постоянным.
У меня брови поползли вверх. Я с хлопком бросила журнал на стол и уперла руки в бока.
– И ты решил на себе проверить, значит? – я старательно сдерживала свой гнев, но моему возмущению просто не было предела. – А если что-то пойдет не так? Ты разве не понимаешь, что проект закроют?
– Это ты не понимаешь! – переводит на меня горящий взгляд Варгус. – Ты понятия не имеешь, как это, каждый день бояться. Причем не только за себя. За тебя, между прочим, тоже. Ведь будет же сразу ясно, что ты знала.
– Да мне плевать, Варгус, – вспыхиваю я. – Я знаю половину драконов столицы, потому что сама, вот этими вот руками вытаскивала их. Как думаешь, мне не страшно?
Он замолкает на минуту и глубоко дышит, явно пытаясь успокоиться. Я подхожу к нему ближе и тыкаю пальцем в грудь:
– И ты не угадал, если думаешь, что я позволю тебе лишить меня единственного друга!
С минуту мы стоим с Варгусом, напряженно смотрим друг на друга, а потом вместе смеемся в голос. Напряжение спадает, и работа идет в более спокойном и размеренном режиме.
Конечно, к сожалению, эксперименты провести мы не можем и все, что нам остается – это теоретические расчеты, но обычно этого профессору Барнсу хватало, чтобы оценить, в правильном направлении мы движемся или нет.
Хотя сейчас даже нам уже ясно – мы у финишной черты, если не перешли ее уже. Поэтому настроение хорошее, не лице играет улыбка, а руки споро выполняют необходимые манипуляции.
Я переписываю на отдельный лист основные данные, беру со стола бутылек с пробным образцом, который мы дополнили антидотом против психотропных побочных эффектов, и мы отправляемся на доклад к ректору.
За окном еще только забрезжили сумерки – мы справились с Варгусом даже раньше, чем я рассчитывала, поэтому мысленно я уже рядом с Алланом и слушаю его рассказы о драконах и полетах. Но Темный, как обычно, рушит все мои планы.
Он долго рассматривает мои записи, нюхает пузырек. Мы с Варгусом молчим, боясь нарушить тишину, в которой слышно только ставшее уже привычным мерное тиканье часов.
Темный откидывается на спинку кресла, трет подбородок и хмуро разглядывает нас.
– Я закрываю ваш проект, – говорит он, будто пригвождает к месту.
Пальцы леденеют от шока, а из груди резко выбивает весь воздух. Как. Же. Так? В ушах звенит, а я ничего вымолвить не могу. Хорошее настроение словно испепелилось вмиг. Как. Же. Так?
Но если я замираю, не в силах ничего сделать, то Варгус, напротив, с рычанием кидается к столу ректора.
– Инквизитор! – сквозь зубы проговаривает он. – Тебя специально сюда поставили, чтобы лишить этот проект единого шанса! Гребаный инквизитор!
Варгус пытается через стол ударить Темного, но его отшвыривает и буквально впечатывает в дверь магией. Слышится треск дерева, а по гладкой темной лакированной поверхности двери расползаются светлые трещины.
Я в испуге отскакиваю назад за секунду до того, как на Варгуса налетает инквизитор и хватает его за горло.
– Ты, сосунок, – цедит ректор, – думаешь, ты хоть что-то знаешь? Ничего ты не знаешь, сидя тут в своей академии.
Варгус дергается, пытаясь вырваться из хватки Темного. Магия клубится вокруг, но больше не трогает моего напарника.
– Да, угадал, меня послали, чтобы проверить, правда ли вы тут драконам помочь хотите, – продолжает с тихим рыком ректор, не ослабляя своей хватки. – И если хоть малейший успех у вас обнаружу, найти повод посадить вас всех, включая Барнса с его светлыми порывами. И знаешь, почему ты и Лейра все еще на свободе? Потому что я так хочу. Это МНЕ нужно.
– Темный всегда остается Темным и предателем, даже для короля? – хрипя выдавливает из себя Варгус, цепляясь руками за предплечье инквизитора.
Мне становится страшно, потому что лицо ректора искажает опасная ухмылка, а глаза теряют свой яркий зеленый цвет, наливаясь золотом. Глаза Варгуса испуганно расширяются – теперь он тоже знает.
– Ты считаешь, что хорошо усыпил своего зверя с помощью зелий? Что тебе всего лишь нужно придумать такое зелье, которое подавит его окончательно? Идиот, – окончательно переходит на рык ректор. – Зверь зол, опасен. И никогда не спит. В любой момент может случиться это!
Я не вижу, что делает ректор, но взгляд Варгуса резко теряет фокус, глаза вспыхивает опасным желтым светом, пересекаемым вертикальным зрачком, а на скулах проявляется чешуя.
– Рейнард! Останови это, прошу! – я кидаюсь к инквизитору.
Глава 25. Новая работа
Я кладу обе руки на мускулистое напряженное плечо ректора и с мольбой гляжу на него:
– Пожалуйста, Рейнард, не надо! – порывисто прошу я.
От моего прикосновения Темный, кажется, вздрагивает и отвлекается от Варгуса. Он переводит на меня взгляд, его зрачок расширяется, потом снова вытягивается в линию. Рейнард шумно втягивает носом воздух и на выдохе издает гортанный рык, прикасаясь щекой к моим пальцам.
У меня перехватывает дыхание от этого странного, неуместного сейчас движения. Но я боюсь двинуться с места. Щетина немного царапает пальцы. Но больше пугает не это. По моему телу пробегает волна мурашек, а внутри возникает ощущение приятной щекотки.
Что за ерунда? Сердце бьется чаще, я хочу убрать руки, но Рейнард резко останавливает:
– Нет!
Я тут же замираю. Но чувствую, как мои пальцы на плече Темного подрагивают. Он довольно улыбается и возвращает внимание к Варгусу, который в состоянии глубокой полутрансформации начинает агрессивно порыкивать, но на удивление не дергается.
Ректор снова начинает произносить слова на непонятном языке, и взгляд Варгуса проясняется. Он какое-то время сохраняет свой драконий вид, а потом быстро возвращается к нормальной человеческой внешности.
Я с облегчением выдыхаю, когда Рейнард отпускает шею Варгуса. В ушах звенит от волнения так сильно, что даже бой часов слышен будто сквозь толщу воды. Горячая шершавая рука сгребает мои кисти, и я чувствую легкое поглаживание.
Не сразу до меня доходит, что это ректор. Только в груди разливается вязкой лавой влечение. Проклятье! Я просто не могу на него так реагировать. И не буду!
Вырываю руки и, облизнув пересохшие от волнения губы, отхожу назад на пару шагов. Темный бросает обжигающий взгляд на мой рот, но не делает попытки удержать.
– Что это было? – в шоке хрипит Варгус.
– Это был твой зверь, – твердо отвечает ему ректор, который уже тоже успевает вернуть себе человеческий облик. – Поздравляю, ты, наконец, с ним познакомился.
– Но… Как? – Варгус ощупывает шею, а потом всего себя, смотрит на свои руки.
– Нравится ощущение? – выгнув бровь спрашивает Темный и достает что-то из своего кармана. – И жить хочется, да? И представь, что такой может быть жизнь у всех драконов. Вот над этим нужно работать, а не над той ерундой, которую вы мне принесли.
Он отделяет от странного вида пластинки, которую вынул из кармана, несколько кусочков, и протягивает Варгусу.
– Это под язык каждый вечер, – ректор дожидается,
