пока мой напарник неуверенно берет в руки кусочки. – Сейчас марш в общагу спать. И чтобы два дня я тебя здесь не видел. Если дракон будет возмущаться, напомни, что он мне обещал.
Варгус рассеянно кивает и выходит из кабинета. Ректор берет бутылек и выливает в цветок на окне, морщится от запаха и закупоривает крышку. Все это происходит в абсолютном молчании.
Я стою у своего стола и нервно мну юбку. Все очень резко поменялось. Я фактически осталась без работы для степени. Да я даже не понимала, я все еще аспирантка или уже нет?
– Вы не боитесь, что он расскажет о вас? – наконец, решаюсь прервать молчание.
– Тогда ему придется сказать о себе, и о тебе… – ректор снимает камзол и присаживается на край стола. – Пожалуй, нет. Не боюсь.
– Что вы с ним сделали? – я стараюсь стоять как можно дальше от Темного, но все равно кажется, будто между нами всего пара сантиметров. Это напряжение можно хоть ножом резать.
– Научил. Показал, как разговаривать со своим зверем, договариваться с ним, – развел руками ректор. – Только так можно жить и не бояться, что превращение накроет в самый неподходящий момент.
Если все так, как он говорит и то, что он предлагает, настолько действенно, тогда почему он сам оказался в том положении, когда мне пришлось бежать, буквально роняя тапки, и лечить его? Значит, не все так идеально?
– Все так просто? Если это так, то почему я не нашла это ни в одной книге? Ведь так не бывает, – я нахмурилась и недовольно переплела руки на груди.
– Правильно мыслишь, – уголок рта инквизитора поднялся немного вверх, делая его лицо в отблесках свечи более хитрым и хищным. – А теперь еще добавь сюда вопрос: почему ты не нашла? Потому что нет таких данных, или потому что нет книг?
Я почувствовала, как от шока расширились мои глаза. Неужели он намекает, что эти книги специально спрятали?
– С моим сыном вы сделали то же самое? Он тоже может теперь разговаривать с драконом?
– К сожалению, пока только во сне, и только когда рядом сильный дракон, – Темный качает головой. – Иначе зверь может подчинить его себе.
– Как я понимаю, сильный дракон – это вы? – ухмыляюсь я. – И других вариантов не предусматривается.
– Нет, – рявкает внезапно ректор, а его глаза на секунду сверкают золотом.
По телу пробегают мурашки от собственнических ноток в голосе Темного. Будто он принял моего ребенка под свое крыло и уже не намерен ни с кем им делиться. Но он мой.
– И у меня для тебя будет работа.
– Это не новость, – усмехаюсь грустно я. – Вы в последнее время только и делаете, что находите мне занятие.
– Но ведь ты для этого тут и находишься? – спокойно отвечает ректор и, обойдя стол, достает из ящика список. – Тут примерные составы нескольких зелий. Это будет ваша новая тема. Заявим как составы для раннего выявления драконов.
– И, конечно, никто не узнает, что мы хотим помочь драконам.
– Знаешь, что они будут думать? – инквизитор прищуривается.
Я качаю головой.
– Что мы стараемся обезопасить общество, выявив этих “тварей” еще до того, как они первый раз обратятся. Знаешь, как давно об этом мечтает наш бессменный правитель?
– А на самом деле что эти составы делают? – я все еще не понимала, куда он клонит.
– Помогают наладить контакт с драконом.
Ректор подходит ближе и протягивает листок. Я берусь за противоположный конец, но он не отпускает, наоборот, дергает к себе, так что я вынужденно делаю шаг вперед и оказываюсь в опасной близости от Темного.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????Инквизитор поднимает мое лицо за подбородок и вглядывается в глаза:
– Но меня больше интересует, что со мной и моим драконом делаешь ты, – он склоняется ко мне ближе.
Я пытаюсь упереться в его плечи и оттолкнуть:
– Рейнард, не надо, – шепчу я.
Мы это уже проходили. И в прошлый раз это закончилось пощечиной и моими слезами. Не хочу!
Но от того, как я произношу его имя, он только сильнее склоняется к моим губам.
– Мамочка! – дверь в кабинет распахивается и маленьким ураганом в него влетает Аллан, мой спаситель.
Глава 26. Субординация
Ректор сразу же делает шаг назад, но недовольно смотрит на вошедшую следом за Алланом леди Корнуэлл. Я присаживаюсь и подхватываю на руки сына.
– Мамочка, я сегодня видел пегасов! Самых настоящих! – он обхватывает своими ручками мою шею.
Мне тут же становится хорошо и спокойно. Даже несмотря на то, что рядом стоит Темный, к которому меня тянет, как магнитом.
– Простите, господин Силейн, – няня явно понимает, что застала нас в очень неловкой ситуации. – Мальчик попросился в ваш кабинет посмотреть драконий камень. Я подумала, что в конце рабочего дня вы будете не против. Больше не повторится.
Няня присела в неглубоком реверансе и подошла ко мне.
– Идем, Аллан, маме и профессору еще нужно поработать. Как только они освободятся, мама сразу придет к тебе, – леди Корнуэлл протянула руку Аллану.
– Но ведь мы только пришли! – расстроенно воскликнул мой сын.
Я прижимаю его к себе сильнее, не желая отпускать. Соскучилась уже.
– Мы обязательно в следуюший раз подгадаем время так, чтобы ты смог побыть тут подольше, – уговаривает няня малыша.
Он недовольно сопит и уже собирается смириться с требованием няни, но тут неожиданно для всех вмешивается Темный. Он тоже присаживается рядом и заглядывает в глаза Аллану.
– Вообще, ты прав, – спокойно, твердо говорит он. – Мы уже заработались. Да и сейчас всю красоту драконьего камня не рассмотреть. Приходи послезавтра утром, у меня как раз никаких встреч нет, я тебе его покажу и даже дам потрогать. Договорились?
Аллан радостно кивает и берется за руку леди Корнуэлл.
– А теперь забирай маму и идите отдыхать, уже поздно, – вставая, говорит ректор, поправляет рукав рубашки и отходит к столу, показывая, что разговор окончен.
– Иди, милый, я сейчас догоню, – я целую сына в щеку и выпускаю из объятий.
Няня кратко прощается и с Алланом выходит.
– Зачем вы лезете к моему сыну? – задаю я вопрос, который тревожит меня уже не один день. – Что-то дарите ему, обещаете… Я понимаю, почему вы помогли ему при приступе. Но все остальное – к чему?
– Думаешь, ты понимаешь, Лейра? – усмехается Рейнард, оперевшись руками на стол. – Думаешь, хоть что-то обо мне знаешь по-настоящему?
В его голосе недовольство, боль, гнев… Все перемешано так, что я не понимаю, откуда это внезапно все берется. Впрочем, как будто впервые я не понимаю его.
– Нет, – качаю головой и берусь за дверную ручку. – Вы никогда не были со мной честны. Хотя нет. Были однажды, когда сказали, что ведьма инквизитору не пара.
Больше не произнеся ни слова, я выхожу из кабинета и надеваю улыбку.
– Лади Корнуэлл… – начинаю я, невольно пряча глаза. – То, что вы там видели в кабинете… Это не то, о чем можно было подумать.
– Мисс Антис, – няня
