«Если придерживаться их же терминологии, то дальше должен быть Дьявольский Желудок или, на худой конец, Глотка, но никак не Сладкая бухта Фия! Фу! Ну и фантазия у этих мужланов!» — думала Мияна Дорин, притворяясь Яном, помощником самого Кора Бесстрашного.
После напряженной прогулки мимо рифовых скал она стояла на носу корабля, вглядываясь в очертания острова Лао, самого крайнего из всей плеяды архипелагов, облюбованной пиратами самой Мейфии. Те попросту стянули название у мифического королевства туземцев, славившегося морским разбоем, а ныне канувшего в небытие вместе с последней шхуной, затопленной когда-то давно и унесшей с собой несметные богатства на дно морское.
Глава 13. Фия, непотопляемая звезда морская
Мейфия. Лао. Бухта Фия. Правая рука Кора Бесстрашного — Ян Рин
Бухта Фия негостеприимно встречала нас вооруженным до зубов фортом, расположившимся на скале через коридор из разрушенных пород в котором мы плыли, иначе просто безымянную расщелину в прибрежной скале. Я же прикидывала сроки прибытия. Зазевалась на мгновение, любуясь пейзажем. Да уж, красота. Пора опять показать нос на капитанском. Вон уже и якорь кинули. Опаздываю!
— ЯН РИН, тащи сюда свой тощий зад! — разорялся мой начальник, коренастый, загорелый мужик, разменявший недавно пятый десяток. Но несмотря на свой возраст, этот бугай просто адски силен, хоть и туповат для кэпа. Как он до сих пор не распознал во мне женщину, ума не приложу, как, впрочем, и вся команда, кидающая в мою сторону жеманные взгляды, и только. Большего не позволяю. Ибо пара зуботычин под ребра, и желающих припереть миленького мальчика к стенке трюма резко поубавилось, помножив на ноль. Ха, помножив, сказанула! Они и считать-то не умеют. Бедняги. Но и я не портовая Фия, в честь которой назвали целую бухту, чтобы отвечать взаимностью каждому поперечному.
— Капитан? — ничуть не запыхавшись, ответила я, рефлекторно остановившись на первой ступеньке его единоличной палубы, на которую не допускался никто, кроме мастера парусов и его команды и то исключительно дела ради.
— Спускайте шлюпы, фрахтоваться — много чести. Так пойдем, — промычал он, пожевывая насс, горькую травяную смесь. И как Кор только терпит эту вонь! Задушив гримасу отвращения в зародыше, с постной миной уточнила:
— Кто на сушу?
— Составь график, по две трети отпускать буду. Пропустят вахту — повешу на рее, все. Уйди, — грозно прочавкал кэп очередные загадки, к которым я уже привыкла. Расшифровываю: разделить команду на три части и отпускать их по графику. Каждые сутки на корабле дежурит только треть команды, иначе — сторожит, палубы драит. Справедливо в принципе, если не считать, что капитан вне вахт вообще. Ну не мне судить. Команда не жалуется. А я тем более.
Вспомнив про свои прямые обязанности, уже уходя, все же уточнила:
— А из провизии что брать?
Но получила очередной втык от Беса, у которого, видимо, аж ширинка дымилась, да к тому же на мои слова глаза налились кровью. В таких случаях для моряков промедление смерти подобно. Бухта же самой Фийи. Потому я молча поспешила готовить шлюпки для схода да накидывать в уме график, мать его, вахт. Тьфу! Еще немного — и совсем как они говорить начну!
— Шлюпки на воду! — крикнула я, перехватывая Шая на ходу. — Ты со мной за провизией.
— Ну Ян! — воскликнул загорелый, плечистый русоволосый, знаю я его, таким и платить в борделях не приходится.
— Что Ян? Ты прошлый раз отгулял за троих. Все, без разговоров! — Сделав грозную мину по примеру Беса, я не преминула тихо шепнуть: — Разницей поделюсь, а то на что кутить собрался?
Мгновенно повеселев, мой единственный среди всего этого отребья друг хлопнул меня по плечу по-свойски, до остановки сердца, что гвоздь в землю вбил. Ну и силища.
