этом вы все в отца. Разве вот так можно? Она же побелела от страха вся, того и гляди, упадёт без чувств.
— А чего нас бояться? — император хмуро взглянул на неё.
— Милый, не начинай, — она строго поджала губы. — Грегор, немедленно успокой девочку и угости чем-нибудь. Накормить ты её наверняка не догадался. Пока официальная часть приема завершится, пока первые танцы пройдут, как бы не пришлось её до стола на себе нести. Чтобы хотя бы несколько тартолеток съела. — Она кивнула себе за спину. И только сейчас я заметила, что там накрыт стол.
Глава 7
Боги! Я смотрела на тарелку, стоявшую передо мной, и понимала: я не смогу проглотить ни кусочка. За моей ровной спиной сидели члены императорской семьи.
А я… А я смотрела на холодную нарезку так, словно меня через минуту после ужина казнят.
— Кейтлин, — Грегор пытался поймать мой взгляд.
Я же напоминала себе, что нужно дышать.
Но ничего не выходило.
— Ректор О’Дай, позвольте мне уехать, — наконец прошептала одними губами. — Я сдам некромантию. Я буду все зубрить. И на практике даже не подумаю упасть в обморок. Но можно мне уехать и сделать вид, что не было этого аукциона? Я все поняла. И никогда не буду участвовать в подобных мероприятиях. Но пожалуйста… — мой голос заметно дрожал от страха.
— Дело в моем происхождении? — он зло прищурился.
— Меня не должно здесь быть, лорд О’Дай. Я хочу обратно в академию. Прошу. Пожалуйста, смилуйтесь.
На его скулах заходили желваки.
— Милая, — из-за моей спины вышла императрица. — Ну что же ты так испугалась?
Она выдвинула стул и присела рядом.
— А я помню твою матушку. Она училась на целителя, а я изучала руны. Однажды я получила травму во время практики и в коридоре встретила ее. Ты… Ты так похожа на нее. Она, будучи еще первокурсницей, так смущалась, глядя на меня, выпускницу. Но при этом все же залечила рану. Добрая была девушка.
— Да, — я, наконец, улыбнулась. — Я слышала об этом. Когда мы узнали, что ваш супруг пришел к власти, она похвалилась, что однажды остановила вам кровь. Это… Это было накануне ее смерти. Она зашла пожелать мне спокойной ночи… и рассказала эту историю. А на следующий день ее не стало… Случилась та ночь…
Я смутилась, ощутив тупую боль в груди. Настроение испортилось окончательно.
— Зря я об этом вспомнила, — императрица тяжело вздохнула. — Зря.
Ее взгляд метнулся к сыну.
— Кейтлин, поешь немного, — ректор пытался меня успокоить и взбодрить. — Мы будем присутствовать на открытии бала, а после, если пожелаешь, уйдем, ну, скажем, в сад.
Я медленно кивнула, не понимая одного:
— Почему я? За что?
— М-да, — раздалось громкое за спиной. — К сыновьям девицы на шею вешаются просто гирляндами. Хоть охрану к мальчикам приставляй, — император поднялся и пошел к нам. — А эта вопрошает: за что?
— Мальчики? — я взглянула на его сыновей.
Где там мальчики? Особенно впечатляли близнецы, такие темные шкафины, даром что генералы. Их одних на поле боя можно было выпускать, а потом аккуратно трупы врагов с разрывом сердца в сторону сгребать.
— Милый, я прошу, будь мягче. Девочка не была готова здесь оказаться, — попыталась призвать его к порядку императрица.
— Дорогая, а чего нас так бояться? Я еще ни одну сноху не съел. Да, девочки?
Раздались милые смешки.
В этот момент мне сильнее захотелось в академию. Я таким взглядом уставилась на лорда-ректора, что тот от злости сам кусочек холодного мяса съел.
— Нет, — его голос звучал жестко. — Ничего страшного тебе не предстоит. Просто постоишь со мной в трех шагах от трона слева.
Я на мгновение представила, о чём он, и выпучила глаза.
— Но там стоят лишь жёны или невесты! А я… А я всего лишь не любящая ваш предмет студентка! Да я даже экзамен ещё не провалила. За что меня!
Нет, ну никакого сострадания, они все смеялись!
— Грегор, может, податься в твою академию преподавателем? — Фельор обошёл стол и сел возле младшего брата. — А у тебя там ещё такие есть?
— Таких, как моя Кейтлин, больше точно нет. Но… должность преподавателя дисциплины «Проклятия и наговоры» ещё вакантная. Можешь подать резюме.
— Хм…
— Не соглашайтесь, — пискнула я. — Этот предмет только тёмные изучают. А девушек среди них мало.
— Вот вредительница, — хохотнул Грегор. — Сдала!
— Честная, — император, казалось, вообще с меня взгляда не спускал. — Светлая, чистая душа.
Вот зачем я вообще рот открывала. Мой взгляд снова упал на тарелку. Не смогу. Ни кусочка.
Над замком пронёсся звук одиночного удара в колокол.
— Ещё пять минут, и начало официальной части, — император отошёл от стола. — Все в зал. Грегор, можете немного задержаться. Но чтобы были. Оба!
Последнее его слово убило во мне всю надежду на спасение. Это уже звучало как приказ. Шмыгнув носом, я с укором взглянула на ректора.
— Прости, — он мило улыбнулся. — Я не думал, что ты настолько испугаешься. Поверь, этот бал ни к чему тебя не обязывает. Но когда я вписывал в лотерею своё имя, совершенно забыл, что та, кто окажется со мной на балу, будет сопровождать и на…
— Не заговаривайте мне зубы, — возмутилась я. — Я хорошо учила этикет. Я должна стоять в первом ряду приглашённых слева. А не подле вас!
— Ты посмотри на неё, умная какая, — он укоризненно покачал головой. — А стоять будешь рядом. Как моя невеста.
— Но я не…
— А поговори ещё, так и вовсе женюсь, не спрашивая, а в себя влюблять потом буду. Договорные браки в нашей империи никто не отменял.
— Почему договорной?
— Потому что кое-кто сейчас договорится. Ешь давай.
Я назло всему и всем схватила кусочек ветчины и запихала в рот.
Живот довольно заурчал. Ему было не до моих душевных терзаний.
… Мы действительно немного опоздали. В зале уже толпился народ из тех, кто в представлении не нуждался. По правую сторону от императора и его супруги стояли сыновья по старшинству. И две снохи. А по левую — близнецы, рядом с которыми пристроились и мы. При этом мне никто не позволил спрятаться за широкую спину. И, хуже всего, что и не возразишь. Я растерянно стояла рядом с Грегором и боялась смотреть в зал. Оставалась надежда, что меня никто не узнает.
Такая наивность, конечно, но…
— Только официальная часть? — шепнула я.
— И первый танец, — уголки губ Грегора приподнялись.
— Если бы я знала, что вы настолько коварны, даже за вопросами к экзамену к вам не пришла.
— Не аукцион, Кейтлин, так что-нибудь другое,
