красноносого комика, распевающего развеселые, фривольные куплеты.
— Факт! — в очередной раз бросил генерал Форбс. — Я услышал это от одного француза, старины Бэссингтона. А он слышал об этом от своего приятеля Бэджера Коттерилла, который получил данные сведения от Снукса Паркера.
Мисс Хендерсон понимающе кивнула.
— Да, сведения, видимо, вполне достоверны! — воскликнула она.
На лице маленького мужчины, сидевшего рядом с ними, появилась мимолетная улыбка. И эта улыбочка не ускользнула от внимания мисс Хендерсон. Она была дамой наблюдательной. Незнакомец явно оценил иронический подтекст ее последнего замечания — ту иронию, которую генерал не мог даже и заподозрить.
Сам генерал, разумеется, не видел этой улыбки. Он взглянул на часы и поднялся с кресла.
— Пора размяться. Надо всегда поддерживать хорошую форму, — заметил он и, направившись к открытой двери, вышел на палубу.
Мисс Хендерсон взглянула на улыбчивого соседа. Это был взгляд, показывающий, что она готова поболтать с приятным попутчиком.
— На редкость энергичный мужчина… не так ли? — сказал незнакомец.
— Он сделает по палубе ровно сорок восемь кругов, ни больше ни меньше, — сказала мисс Хендерсон. — Но какой старый сплетник! И еще говорят, что мы, женщины, любим сплетничать.
— Какое нетактичное замечание!
— Французы обычно отличаются тактичностью, — игриво заявила мисс Хендерсон.
Маленький мужчина немедленно добавил:
— И бельгийцы также, мадемуазель.
— О, вы из Бельгии!
— Эркюль Пуаро. К вашим услугам.
Это имя… Она, несомненно, уже слышала его прежде…
— Нравится ли вам это путешествие, месье Пуаро?
— Честно говоря, нет. Я поступил глупо, позволив втянуть себя в такую авантюру. Терпеть не могу la mer. Оно же никогда не успокаивается… никогда, даже на минуту.
— Ну, признайте, что сейчас на нем полный штиль.
Месье Пуаро с неохотой согласился:
— Именно поэтому я слегка ожил и вновь почувствовал интерес к окружающей действительности… Например, мне понравилось, как вы ловко разговорили генерала.
— Вы имеете в виду…
Эркюль Пуаро согласно кивнул:
— Ваши методы извлечения скандальной информации. Они достойны восхищения!
Мисс Хендерсон рассмеялась без тени смущения.
— Мое упоминание о защитниках отечества? Да, я предполагала, что такое замечание сильно разозлит и распалит старого вояку. — Она доверительно склонилась в сторону Пуаро. — Признаться, я обожаю скандалы и сплетни… и чем больше в них злости, тем лучше!
Пуаро задумчиво смотрел на нее. Стройная, хорошо сохранившаяся фигура, проницательные темные глаза, седые волосы; эту сорокапятилетнюю женщину вполне устраивало то, что ее вид согласуется с возрастом.
Элли вдруг резко сказала:
— Я вспомнила! Неужели вы тот знаменитый детектив?
— Вы слишком любезны, мадемуазель. — Пуаро слегка склонил голову, но не стал опровергать ее определения.
— Как это захватывающе, — сказала мисс Хендерсон. — И что же, вы идете «по горячему следу», как пишут в детективных романах? Среди нас на корабле скрывается преступник? Или мое любопытство неуместно?
— О нет, вовсе нет. Мне жаль разочаровывать вас, но я отправился в это плавание, как любой другой турист, просто ради удовольствия.
Его голос был таким мрачным, что мисс Хендерсон невольно рассмеялась.
— О! Не расстраивайтесь, завтра у вас будет возможность сойти на берег в Александрии. Вы уже бывали в Египте?
— Никогда, мадемуазель.
Мисс Хендерсон несколько неожиданно встала с кресла.
— Думаю, мне стоит присоединиться к генералу, — заявила она.
