окликнула Джона.
Полковник Клаппертон все еще увлеченно беседовал с мисс Хендерсон. Он мгновенно развернулся и быстро пошел навстречу своей жене. Проявляя заботу, он предупредительно склонился над ней. Удобно ли расположен ее шезлонг? Может, стоит переставить его в другое место? Полковник вел себя очень вежливо — его манеры были исполнены мягкой предупредительности. Просто идиллия: любящий муж балует обожаемую жену.
Мисс Элли Хендерсон вглядывалась в даль с таким видом, будто этот морской пейзаж внушал ей сильное отвращение.
Пуаро выглядывал на палубу, стоя в дверях курительной комнаты.
Хрипловатый, дрожащий голос за его спиной произнес:
— Я бы объявил войну такой женщине, будь я ее мужем. — Пожилой джентльмен, которого путешествующая на корабле молодежь непочтительно называла «дедушкой всех чайных плантаций», только что вошел в комнату, по-стариковски шаркая ногами. — Мальчик! — позвал он официанта. — Сделай-ка мне виски с содовой.
Пуаро наклонился, чтобы поднять клочок бумаги, явно забытый на полу при сборе вещей из сумочки миссис Клаппертон.
— Обрывок рецепта, — заметил он, — содержащего глюкозид дигиталина. — Он сунул рецепт в карман, намереваясь позже вернуть его миссис Клаппертон.
— Да, — продолжал престарелый пассажир, — ядовитая дамочка. Знавал я одну такую, когда жил в Пуне. Помнится, было это в восемьдесят седьмом году.
— И что ж, решился кто-то объявить ей войну? — поинтересовался Пуаро.
Старик печально покачал головой:
— Нет, она за год свела своего муженька в могилу. Клаппертону следует вести себя увереннее и тверже. Он предоставил своей супруге слишком много власти.
— Она водит его на денежном поводке, — сдержанно заметил Пуаро.
— Ха, ха! — воскликнул старик, фыркая от смеха. — Ловко вы объяснили суть дела. Водит на денежном поводке. Ха, ха!
В курительную впорхнули две девушки. Одна — круглолицая и веснушчатая, с темными, растрепавшимися на ветру волосами, у другой веснушки сочетались с буйными каштановыми кудрями.
— Скорая помощь… скорая помощь! — воскликнула Китти Муней. — Мы с Пэм собираемся спасти полковника Клаппертона.
— От его жены, — задыхаясь от волнения, добавила Памела Креган.
— Мы думаем, что он такой славный…
— А она просто отвратительная… Она вечно таскает его за собой и абсолютно не дает ему свободы, — наперебой тараторили девушки.
— А стоит ему только избавиться от нее, как в него сразу же вцепляется эта неотвязная мисс Хендерсон…
— Она, конечно, довольно мила, но ужасно старая…
Они выбежали на палубу, задыхаясь от смеха и повторяя: «Скорая помощь… помощь… скорая помощь…»
То, что спасение полковника Клаппертона было не случайным порывом, а некоей продуманной программой действий, стало очевидным тем же вечером, когда восемнадцатилетняя Памела Креган подошла к Эркюлю Пуаро и проворковала:
— Смотрите, месье Пуаро. Сейчас мы его уведем у нее из-под носа, пригласив полюбоваться лунным светом на шлюпочной палубе.
Как раз в этот момент полковник Клаппертон говорил:
— Я признаю, что «Роллс-Ройс» достаточно дорог. Но такую вещь покупаешь на всю жизнь. В общем, мой автомобиль…
— Мой автомобиль, так, кажется, ты хотел сказать, Джон. — Голос миссис Клаппертон был резким и пронзительным.
Он не выказал никакого раздражения на ее невежливое замечание. Либо он уже успел привыкнуть к такому обхождению, либо…
— Разумеется, моя дорогая, ваш автомобиль. — Клаппертон кивнул своей жене и закончил начатую ранее фразу с совершенно невозмутимым видом.
