Потом опомнившись, мой неизвестно кто как ни в чем не бывало миролюбиво произнес:
— Я давно искал себе компанию… Не отказывай, пожалуйста, мне в этой милости.
Мой же взгляд нечаянно уперся в его голый торс и там и застрял. Погиб смертью храбрых. А моряк, по-видимому, хмыкнул и подхватил со стула тканевую рубаху с закатанными рукавами. И вопреки ожиданиям, незнакомец попросту накинул и завязал ее узлом на груди, естественно, обнажая моему взору манящие кубики пресса.
— Ты ешь или как? — донеслись до меня откуда-то издалека его слова, хотя стоял он все на том же месте.
Довольная мина на лице незнакомца постепенно сползла в озадаченную гримасу. Наклонив голову вниз, он посмотрел на свой голый живот и штаны, пытаясь понять, что такого интересного там нашли мои глаза. Поздно опомнившись, я все же поморщилась и решила внести ясность в свое идиотское поведение:
— Сабля…
Да уж. Оправдание так себе. Потому влепила себе мысленный тумак и тут же спряталась за шторкой в расстроенных своим идиотизмом чувствах. Положительно не знаю, что со мной творится? Что ему сказать? О боги, стыдно-то как!
А пока мысленно дискутировала сама с собой, послышалось странное: щелчок и звуки вытягиваемого из штанов ремня. Что он там делает? Нет, не так. Зачем?!
— Не бойся меня… При тебе я безоружен. Хм, то есть буду, — произнес сумбурную речь тот самый, надеюсь, все еще полуоголенный незнакомец. Выглянула. Да, так и есть. Скрываясь в другой комнате, он лишь крикнул оттуда: — Я сейчас.
И плотно закрыл за собой створки деревянных дверей, скрипя бронзовыми ручками и щеколдой замка.
Ну дела… А желудок мой между тем действительно бесновался, сообщив всей округе долгим бурчанием, как он сильно возмущен своей хозяйкой. Потому, пользуясь полным одиночеством, я все же слезла с кровати и опустилась босиком на шлифованный дощатый пол. Не скрипнув ни одной половицей, умудрилась в несколько шагов добраться до стола. И устроила грандиозную работу челюстям: накинулась на овсянку с рыбой да кислые овощи, лежащие на огромном красивом блюде, которое, увы, ничуть не добавляло им вкуса. Однако сейчас даже эта еда казалась мне божественно вкусной. Поэтому меня так и застали за постыдным занятием — облизыванием собственных пальцев, испачканных рыбьим жиром, подкравшись сзади:
— Зря времени не теряешь, Ян. Молодец!
— У-угум, — произнесла я с набитым ртом. Задаваясь вопросами: а как же двери, петли, скрип замка?
— Ты первый, кто с таким наслаждением уплетает эту гадость… — без обиняков прибавил незнакомец, преодолевая несколько разделяющих нас шагов, и встал рядом по левую сторону.
Хотела было возмутиться, но осознав, как он только что ко мне обратился, довольно ответила, скрестив руки на груди:
— Голод, знаешь ли, заставит съесть и не такое.
Его следующая реплика пустила мое сердце вскачь, мешая пищеварению. Ибо, улыбнувшись так, как умеет, похоже, только он один, весело и непринужденно, этот яркий образчик женских грез отчего-то произнес многозначное:
— Я рад!
Моя вздернутая бровь явно подняла настроение остроухому. При ближайшем рассмотрении не менее красивого профиля моего нового, судя по всему, кэпа, придирчиво оглядывающего еду, сумела заметить отдаленные сходства с эльфами. Вот те на. Еще один яркий представитель остроухих, хоть и полукровка? Да уж. Интересная компания, ничего не скажешь.
— Кхм, — вымолвил мой рот, чудом не вываливая наружу остатки каши, которые я тут же проглотила со страха, ибо рука этого наглеца легла мне на плечо, чем немало напугала.
Затем нахал еще и произнес как ни в чем не бывало:
— Похоже, сегодня ты поел за двоих. Глядя на сие разнообразие кулинарных блюд… Аппетит мой взял выходной.
Эльф слегка сжал плечо в опасной близости от моей груди, роняя сим действием мое трепыхающееся сердце в пятки. Может, оно и к лучшему? Оттуда его бешеный стук не будет слышен.
