огромное разочарование, была. Только Дейтон, самый молодой и единственный мужчина в семье, помнил, что Кэсси была его сестрой. С ним тоже обращались как с нежеланным ребенком. Первые трое детей короля и королевы Атлантиды были идеальными принцессами, но необходимость произвести на свет наследника вынудила их продолжать.
Каким огромным разочарованием был Дейтон для родителей и какой радостью для Кэсси, которая заботилась о нем, заменяя собственную мать. Дейтон был единственной причиной, по которой она задержалась в Атлантиде, и единственным сожалением, которое она испытывала после побега.
Кстати, Кэсси уже несколько дней не разговаривала с братом. С его помощью ей до сих пор удавалось ускользать от солдат семьи. Как же она молилась, чтобы они не обнаружили его предательства. Последствия были бы ужасными. Отец и мать были непреклонны в своих убеждениях, поэтому Дейтона могли заклеймить как предателя короны. В этом случае Деметрия заняла бы трон вместо Дейтона, результат, которого родители жаждали, вопреки желанию собственного сына.
Кэсси достала пудреницу в виде ракушки, которую хранила в сумочке, и открыла ее, посмотрев на перламутровую серединку.
— Дейтон Нерис.
Перламутр закружился, превратившись в крошечное изображение лица брата.
— Привет, Кэсси.
Нежная улыбка на лице Дейтона не обманула ее ни на секунду.
— Гарпии снова доводили тебя?
Улыбка исчезла.
— Да, но ничего нового, — брат ухмыльнулся. — Хорошо выглядишь.
— Спасибо, малыш.
— Какие-нибудь проблемы с Пасификом? — Дейтон краснел каждый раз, когда упоминался другой двор. У Кэсси были подозрения, что Дейтон любил Осмонда, но данное предположение было недоказанным.
— Нет. Я стараюсь избегать обоих побережий, насколько это возможно.
— Хорошо, — он прикусил губу, выглядя обеспокоенным. — Они что-то замышляют. Нечто более серьезное, нежели союзный брак с Пасификом.
— Есть идеи, что именно? — Кэсси не сомневалась, что ее родители ничего не оставляли без внимания.
— Без понятия, но вокруг появилось слишком много тайн. Они приставили ко мне несколько охранников, хотя я все равно сбегаю.
— Сейчас они рядом? — сердце Кэсси быстро заколотилось. Она не хотела, чтобы младшего брата наказали за оказанную помощь сестре.
— Тогда я бы не ответил на вызов. Обычно они сваливают, когда я ухожу в свой укромный уголок.
Кэсси усмехнулась. Привычка, присущая ей и Дейтону. У них были особые места с прекрасным видом, где они часто просто сидели и размышляли, погруженные в собственные мысли, пока всех вокруг волновала лишь политика.
— Держи ухо востро и избегай неприятностей, хорошо?
Он поморщился.
— Кэсси, происходящее действительно важно. Деметрия расхаживает по дворцу, словно королева-воительница, а оставшиеся сестры плетутся следом, как стая сельдей. Родители выглядят слишком самодовольно, как в тот раз, когда им удалось перетянуть на свою сторону того балтийского посла. Но знаешь, что самое плохое? Никто не упоминал твоего имени уже несколько дней.
— Думаешь, они пытаются замять скандал с браком? — Кэсси могла только надеяться.
— Нет. Я считаю, что тебя отодвинули на второй план, но не забыли. Кое-кто из придворных хочет, чтобы тебя объявили предателем и изгнали навсегда. Если ты не объявишься в ближайшее время, то родители последуют этому глупому желанию.
Замечательно. Мысль о том, что ей больше никогда не придется иметь дело с родителями, была привлекательной. Но вероятный запрет на посещение морских глубин очень пугал. Будучи сиреной, русалкой, каждый день, проведенный на суше, забирал у нее бессмертие. Озером свою потребность в море заменить бы не удалось, поскольку там было владение наяд — морского народа, населявшего пресные воды. И оно не обладало той же магией, что и море. Так можно было бы замедлить приближение смерти, но не предотвратить.
То есть родители подумывали вынести ей смертный приговор без кровопролития.
— Сообщай мне последние новости, братишка, и старайся не нарываться.
— Понял. Люблю тебя, сестренка.
— Я тоже тебя люблю, — Кэсси смотрела, как исчезает изображение брата. Она уже было закрыла пудреницу, но вдруг там появилось знакомое лицо, что не могло не удивить. Просто мужчина никак не мог связаться с ней данным способом. Только королевская семья Атлантиды имела доступ к подобным пудреницам. К тому же Кэсси настроила все так, чтобы лишь брат мог с ней связаться. Конечно, в таком случае родители рано или поздно сумели бы вычислить ее местоположение, но Кэсси все никак не могла набраться сил и отказаться от прежней жизни.
— Шейн?
Шейн Джолун Данн, также известный как дитя Данна, весело помахал ей рукой.
— Привет, Кэсс.
— Что за… Как ты попал на мою пудреницу?
Он пожал плечами.
— У нас тоже есть секреты, — он поиграл бровями, рассмешив Кэсси. Неожиданно его поведение в корне изменилось. — А теперь мне нужно все твое внимание, Кэсси.
— Хорошо, — когда Шейн говорил таким тоном, то Кэсси прислушивалась к каждому слову. Беззаботный художник пропал. Пришел дитя Данна, владеющий всем ее вниманием. Видения Шейна нашли и защитили леди Гудфеллоу, спасли членов его семьи и позволили ему спариться с темпераментной парой-драконом Аканой Руссо.
— Срочно покинь Серый Дворец.
— Почему? — хотя Кэсси уже потянулась за ключами от машины.
— Началось.
Она застыла.
— Пророчество?
— Ага, — Шейн зловеще ухмыльнулся. — И ты единственная, кто может его спасти.
— Черт, — Шейн предупреждал, что этот день настанет. Говорил, что все зависело только от нее, но Кэсси не верила. Ее истинная пара была непобедимой.
Или шанс все же существовал?
О боги, она почувствовала тошноту. Оберон не мог умереть. Если подобное случилось бы, то она ушла бы в пустыню и превратилась бы в мумию.
— Он ушел! — Гарольд ворвался в комнату. В его глазах сверкала паника, а волосы торчали дыбом. — Никто не может его найти!
— Иди, Кэсси, — голос Шейна был едва слышен за отчаянными разглагольствованиями Гарольда. — И береги его. За ним охотятся. Его не оставят в покое.
— Твою ж мать, — Кэсси побежала к двери, понимая, что не вернется какое-то время, особенно если найдет Оберона. — Я проверю шоссе, Гарольд. А ты свяжешься с Робином.
— Хорошо, ваше высочество, — получив задание, брауни, казалось, успокоился. — Что ему передать?
Кэсси замерла.
— Передай, что Верховный Король пропал, — она выскочила за дверь, полная решимости спасти свою истинную пару.
***
Он дрожал, шагая по шоссе. Ледяной дождь хлестал по его телу, которое облегала мокрая одежда.
Что-то было не так. Ему нужно было куда-то пойти. Быть где-то, но…
Он откинул длинные белые волосы, которые трепал ветер, из-за чего пряди вновь оказывались на лице.
Почему он не мог вспомнить?
Итогом того, что он знал, было это пустынное шоссе, этот проливной дождь. Ничто, даже проблеск того, кем он когда-то был, не отзывалось в его сознании.
Почему? Что случилось, что он даже не знал своего гребаного
