ты не будешь прогуливать занятия. Иначе, какой смысл было тащить тебя сюда через всю империю? У меня такое чувство, что ты подзабыла о висящей над тобой опасности. Множество людей работали на то, чтобы увести отряд подальше, на окраины. Но скоро они, охотники на тебя, повернут обратно и вернутся в столицу. Профессор из кожи вон лезет, чтобы успеть подготовить тебя (и остальных ребят) за это время к защите. Чтобы ты не была беспомощным котёнком, как сейчас. Каждое занятие бесценно. Так нельзя. Нельзя!
Уши у меня стали горячими. Стыд и злость перемешались примерно в равных пропорциях. Беспомощный котенок, ага. Мне ли бояться? Как только я буду на краю смерти, появятся драконы, если я их позову. Закружатся над головой разноцветной вереницей. И вернут всё обратно, отведут любую беду. А я не позову! Пусть катятся куда хотят. Значит, я обязана ходить на занятия. Чтобы оправдать труд многих людей. Хорошо. Я буду ходить. Хорошо…
- Я буду ходить, - зло процедила я.
Отобрала у Града кувшин и тоже напилась холодной воды.
- Сейчас, только оденусь.
- Сегодня тебе придется пропустить, - хмуро сказал Град.
- Издеваешься? - может, кувшином в него запустить?
- Вишенка пропала. Тоже не появилась на крыше храма. Почему мы и переполошились, думали, с вами обеими что-то стряслось.
Светлая Сестра-Хозяйка, да что ж это такое! Неужели Магическая Безопасность до них с матерью добралась? Укрывшись за ширмой, я лихорадочно натягивала легионерский костюм. Попала сгоряча в одну штанину обеими ногами, прищемила пряжкой палец.
- Пушистая Сестричка, не ругайся как пьяный грузчик, - попросил Град. - И не забудь записную книжку с карандашом захватить, если заклинания писать придётся. Я свою в дороге выронил. Хвала Медбрату, что пустую.
- Ага, тоже волновался? – обрадовалась я.
- Разволнуешься тут. Всего две девицы в школярах, обеих ищут власти, и обе враз пропали. А я уже не так молод, как кажется, у меня уже и сердце есть.
- А раньше его не было?
- Раньше оно не давало о себе знать. А тут понял, что такое сердечный приступ. Ничего, доживешь до моих лет, попомнишь мои страдания!
Граду было от силы тридцать, и про сердце он явно заливал, на совесть мне давил. Нету у него никакого сердца! Но что же там могло случиться?
***
Сначала мы добрались до крыши Храма Священного Хвоста. Занятия были в полном разгаре, Вишенка не появилась. Дракон сделал вид, что меня вообще нет.
Мы двинулись дальше и прилетели к дому, в котором скрывались до сегодняшнего вечера Вишенка с мамой.
- Теперь будем передвигаться пешком, – предупредил Град. – И так много полётов.
Это была не самая процветающая часть города. Дома тут стояли ветхие, многие требовали срочного латания. Град не сразу нашёл нужный нам адрес.
Сразу к дому мы не пошли, укрылись в подворотне наискосок, наблюдая за тем, что творится около дома. Было тихо, лишь тощие коровы лениво бродили по улице и обгладывали пыльный, колючий столичный бурьян.
- Считай это тоже одним из уроков, - велел Град. – Никогда не суйся наобум. Сначала осмотрись. И продумай, как отступать будешь, в случае чего.
- И как мы будем отступать? – поинтересовалась ехидно я.
- С треском и блеском! – пообещал Град. – Сейчас ты пойдёшь к дому, аккуратно постучишься в дверь и спросишь Вишенку, скажешь, что вместе учитесь и должны были встретиться. Я буду тебя прикрывать. Сам не иду, потому что меня могут испугаться.
Я вышла из подворотни и осторожно пошла к домику, стараясь не вляпаться в свежие коровьи лепешки. Постучала кольцом-ручкой о медную пластину, прикрепленную на двери.
- Кто там? – донеслось из узенькой щёлочки.
Шире дверь открываться никак не желала.
- Меня зовут Пушистая Сестричка. Я Вишенку ищу. Мы учимся вместе, - повторила я то, что велел сказать Град. – Она не пришла.
И добавила уже от себя:
- Я так боюсь за неё…
Дверь ещё немного приоткрылась, и цепкая сухонькая рука затянула меня вовнутрь. Старческий голос прошелестел:
- Сижу в темноте, огонь зажечь боюсь, да и огниво где-то потеряла… Ты мне поможешь? Вишенка рассказывала, что вы умеете делать светлячки.
- О! - засиял на ладони светлячок.
Стала видна прихожая и маленькая старушка, похожая на мышку, завернутую в шали. Она смотрела на огонёк, пляшущий на пальцах, и довольно кивала.
- Вот теперь верю, Вишенка так же умела, что я, старая, болтаю, умеет. Обыск у нас сегодня был, деточка. С Родинки люди весь дом перетрясли. Вот так-то…
- А …
- Вишенка с мамой чёрным ходом ушли, через подвал. Там люк над ящиком для угля, через него и выбрались.
- Но как же они до вас добрались? Откуда узнали?
- Соседи, я думаю, - спокойно ответила старушка. – Люди тут бедные живут, озлобленные, опустившиеся. Принюхиваются, присматриваются. Кто-то вынюхал, что гости у меня, может, Вишенка плохо побереглась, может, я оплошку дала. Она же тут прилетела на днях мокрая, полотенце мы сдуру повесили сушиться во дворе не в банный день, а тут все ушлые, сразу же интересуются, почему? Что за блажь такая, мыться среди недели, мыло переводить? Денег куры не клюют? Мне-то что, я притворилась глухой и из ума выжившей, поди-ка, возьми со старухи.
- Вы, правда, думаете, что из-за полотенца все могло закрутиться? - не поверила я.
- Чужих здесь нет, все свои, - объяснила старушка. – А за слёзку тут многие маму родную на живодерню продадут, не то, что меня.
- И где же мне теперь Вишенку найти? Их же срочно надо из города вывозить!
Старушка помолчала, прошаркала на кухню к печке, взяла лучинку, запалила от углей. Зажгла свечу.
- Теперь можно и свет зажечь… Не знаю я, куда они побежали. Куда глаза глядят подались, бедолаги.
- Бабушка, миленькая! – взмолилась я. – Ну же вы, наверное, можете предположить, где их поискать. Не бродят же
