что за бред творится с моей головой?!
Что за бред творится с моей жизнью?!
Поднявшись на второй этаж, я скрылась в гостевом туалете и, открыв кран, плеснула щедрую пригоршню ледяной воды в лицо.
Нужно собраться. Собраться и проваливать отсюда. Нужно перестать контактировать с ним. Совсем. Никаких дружеских встреч, улыбок, случайных прикосновений и флирта. Никаких соседских вечеринок. Пусть он крутит с Лолой, совокупляется со своей женой, ещё чьей-то, да хоть с самим дьяволом — всё это без меня. Завтра, когда Игорь вернётся домой, я откровенно поговорю с ним о наших отношениях. Я должна попытаться их реанимировать. Я смогу! Я уговорю его согласиться на услуги суррогатной матери, у нас появится малыш, и всё в конце концов обязательно наладится. Я буду счастлива со своим мужем и выброшу уже наконец из своей глупой головы чужого!
Повторив словно мантру данные самой себе обещания, я подняла голову и, посмотрев на своё отражение в зеркале… увидела позади силуэт Рината.
— Почему вы плачете? Что-то случилось?
— Я не плачу, — резко оторвала бумажное полотенце и промокнула лицо. — Соринка в глаз попала.
— А где ваш муж?
Руки с полотенцем на мгновение застыли…
— А вам какая разница?
— Я наблюдал за вами весь вечер, вы не выглядите счастливой.
— Зато вы просто сияете, — ужасно глупо, но я не смогла перебороть себя и не съязвить.
Зачем он пошёл за мной? Что ему от меня нужно?!
Пусть идёт уже и ублажает Лолу, та только "за".
— Чтобы вы знали — я очень счастлива! — смяв бумагу, зашвырнула неряшливый ком в урну, а потом, резко обернувшись, сделала уверенный шаг к выходу, но его гороподобная фигура тут же преградила мне путь.
— Наверное, поэтому вы подсматриваете ночами, как я имею свою жену?
— Что, простите?
— Да бросьте, мы оба это знаем, — он произнёс это так спокойно… Настолько, что меня это возмутило. И вместо того, чтобы провалиться сквозь землю, я вдруг набралась неслыханной наглости:
— Надо плотнее закрывать шторы, — скрестила на груди руки и гордо задрала подбородок.
— Учту ваши пожелания. Кстати, может, нам пора уже перейти на "ты"? Ну, учитывая, что вы уже побывали в моей спальне…
Невинная фраза всё-таки заставила вспыхнуть… и разозлиться.
Стоит весь такой холёный, самоуверенный, красивый. Он знает, что он мне нравится, и упивается этим. Да он ещё больший извращенец, чем я! По крайней мере, я просто смотрела на его тело, а он вероломно пытается проникнуть в мою душу.
— Я хочу домой, дайте пройти. Скоро вернётся мой муж и…
Но он не дал мне договорить — просто обхватил мой затылок ладонью и прижал к холодной стене. Я не успела даже пикнуть, всё произошло молниеносно.
В первую наносекунду мне показалось, что он меня сейчас поцелует — так близко были его губы к моим, — но он не поцеловал: просто закрыл глаза и, зарывшись лицом в мою шею, провёл носом от мочки уха до ключицы.
Он вдыхал мой аромат жадно, словно упиваясь, я видела, как трепещут его ресницы, чувствовала, как быстро он заводится, и, клянусь, это было самое эротичное, что происходило со мной в жизни.
— Ты так пахнешь… — прошептал, растягивая слова, словно принял что-то запрещённое. — Очень сладко, как дыня. Я хочу тебя попробовать.
Сплёл свои пальцы с моими и прижал тандем наших рук к стене. А потом я ощутила прикосновение его губ к своим губам.
Это был не брутальный требовательный поцелуй, он как будто действительно… пробовал меня. По чуть-чуть, смакуя, разбирая вкус на атомы.
Нельзя, нельзя, нельзя! — набатом стучало в голове, но Боже, как же мне было хорошо! Я словно умерла и плыла в рай на воздушном каноэ.
Я безрассудно поцеловала его в ответ и гораздо жаднее, чем он меня. Просто неприлично жадно. Вцепилась пальцами в его волосы, притягивая к себе ещё ближе. Я как будто пыталась им напиться, впитать его в себя до отказа, наполниться до тошноты. Получить то, о чём даже боялась мечтать. Самобичевание будет потом, после; именно в эту минуту я хотела насладиться моментом — и гори оно всё!
Мне двадцать шесть лет, но я даже не подозревала, что обычный поцелуй с мужчиной может быть вот таким.
Но… нельзя. Нельзя.
Собрав остатки воли в кулак, я нашла в себе силы в какой-то момент отстраниться:
— Ринат, я…
— И на вкус ты сладкая, — поделился он, пропустив мимо ушей мой призыв.
Ты бы знал, каков на вкус ты…
Сочный. Пряный. Терпкий.
Мужчина. Концентрированный секс.
Никогда прежде я не испытывала даже близко ничего подобного. Когда душа словно вылетает из телесной оболочки и устремляется куда-то туда, далеко, в космос. Когда всё тело сплошь оголённая эрогенная зона, до кончиков волос. Даже моя тень, казалось, извивалась в агонии предвкушения.
— Я хочу пробовать тебя дальше… — шёпот-приказ послал в позвоночник ударный заряд адреналина. Я боялась даже думать об этом "дальше"! Но его руки уже путешествовали под подолом моего платья. Исследовали покрытые пупырышками мурашек бёдра, заскользили выше…
Мозг в отключке, одни инстинкты, а они просто бешено, по-взрывному требовали отдаться ему прямо здесь, в чужой ванной.
Безумие!
Нельзя! Не смей этого делать, Стелла! Очнись уже!
— Мне пора, — отпихнув его от себя ослабевшими руками, я пулей выскочила в коридор, а оттуда едва не бегом, через ступеньку, вниз по лестнице в гостиную и затем на улицу.
Мне нужен свежий воздух. Мне нужно подальше от него.
Оказавшись на заднем дворе, я бросила лихорадочный взгляд на молчаливого Андрея, на Лолу, что зависла с очередным бокалом у сияющей голубизной воды бассейна. На пригород уже опустились сумерки, сделав силуэты обезличенно-серыми, но мой силуэт словно был подсвечен ярким неоном — именно это читалось во взгляде этих двоих.
— Что с тобой? — задал вопрос Андрей, и, судя по тому, как он на меня смотрел… Он всё понял. Какой позор!
— Всё нормально, — неосознанным движением руки