Пуаро с учтивой поспешностью поднялся на ноги.
Она слегка кивнула ему и прошла на палубу.
В глазах Пуаро промелькнуло легкое недоумение, но затем его губы тронула понимающая улыбка, он встал и, подойдя к двери, выглянул на палубу. Мисс Хендерсон, опершись о перила, беседовала с высоким мужчиной, отличавшимся военной выправкой.
Улыбка Пуаро стала шире. Его голова исчезла в курительной комнате с той же поспешностью, с какой осторожная черепаха втягивает голову в панцирь. Некоторое время он пребывал там в полном одиночестве, но правильно подозревал, что его уединение будет недолгим.
Так оно и вышло. Миссис Клаппертон — тщательно уложенные платиновые волосы покрыты сеточкой, отточенные массажем и диетой формы тела подчеркнуты элегантным спортивным костюмчиком — появилась из дверей бара с решительным видом женщины, которая всегда в состоянии заплатить высшую цену за любую появившуюся у нее прихоть.
Она сказала:
— Джон?.. О! Доброе утро, месье Пуаро… вам не попадался Джон?
— Он на правом борту, мадам. Могу я…
Она жестом остановила его.
— Я отдохну здесь немного.
С царственным видом она опустилась в кресле напротив. Издалека ей можно было бы дать лет двадцать восемь. Но вблизи, несмотря на ее великолепный макияж, она выглядела если и не на свои сорок девять, то уж на сорок пять. У нее были холодные бледно-голубые глаза с крошечными зрачками.
— Жаль, что я не видела вас за ужином вчера вечером, — заметила она. — Конечно, я понимаю, море было неспокойно…
— Précisement[1765], — выразительно бросил Пуаро.
— К счастью, я отлично переношу качку, — заявила миссис Клаппертон. — Я говорю — к счастью, поскольку с моим слабым сердцем морская болезнь, вероятно, могла бы стать смертельной для меня.
— У вас такое слабое сердце, мадам?
— Да, мне приходится быть крайне осторожной. Мне ни в коем случае нельзя переутомляться! Так говорят все известные специалисты! Мой милый Джон, бедняжка, он так изматывается, стараясь оградить меня от лишних нагрузок. Я живу очень напряженной жизнью, если вы понимаете, что я имею в виду, месье Пуаро.
— Да, да.
— Он вечно говорит мне: «Постарайся привыкнуть к более спокойной жизни, Аделина». Но я не могу. Мне кажется, что жить можно только полной жизнью. По правде говоря, я изматываюсь, как фронтовая медсестра. Мой госпиталь… вы слышали о моем госпитале? Конечно, у меня есть санитарки, сестры-хозяйки и прочий персонал, но именно я руковожу всеми делами. — Она вздохнула.
— Ваша жизненная энергия просто удивительна, дорогая леди, — несколько машинально сказал Пуаро с видом человека, подающего дежурную реплику.
Миссис Клаппертон залилась звонким девичьим смехом:
— Все мне говорят, что я очень молодо выгляжу! Какая нелепость. Мне сорок три года, и я никогда не пыталась даже на день убавить свой возраст, — продолжала она с несколько лживой откровенностью. — Однако большинство людей полагают, что в это трудно поверить. «В тебе столько живого огня, Аделина», — говорят они мне. И действительно, месье Пуаро, что же может погасить огонь жизни?
— Смерть, — буркнул Пуаро.
Миссис Клаппертон нахмурила брови. Такой ответ ей явно не понравился. Она поднялась и холодно сказала:
— Мне нужно найти Джона.
Направившись к двери, она уронила свою сумочку, и все ее содержимое раскатилось по полу. Пуаро галантно бросился спасать положение. Благодаря его стараниям вскоре были собраны многочисленные дамские вещицы, включавшие, помимо прочих, губную помаду, косметичку, портсигар и зажигалку. Миссис Клаппертон вежливо поблагодарила его и, спустившись на палубу,