— Э-э-э, — произнесла я, чудом собравшись. Правой рукой все же попыталась взять наглую конечность эльфа, чтобы снять с себя сию ношу и успокоить натянутые до предела нервы. Однако хитрый индивид перехватил мое запястье, крепко, но не причиняя боли. А этот членистоногий еще и издевается? Дела мои — труба подзорная…
— Попался? — сквозь раскатистый смех умудрился вымолвить этот наглец, улыбаясь еще шире. Казалось бы, куда больше? Ан нет, его рот умел, оказывается, и не такое. Ах, что я несу?
— Че те надо? — спокойно уточнила, переключаясь в режим хамка-Мия, заодно затолкала все свои пещерные страхи обратно. Как ни обмозговывай, головоломка не складывается: он, похоже, считает меня парнем. Ну тогда на кой я ему сдалась? А еще эти ужимки? Положительно ничего не понимаю!..
От бурной мозговой деятельности меня отвлекли слова капитана, скупо брошенные сжатыми губами:
— Твое общество.
— И только? Тогда руки убрал, — перешла на открытую конфронтацию я, буравя взглядом возмутителя спокойствия. И все же стою ровно, не дергаюсь, ведь его удерживающая рука ныне пребывала в опасной близости от моей груди.
Скривив лицо, и от того не став менее привлекательным, эльф таки освободил мое запястье и отошел на шаг в сторону. Дышать стало легче в разы, словно открыли окна и двери в каюте, впуская свежий морской бриз.
— Думал, меня опять продадут на невольничьем, — зачем-то ляпнула. А затем мысленно влепила себе еще один тумак. Признаю, мои предки имели крабовые корни.
И опять меня отвлекли слова представителя остроухих, а в этот раз еще и тронули до глубины души.
— Мы не продаем… — Замявшись на мгновение, незнакомец продолжил: — Людей, мы их спасаем, по крайней мере, полукровок, выкупаем на рынках. Вот и тебя еще давно освободить хотел. Но этот гад со «Скользящего» купил раньше, перенеся торги через своих.
Переварив сказанное, неожиданно поняла неутешительное:
— Ты думал, что я эльф?! Полукровка?
Глава 16. Хранительница знаний
Тысяча островов. Остров Наяр. Принц архиров Шияр-Шиян
— Отец, я нашел ее, — нарушил тишину тронного зала Тысячи островов сам Шияр-Шиян, первый претендент на звание Верховного правителя.
Его быстрые шаги заставляли магические руны петь под ногами, освещая плиты вокруг при каждом движении. Священное место всегда отзывалось на истинных архиров, предков самих драконов, которые покинули этот тесный мир, единолично осваивая другие, новые пространства по праву первых поселенцев. Однако сердце магии нужно было кому-то охранять. Поэтому сию миссию возложили на род Шиянов, единственных решивших остаться. Спустя время их кровь утратила чистоту из-за неприятия родственных союзов, правда, королевская династия нашла другой выход.
Молчаливый правитель в длинной белой мантии, скрывающей подсвеченную избыточной магией кожу, и бровью не повел. И все же палец его дрогнул, стукнул по подлокотнику, вычерчивая на драгоценном металле руну, моментально вспыхнувшую рядом с троном. В воздухе зависло огромное овальное зеркало, показывающее события зрителям по обе стороны.
Картинка молодой девушки, пьянствующей магини зависла в воздухе. Та с чаркой в руках стояла в компании урков, дриад и магичащего над священным деревом архимага. Маленький кустик начал расти, медленно, нехотя вытягивая вперед свои ветки, обрастающие молоденькими листьями.
Со словами «Моя очередь, слабак!» девушка допила мутный напиток до дна, передала чашку рядом стоящей нежити и вскинула вперед ладони.
На руках девы выступили вены, из кончиков ее пальцев заструилась чистая магия, стремясь к своему древу-источнику. Губы избранницы еле шевелились, однако же правитель сумел распознать архирское наречие. Чему внутренне хмыкнул.
— Очаровательно, — ровным голосом подвел итог знакомства с новой претенденткой на звание хранительницы знаний сам Тияр-Шиян. Его белые волосы блестящей волной спадали по плечам, прикрывая собой всю спину, зеленый цвет глаз сообщал о миролюбиво-меланхоличном настроении, в котором тот пребывал уже не первое столетие, терпеливо наблюдая за смертными.
