-шмарова! Я кому сказал, не отвлекаться? Все формулы записывают, а она тут цветочки рисует!
«Сейчас отчислит! Ура!»
Колдун небрежно ткнул в меня пальцем, и я вдруг взлетела к потолку вместе со стулом.
— Ой-ой-ой! Снимите меня!
Вцепившись руками в сидение болтающегося под потолком стула, я пыталась удержаться на этом не предназначенном для полетов предмете мебели, а внизу помирали от смеха мои однокашники.
Ну как им не стыдно и не страшно смеяться над болотной ведьмой? Я ведь отомщу, от природы никуда не денешься!
Болтаться под потолком было совсем невесело, хотя бы потому, что пространство над головами студентов, как оказалось, плотно заселили огромные волосатые пауки, и эти ребята были совсем не рады внезапной гостье.
— Снимите меня, лорд-ректор! Я не буду отвлекаться, клянусь.
— Конечно, не будешь, Кошмарова. Только попробуй отвлечься, будет намного хуже! — Дей’Клер спокойно вернулся к своей кафедре и, как ни в чем не бывало, продолжил лекцию.
Теперь мне, и вправду, пришлось смотреть на доску, ведь заняться под потолком было решительно нечем, не с пауками же в гляделки играть. В конце второго часа мучитель, к восторгу моих сокурсников, плавно опустил стул (и меня на нем) на место.
«Что же, спасибо, что не уронил!»
Красная от возмущения, я первая вылетела из аудитории. Грозовым облаком пронеслась по коридорам и укрылась в нашей с Литой комнате.
21
Оказавшись в комнате, я уселась на подоконник рядом с балдеющей под лучами солнышка Жоркой и прислонилась лбом к холодному стеклу. Удивительно, но растение-монстрик словно бы почувствовало моё состояние и коснулась руки толстым нижним листочком. Яркий, подросший со вчерашнего дня бутон повернулся на заметно окрепшем стебельке.
Я хлюпнула носом.
— Разве можно так обращаться со студентами? Представь, этот гад подвесил меня на стуле под потолком!
Моя зеленая подружка сочувственно затрепетала листочками.
— Так прикопай его, мамуля, — меланхолично посоветовала она, зловеще пошевелив в земле корешками.
На секунду перед глазами мелькнула картина засыпанного почвой и травой ректора, и, признаюсь, я впечатлилась.
— С удовольствием бы. Чувствую, дей’Клер мне здесь жизни не даст. И ладно бы был просто ректором, это плохо, но еще полбеды. Но он ведёт как раз тот предмет, с которым у меня могут возникнуть самые большие проблемы!
Снаружи раздавались радостные крики и смех. Я посмотрела вниз: некроманты вышли подышать и размять ноги во дворе перед главным зданием. Разделились на команды и затеяли шуточный турнир по тиджу на лужайке.
Я погладила листочек своей питомицы и соскользнула с подоконника. Гнев прошёл, а вместо него явился аппетит. Пропустила завтрак и сейчас это очень остро почувствовала.
«Да я бы сейчас целого ханна съела!»
После позорного наказания на прошлой паре, не хотелось встречаться с однокурсниками. Так что меня вполне устраивало то, что, когда я явилась в столовую, большинство столов были пустыми. Однако, вдохнув едкую вонь подгоревшего мяса, я растеряла часть первоначального энтузиазма, и чуть не сбежала. Лишь новый голодный спазм в желудке заставил двинуться вперед.
«Неудивительно, что здесь уже никого нет. Кто в здравом уме задержится в столовой?»
Я с опаской приблизилась к раздаче. Повар в несвежем белом халате и высоком пышном колпаке, сдвинутом набекрень, застыл у котлов как часовой. В одной волосатой руке он держал поварешку, а другую — запустил в свою жёсткую бороду. Его узкие тёмные глазки устремились ко мне, рассматривая с ног до головы.
— Можно мне чего-нибудь вкусного? — фраза сорвалась с моих губ сама собой. Я так же изумилась ей, как и Шеббилд Шик. Повар явно не привык слышать такие просьбы от студентов. На его бледных щеках выступил румянец.
«Ну всё! Сейчас этот колпак рассердится, и до конца обучения ты, Вивьенна, будешь питаться пригорелыми угольками с самого дна его котлов!»
— Э, извините, господин Шик.
Он смотрел на меня со все тем же странным выражением.
— Видно, вы, юная леди, к вкусненькому дома привыкли?
— Было дело, — растерянно обронила я.
— У меня осталось немного жаркого от преподавательского стола, я вам наложу оттуда.
Я подумала, что он издевается, но Шик важно прошествовал в другую часть кухни — туда, где помещалась серебряная посуда и тонкий фарфор для преподавателей.
Повар открыл одну из кастрюлек, и на тарелку лёг кусочек белого мяса, прекрасно потушенные овощи. Эту роскошь дополнили горсть маринованных пикулей и зелёный салат. Передавая тарелку мне, повар расплылся в широкой улыбке, и я, изумлённо пискнув слова благодарности, подхватила неожиданную добычу и унеслась в дальний угол зала.
«Что это было? С чего это Шик такой добрый?»
На всякий случай я тайком поводила над едой амулетом, определяющим яды. Редко им пользовалась до сих пор, но в академии, похоже, следует быть настороже.
Всё ещё не веря, что, наконец-то, повезло, я быстренько прикончила обед. Умиротворенная, направилась к выходу из академии, надеясь, что мне будет позволено немного подышать свежим