«Voilà се qu’on appelle le pukka sahib, — подумал Пуаро. — И в то же время генерал Форбс считает, что Клаппертону вовсе не свойственна порядочность. Я бы позволил себе усомниться…»
Поступило предложение сыграть в бридж. За карточным столом устроились миссис Клаппертон, генерал Форбс и востроглазая супружеская пара. Мисс Хендерсон вежливо отказалась и вышла на палубу.
— А ваш супруг? — неуверенно спросил генерал Форбс.
— Нет, Джон не будет играть, — сказала миссис Клаппертон, — он считает бридж слишком утомительным занятием.
Четыре заядлых игрока начали партию. Пэм и Китти с двух сторон подошли к полковнику Клаппертону и взяли его под руки.
— Вы ведь не откажетесь прогуляться с нами! — сказала Пэм. — На шлюпочную палубу. Сегодня такая лунная ночь.
— Не делай глупостей, Джон, — бросила миссис Клаппертон. — Там прохладно, ты можешь простудиться.
— Только не с нами, — заявила Китти. — Мы сумеем согреть его!
Усмехнувшись, он пошел с ними.
Пуаро заметил, что миссис Клаппертон, в начале объявив «две трефы», в итоге спасовала.
Он неторопливо вышел на верхнюю прогулочную палубу. Мисс Хендерсон стояла у борта. Услышав его шаги, она с надеждой обернулась к нему, но, судя по тому, как сразу изменилось выражение ее лица, Пуаро понял, что она надеялась увидеть совсем другого человека.
Они немного поболтали. Затем, после непродолжительного молчания, она спросила:
— О чем вы задумались?
Пуаро ответил:
— Я задумался о том, хорошо ли я понимаю английский. Миссис Клаппертон сказала: «Джон считает бридж слишком утомительным занятием». Разве не правильнее было бы сказать «скучным»?
— Я думаю, она воспринимает его отказ как личную обиду, — сухо сказала Элли. — Напрасно он вообще женился на ней.
Темнота скрыла улыбку Пуаро.
— И вы не допускаете возможности, что этот брак можно назвать удачным? — с оттенком неуверенности в голосе спросил он.
— С такой-то женщиной?
Пуаро пожал плечами:
— Много одиозных женщин имеют преданных мужей. Загадка природы. Согласитесь, что все ее слова и поступки, очевидно, не вызывают у него раздражения.
Мисс Хендерсон размышляла над ответом, когда из окна курительной комнаты донесся голос миссис Клаппертон:
— Нет… Пожалуй, я не буду начинать новый роббер. Здесь так душно. По-моему, мне лучше подняться наверх и подышать воздухом на шлюпочной палубе.
— Доброй ночи, — сказала мисс Хендерсон Пуаро. — Я собираюсь лечь спать, — добавила она, быстро исчезая в темноте.
Пуаро зашел в комнату для отдыха, покинутую, как оказалось, всеми, за исключением двух девушек и полковника. Он показывал им карточные фокусы, и Пуаро, заметив, как мастерски он манипулирует колодой карт, вспомнил историю генерала о мюзик-холле.
— Я вижу, вы любите карточные игры, хотя и не играете в бридж, — заметил он.
— У меня есть причины для того, чтобы не играть в бридж, — сказал Клаппертон, сияя обаятельной улыбкой. — Сейчас вы все поймете. Мы сыграем в одну игру. — Он быстро раздал колоду. — Возьмите свои карты. Итак, что вы видите? — Он рассмеялся, заметив потрясенное лицо Китти. Она опустила свои карты, и все остальные последовали ее примеру. На руках у Китти оказалась вся трефовая масть, у месье Пуаро были все червы, у Пэм — бубны, а у полковника Клаппертона — все пики. — Все понятно? — спросил он. — Человеку, который может сдать своему партнеру и сопернику любой набор карт по собственному усмотрению, лучше держаться подальше от дружеской игры! Если ему будет слишком часто сопутствовать удача, то могут поползти нехорошие слухи.
— Ax! — восхищенно выдохнула Китти. — Как