Мимо пробежали эльфийские мальчуганы, отвлекая меня от идеи наказать Шая за его выходки, и я невольно засмотрелась на ушастеньких шустрых малых, залезших на ванты в одно мгновение. Так быстро и ловко шныряют туда-сюда да оснастку протягивают, обзавидуешься! Потому-то Кор и думать забыл о своей идее продажи ребят на невольничьем, чему я была рада до умопомрачения. Ибо даже не знаю, что бы сделала, если б все же собрался. Сама была той, которую пленили, били и морили голодом, а потом все же продали в хорошие руки. Вот выслуживаю свободу у капитана «Скользящего», с каждой наживы получая свой законный пай, львиную долю отдаю обратно.
Так! Не время и не место предаваться жалости. Тем более к себе.
Потому прошла на слип, наваливаясь всем весом, подергала за веревочную лестницу, скинутую к дрейфующим на воде лодкам. Держит.
— Готово, кэп! — гаркнула я что есть мочи.
— Че орешь, здесь я, — проворчал Бес, выступая из-за спин собравшейся команды.
Пираты переминались с ноги на ногу, желая поскорее сойти на сушу.
Вспомнив разбиение на группы в прошлый сход, начала громко перечислять следующих по очередности матросов. Довольные моряки, имена которых я произносила, дождались спуска капитана и заскользили следом за ним, держась за веревку одними руками. А те, кому совсем было невмоготу, прямо так и прыгали в воду да плыли до берега наперегонки, издавая в процессе поистине дикарские вопли.
Дальше я перечислила распорядок дня и вечера оставшимся стоять на палубе, не забыв напомнить нашему Деду, мастеру парусов, что его эльфийских обезьян-мальчуганов нужно обязательно кормить и не забывать водить в отхожие места, ибо сами не попросят. Молчуны.
— Да помню я, помню, — проворчал тот, вороша золотистые волосы на обеих макушках мальцов, привязавшихся к своему старому начальнику пуще кого-либо из команды, потому и ходивших за ним хвостиком.
Я же похвалила себя за смекалку, что определила ребят к нему, и, опомнившись, поманила Шая отчалить со мной за провизией. Остальные досадливо разошлись, что-то бубня себе под нос про несправедливую очередность и тому подобную чепуху, к которой я уже привыкла. Потому и не реагировала, а поначалу сильно переживала и изводила себя бессонными ночами.
«И так им не угодишь, и эдак, да что с этими мужланами делать-то!» — думала я тогда, переворачиваясь с бока на бок.
— Ты бы это, Кейга позвал, он давно в помощники к тебе набивается, — отвлек меня друг, спустившись за мной в шлюп.
— Знаю я, чего он набивается, — буркнула в ответ, налегая на весла, а потом взяла и кинула в него оба со словами: — Греби давай, не умничай.
— Ну ты дал… — произнес невпопад Шай, упустив одно из весел. За тем и нагнулся, чтобы выловить его из воды. А я, наблюдая за откляченной к небу пятой точкой друга, не выдержала и столкнула его в воду, в отместку, так сказать, за все его похлопывания по плечу. Ведь знает же гад, что больно, и все равно хлопает!
— Слышь! — сплевывая воду, возопил он, вынырнув аккурат подле меня. И нет бы успокоиться да охладиться, так этот краб своей цепкой клешней схватил меня за руку и потянул на себя…
Поначалу я просто посмеялась его выходке, очутившись в воде, а потом осознала страшное!.. Сегодня на мне нет бандажа! Дело-то в чем: грудь беспрестанно ныла от постоянных перевязок, оттого решила чередовать дни, одевая просто рубашки посвободнее. Благо мой первый размер был почти незаметен. Почти…
— Твою ж мать! — выругалась я, выплюнув порцию соленой воды, полученной от набежавшей волны.
— А че сразу обзываться? — моментально обиделся Шай, подплывая ближе, похоже, чтобы отомстить. Например, пару раз макнуть в воду. Я, конечно, стала кружить от него вдоль лодки. Да уж, сама виновата, не хотела задеть за живое, слова вырвались непроизвольно. И знала ведь, что его мать одна из портовых, продала того еще мальцом на рынке. Эх…
А между тем друг меня поймал. Затем почему-то долго держал в руках. Не вытерпев, я в недоумении развернулась к нему лицом, ожидая чего угодно, но только не этого. Друг просто взял и поднял меня над водой, видимо, помогая забраться в лодку, а там рубашка, прилипшая к телу, и неудачный день…
