искала меня.
— Мы присмотрим за ним, — добавила Матерь. — Здесь он будет в безопасности.
Безопасность.
Я знала цену этого слова.
У ведьм всё имеет цену.
Сжала рукоять кинжала — не из покорности, а чтобы не выдать, как дрожат руки.
Они не угрожали. Не нужно было.
Каждая из нас знала, что бывает, когда кто-то не возвращается.
Я кивнула и отошла назад, чувствуя, как за спиной гаснет тепло костра.
Когда дверь хижины закрылась, Риан тихо заплакал.
Я не позволила себе обернуться.
Мы вышли до рассвета.
Туман клубился у ног, болото шептало под сапогами.
Каждая из нас шла молча, не оборачиваясь. Мы были делегацией — так это называл Совет.
Но на деле — караваном теней, ведомых долгом и страхом.
Я шагала последней.
Плащ промок до пояса, грязь засасывала сапоги, воздух резал горло.
Свет впереди рос — белый, чужой. Там, за горами, стояла Цитадель драконов.
Мы должны были передать приветствие, заключить союз, показать, что ведьмы умеют склонить головы.
Но я знала, что за моей покорностью прячется нож.
Когда холмы поднялись из тумана, я остановилась на миг.
Город сиял, как расплавленное золото.
Я прищурилась — от этого света болели глаза.
Надо дойти. Сделать. Вернуться.
И не позволить себе думать, кого именно мне придётся убить.
Ворота Цитадели открылись без звука.
Металл светился изнутри, будто дышал огнём. От этого света у меня заломило виски.
Воздух внутри был густой, горячий, тяжелый — как будто я вошла не в зал, а в пламя.
Мы двигались медленно, шаг за шагом.
Под ногами блестел камень, отполированный до зеркала.
В нём отражались наши силуэты — серые, бескровные, чужие среди золота и шёлка.
Люди и драконы стояли рядами. Их взгляды жгли не хуже костра.
Я чувствовала, как каждая искра магии отскакивает от нашей одежды, как будто сам воздух пытался нас вытолкнуть обратно.
Старшая ведьма шла впереди, высокая, с прямой спиной.
Она не дрогнула, когда заговорил Советник — медно-рыжий, в форме, с голосом, как удар меча.
Я не слышала слов — только эхо, ритм, шорох ткани.
Мы шли к трону.
Я старалась не смотреть по сторонам, но глаза всё равно цеплялись за каждую деталь:
золото на колоннах, знаки рода Ардэллов, пламя факелов, которое не тухло даже при сквозняке.
И чем ближе был зал, тем сильнее я чувствовала — я здесь не как посол.
Не как ведьма.
Не как человек.
Я — жертва.
Глава 3 Тень среди золота
Я подняла голову — и мир обрушился.
Он.
Здесь.
На троне.
Не сон, не память, не отголосок прошлого — реальность, высокая, холодная, неотвратимая, как приговор. Линия плеч, знакомый изгиб шеи, тень над скулой… я знала каждую деталь, каждое дыхание, каждую паузу между словами этого мужчины.
Кайрен Ардэлл.
Тот, кого я любила.
Тот, кто должен считать меня мертвой.
Тот, чьё сердце мне приказано пронзить сталью.
Грудь сжала резкая пустота — будто чары выжгли изнутри воздух. Руки под плащом предательски дрогнули. Кинжал казался ледяным, пальцы — чужими.
Я должна убить его.
За сына.
За клан.
За себя.
Но взгляд встретил взгляд — и решимость треснула, как тонкий лёд под неосторожным путником.
Я заставила себя дышать.
Этот взгляд не должен был существовать. Не для меня. Не теперь.
Я опустила ресницы — ниже, еще ниже. Стоило лишь поднять глаза, и я снова могла бы утонуть в нём. А я не имела права тонуть. Не сейчас. Не здесь.
Старшая ведьма сделала шаг вперед, перекрывая мне обзор, и я снова стала частью делегации — бесцветной, безымянной, ничейной. Так видели нас драконы. Так и должно было быть.
— Делегация ведьм приветствует новый союз, — прозвучало над залом.
Голос Матери, переданный через посланницу, резанул слух. Я повторила поклон, двигаясь как тень: ни дрожи, ни лишнего жеста, ни вдоха глубже, чем дозволено.
А в груди всё ревело огнём.
Он смотрит.
Он не знает…
Кинжал под плащом напомнил о себе прохладой. Я сжала рукоять, возвращая контроль.
Я — ведьма.
Я — оружие.
А он — цель.
Я выпрямилась, хотя колени дрожали под платьем. В этот момент церемония подошла к концу. Один за другим гости склоняли головы и отходили от трона. Тишину сменила вежливая суета: шелест тканей, лёгкие смешки ни о чём.
— Господа, — произнёс церемониймейстер, — яства ждут вас в Золотой галерее. Просим следовать за слугами.
Толпа пришла в движение — стройно, привычно, будто каждый отрабатывал этот переход десятки раз. Все знали, куда идти. Все — кроме нас.
Мы стояли чуть в стороне. Люди и драконы обходили делегацию ведьм, словно вокруг нас пролегал невидимый ров. Никто не пригласил. Никто даже не указал направление. А мы не могли спросить. Впервые за много лет ведьмы оказались не угрозой — а неловкостью, от которой старались отвернуться.
— Заблудились? — насмешливый голос прозвучал справа.
Я подняла взгляд. Перед нами стоял молодой дракон с ослепительно-светлыми волосами и улыбкой, в которой не было ни тени дружелюбия. Он слегка склонил голову, как будто рассматривал нас под правильным углом, чтобы точнее оценить изъяны.
— Или ваши болота настолько дикие, что вы уже разучились ходить среди людей?
За его спиной кто-то тихо хихикнул. Не громко — достаточно, чтобы унижение стало тонким и въедливым. Достаточно, чтобы оно впиталось в кожу.
Я уже хотела отвернуться и сделать шаг прочь, но со стороны ведьм выступила Найра. Её лицо было идеально спокойным, непроницаемым — и в этом спокойствии не было моего страха.
— Мы найдём путь, — сказала она мягко, но так, чтобы слова стали пощечиной. — Ведьмы не нуждаются в поводырях.
Молодой дракон усмехнулся, отступил, пропуская нас… но взгляд, скользнувший по мне, ясно говорил: тебе здесь не место.
Когда он отвернулся, Найра даже не посмотрела в мою сторону. Только тихо, почти беззвучно бросила:
— Не вздумай показать слабость. Ни шагом. Ни вдохом.
И ушла вперёд — знала ли куда или просто делала вид, понять было невозможно. Но ведьмы последовали за ней, и я — тоже.
Толпа впереди уже скрылась за поворотом. Мы шли позже всех, последними, и свет из тронного зала постепенно гас за спиной. Стены будто становились выше, воздух — тяжелее, а шаг — пустым.
Я не принадлежала этому празднику.
Я не принадлежала этому миру.
И хуже всего — я не принадлежала самой себе.
Где-то там, впереди, за дверями и музыкой, начинался пир.
А я шла, как приговорённая, не видя дороги — ни снаружи,
