— Молодец, что догадался стучать вместе со мной.
— Стучать… — протянул я. — Откуда ты знаешь?
Никита неопределённо пожал плечами. Мол, всё и так понятно.
— Я могу всё объяснить. У меня выбора не осталось! Этот Кренов-Хренов угрожал меня убить, — объяснил я. — Пришлось согласиться на его требования. Он велел докладывать обо всём. Ну и убить тебя по возможности. Я согласился, но помогать ему не собирался.
Мой собеседник рассмеялся. Улыбка была настолько искренней, что я не верил, будто этот человек несколько часов назад пытался меня задушить.
— Я имел в виду, стучать ногой в камере, — объяснил Никита. — Когда недруги на нас пиджаки надели. Но твоя версия с Креновым мне даже больше нравится.
Я тут же покраснел. Вот что значит проблемы в коммуникации! Только что сдал себя с потрохами. Что дальше? Он набросится на меня? Будет душить ещё и в этом сне?
— Не беспокойся, — ответил мой собеседник. — Наша с тобой встреча неслучайна. Я почти сразу понял, кто ты такой.
— Как? — удивился я.
— Гриня перехватил контроль над телом, которое ты занял, — сказал Никита. — И решил меня убить. Он думал, что я измождён и истощён… Но он ошибся. Я применил захват и начал медленно выпускать из него дух.
— Так вот, почему я был на полу… — протянул я. — Ты уверен, что это был Гриня?
— Вы разные люди, — объяснил Никита. — Сразу он душил меня молча. А потом, когда я начал сопротивляться, заговорил на своём татском языке… И даже когда я перехватил инициативу, он не боялся. Совсем. Так я и понял, что ты и Гриня — два разных человека.
— А какой я сейчас? — спросил я с надеждой.
— Спроси у воды, — пожал плечами узник.
Я подошёл к поверхности реки и заглянул в своё отражение. На меня смотрел… Лёша. Тот самый Лёша, который навсегда остался где-то в России 2022-го года. Как мой сокамерник это сделал? Вопросов было много. А самое главное –сердце наполняло недоверие. Почему этот душегуб вдруг подобрел? Он совсем недавно мне смерти желал! Трудно не сойти с ума в таких условиях — я держался из последних сил.
— Времени мало, — сказал Никита. — Долго прятаться в убежище мы не сможем. Так что слушай внимательно и не перебивай. Ты — разрушитель.
— Кто я?
Моему удивлению не было предела. То я избранный (простите, отобранный), то — разрушитель. Что дальше? Супермен? Один человек из ста, который не доверяет стоматологу? Но мой закономерный вопрос вызвал у бунтаря только раздражение.
— Я же просил — не перебивай, — произнёс он. — Тимофей отправил тебя на выручку. Мне на выручку. Но он просчитался. В этой тюрьме наша магическая энергия подавлена. Видел камень у меня на ноге? Это кандалы. Из-за них магическая энергия не накапливается и не восстанавливается. Но ты не волнуйся. Вдвоём мы обязательно найдём способ выбраться.
— А что я должен разрушить? — всё же спросил я, воспользовавшись секундным молчанием.
— Как что? — удивился Никита. — Империю! Россия — это тюрьма. Неужели ты сам всё это не видел? Мы учредим огромную республику, и к нам присоединится весь мир. Там не будет царей. Там не станет аристократии. А править буду маги. Причём — самые умные и способные маги. Я оказался в остроге только на том основании, что пытался реформировать империю. Можешь себе представить?
— Ладно, — буркнул я. Его политическая биография меня почему-то мало интересовала. — А где мы сейчас находимся?
— Это моё личное укрытие, — с некоторой гордостью сказал Никита. — Я ухожу сюда каждую ночь. Как видишь, у этого места достаточно энергии, чтобы напитать меня. Хватит и тебе.
— И как это происходит?
— Моему телу в мире вещей ничего не грозит, пока есть укрытие, — объяснил бунтарь. — Меня могут морить голодом. Меня могут морозить. Несколько часов в убежище, и силы восстановлены. Ты ощутишь то же самое, Алексей.
И откуда он узнал моё имя? Удивительная метаморфоза. Из крайне неприятного типа Никита превратился в моего заступника. Тренера. Но было очевидно, что Тимофея не интересовала судьба Гермеса. Помните этого великана, императора рынка? В первую очередь таинственный Тимофей желал спасти именно своего бунтаря. И как он всё так точно рассчитал? Что меня (точнее, Гриню) привезут именно сюда. Посадят в одну камеру с Никитой.
— Хм, — удивился я. — А почему тогда ты не можешь задержаться тут чуть подольше? Наши тела, ну, в том мире… Что с ними будет?
— Нам нужно срочно искать портал, — вздохнул он.
— Портал⁈
— И делать это осторожно, — продолжал Никита, игнорируя моё удивление. — Чем дольше мы здесь, тем сильнее привлекаем… местную фауну. Я так понимаю, ты никогда не был в убежищах?
Из воды выскочил крокодил. Не просто огромный, а гигантский. Мы с Никитой бросились бежать. Летняя идиллия рушилась на глазах. Тут и там из земли выпрыгивали змеи, чьи пасти напоминали дробилки для камней. Бунтарь бежал лёгкой трусцой, словно происходящее — игра. Меня же охватил ужас. С неба на нас спикировала птица размером с лошадь.
К счастью, пернатая нашла себе добычу полегче: схватила клювом одну из змей. Я застыл, наблюдая их схватку. Из забытья меня вырвал Никита — буквально.
— Бежим! — прокричал он. — Скорее!
Происходящее мне что-то напоминало. Пустошь! Всюду появлялись страшные и странные существа, определённо — очень опасные. Мы добежали до леса. Монстрам проникнуть сюда было нелегко в силу их габаритов. Миг — и Никита скрылся в чаще. Я побежал за ним, но острые ветки и камни больно резали ноги. Мой проводник исчез. Меня охватила паника. Куда он делся? Я пошёл вперёд, повинуясь инстинктам.
— Смертный! — услышал я голос позади и обернулся.
На моё плечо легла рука мертвеца. Хватке зелёных пальцев могли бы позавидовать и живые. Я начал вырываться, но труп цепко держал меня за плечо. Пустые глазницы смотрели в мою сторону. Тогда я поднырнул под его ладонь — и бросился в сторону. Я бежал долго, продираясь сквозь ветки, спотыкаясь о сучки. И вдруг увидел высокое дерево с дуплом.
Я подумал, что могу спрятаться там и подождать Никиту. Куда он делся? Кое-как взобравшись по стволу, нырнул внутрь. Медленно, медленно я опускал ноги, но всё
