листвой, названий которых я не знала.
Тисовые заросли создавали зеленую стену поодаль. Лес словно дышал, звенел птичьими трелями, благоухал ароматами, от которых кружилась голова. Я различала каждую нотку в отдельности и их совокупность, и этот дар уже не раздражал. Я научилась отсеивать то, что мне не нравилось.
С правой стороны пестрели цветами клумбы, среди них переливались и журчали фонтаны. Все выглядело ухоженным, но оно и понятно, ведь этот район Рифьярда — для богатых людей, которые не прочь прогуляться вечером среди красоты. Даже сам король бывал в этих местах.
Дальше шумело прибоем море — слишком прекрасное для прогулки по побережью в компании негодяя Фланнгала.
Созерцание этой прелести никак не сказывалось на настроении Роквелла. Он будто и не замечал ничего вокруг, кроме меня. Я не могла сказать, что он сразу стал хорошим. Нет! Он по-прежнему оставался опасным, непредсказуемым, непонятным. Но что-то после возвращения в нем изменилось. И эти изменения пугали не меньше воспоминаний о прошлой ночи.
Мы пересекли навесной деревянный мост. Конструкция выглядела довольно шаткой. И я, честно, опасалась по нему идти. Но своего страха не показала. Когда оказались где-то посередине, эта штука вообще затряслась и стала раскачиваться. Я схватилась было за перила, но Роквелл обнял меня за талию, помогая перебраться на другую сторону. Очутившись на твердой земле, я оглянулась назад, потом на итхара.
— Кажется, ты сделал это специально!
— Ты это о чем? — хитро прищурился он.
Я хотела объяснить, но не смогла сформулировать сущность его магии, поэтому решила перевести тему:
— Ты собирался о чем-то побеседовать. Сейчас самое время. Или это было лишь предлогом, чтобы помириться?
— Да, разговор будет очень важным. И для тебя, и для меня.
— Что ж… Начинай! — потребовала я.
— А давай пройдем в то замечательное укромное место? — указал Роквелл на увитую плющом уединенную беседку на краю смотровой площадки. — Там нам точно никто не помешает.
Я последовала за ним, все гадая, что же он хочет мне сказать. Но вдруг с изумлением заметила, что вся моя злость на него улетучилась, на время сменившись любопытством. В конце концов, я сразу знала, кто он такой. И не доверяла, хоть и надеялась на его здравый смысл.
Мы присели в тени, скрытые от посторонних взглядов. Сейчас на площадке никого не было, и я догадывалась, что Роквелл специально выбрал это место. Неожиданное предложение настораживало: я понятия не имела, о чем будет идти речь.
— Я тебя внимательно слушаю, — сказала, рассматривая красивое лицо высшего лорда итхаров.
— Мне нравится, что мы с тобой нашли общий язык, Лера. Ты совсем не такая, как женщины этого мира, — я это сразу почувствовал. И мне нравится твоя смелость. Но суть даже не в этом… Как выяснилось, я не смогу забрать Янтарь, ведь тело это… не твое. Однако мы можем принести друг другу иную пользу. Богатства Арделя тебя не интересуют. Чего же ты хочешь?
Я вскинула голову, искоса посматривая на Роквелла.
Если бы кто-нибудь спросил несколько дней назад, чего я хочу, ни на секунду не задумалась бы. А теперь что-то будто держало меня: то ли неразгаданная до конца тайна, то ли неизвестное злодеяние, замышляемое итхарами.
— Я хочу вернуться домой, если это возможно, — произнесла, внимательно наблюдая за реакцией Фланнгала. Но он, как обычно, выглядел невозмутимым, поэтому я осторожно продолжила: — Я слышала, оракул может сказать о том, что было прежде и что ждет человека в будущем. Для начала я хочу, чтобы ты устроил мне с ним встречу и не препятствовал моему возвращению. Теперь твоя очередь.
Похоже, Фланнгала мои слова несколько озадачили. Но он тут же вернул на лицо прежнее ироничное выражение.
— Разумное решение — вернуться в свое тело. Надеюсь, с настоящей Лерэйн проблем не возникнет. Но… услуга за услугу. Мне нужны некоторые сведения, — процедил он, будто слегка злился, хоть и не подавал вида.
— Я слушаю, — кивнула я.
Роквелл выдержал небольшую паузу.
— В Грэмвилле есть группа лиц, которые год за годом пытаются разрушить устоявшуюся систему, ищут проблемы там, где их нет. Пишут памфлеты, разбрасывают листовки, а главное — старательно копают под нашу расу. Мы их никогда не трогали. Но наглость этих… чересчур осведомленных… сопротивленцев уже переходит все границы. Мы веками поддерживаем в Вайгерии и в других странах порядок и почти ничего не берем взамен… Точнее, берем только самую малость. Но нас хотят лишить даже тех незначительных привилегий, которые у нас еще имеются.
Ох как заговорил! Прямо не монстры, а ангелы во плоти, хранители мира и спокойствия, генераторы стабильности. И такие вещи, как право первой ночи и прочее-прочее, — для них лишь незначительный бонус.
— Надо же, как все запущено! — Я постаралась изобразить удивление. — Но я здесь при чем?
— Ты сейчас работаешь в академии. А это место — настоящее осиное гнездо, рассадник мятежных настроений. Там постоянно затеваются какие-то заговоры, не слишком разумные маги строят нам козни. И еще мы считаем, что там находятся организаторы всего этого движения. Мне нужно, чтобы ты познакомилась поближе с некоторыми преподавателями, магистрами и втерлась к ним в доверие. Тебе ведь все равно, на чьей стороне быть, ты же из другого мира и скоро вернешься домой.
Точно, Лаки как-то говорил про поиски итхарами организаторов среди мятежников, только я так и не узнала, кто это может быть. И пока никто не собирался посвящать меня в столь важные аспекты. Ладони вспотели, внутри все задрожало от негодования.
— Да кто мне поверит? Я же не совсем нормальная в их глазах и почти ни с кем не общаюсь! — воскликнула я. — Я еще местные правила не все изучила, по незнанию даже в тюрьму попала. Да ты же сам видел!
Итхар хотел подобраться к моим новым друзьям, используя меня! Это было ясно как божий день. А я не желала становиться предательницей, не собиралась подставлять тех, кто помог и поддержал в сложной ситуации, даже если Роквелл будет сулить немедленное возвращение обратно. Даже если я больше никогда не увижу тех людей и не узнаю, что с ними стало!
— Глупости! Тебе уже верят! Я видел тебя с парочкой, которую подозреваю наравне с остальными. Ты отлично играешь свою роль, даже меня провела на какое-то время, и не вызовешь никаких подозрений, — мягко настаивал Роквелл, явно пытаясь заманить в очередную ловушку.
— Но нас уже видели вместе! Ты ведь сам был в академии вчера!
Я внезапно обрадовалась, найдя отговорку, которая показалась значимой.
Губы Роквелла скривились в саркастической ухмылке.
— Это, конечно,
