после расставания я поняла, что он смеялся надо мной. Над тем, что я не по статусу ему.
— Прошу, любовь моя, — Максим подталкивает свою спутницу к зданию и коварно ухмыляется, глядя на меня. — А могла бы быть ты, Ариночка.
Я сглатываю. Хочется спрятаться в машине и пусть Воскресенский решает свои проблемы самостоятельно. Но я уже дала обещание и должна пойти до конца.
Захар переплетает наши пальцы и легко тянет меня к двери, за которой скрылись Максим со своей спутницей.
— Что он задумал, Захар? — сжимаю руку мужчины.
Глава 24
Захар пожимает плечом, распахивает передо мной дверь и пропускает вперед. Я перешагиваю порог, оказываясь в помещении с высокими потолками, с красными коврами под ногами, с лепниной и с канделябрами на стенах. У меня от удивления вытягивается лицо, а Захар, заметив мою реакцию не сдерживается и тихо смеется.
— Да, бабуля, у нас обожает винтаж.
— Стой, — я торможу и Захару приходится остановится.
Он оборачивается и приподнимает бровь.
— Что?
— Ваша бабуля жива.
Воскресенский кивает.
— А какое тогда наследство? — мои брови стремятся слипнуться на переносице.
И как я раньше не додумалась до этого? Наследство же получают только после смерти. Захар отводит взгляд, а я прищуриваюсь.
— Сегодня будет обсуждаться наследственный договор, — медленно проговаривает супруг. — . То есть бабуля включила свои условия, и их будут озвучивать.
— Ты недоговариваешь, — я качаю головой, пытаясь уложить новую информацию в голове. — Что ещё ты скрываешь, Захар?
Супруг задумчиво потирает шею сзади. Его взгляд направлен в сторону двери, за которой скрывается кабинет нотариуса.
— Я просто был уверен, что Максу отдельно озвучат условия, которые касаются лично его. А мне — мои. Тем более, бабуля говорила только про брак. Но, видимо, она что-то переиграла и мне это не нравится.
— Зачем ты тогда торопился с браком, если бабушка жива? И наследство…
— Арин, — Захар перебивает меня. — Так было нужно.
— С чего ты взял, что нужен брак для получения наследства?
Захар вздыхает. Вижу, как он поднимает глаза к потолку и возвращает их на мое лицо.
— Бабуля сама нам с Максимом сказала. Пойдем.
Он тянет меня к двери. И я послушно иду следом за ним. Мы заходим в просторный кабинет в котором уже ждут Максим и его дама.
Посередине помещения стоит массивный черный лакированный стол, солнце отражается от его поверхности и чуть ли не слепит меня. Я прищуриваюсь и только сейчас замечаю в инвалидном кресле пожилую женщину с черной вуалью на глазах и сером пальто. За её спиной стоит серьезный мужчина в черном пальто. Его руки в перчатках покоятся на ручках кресла.
Я понимаю, что это и есть бабушка Максима и Захара. Глядя на неё мне хочется присесть в реверансе, но я остаюсь стоять с ровной спиной. Бабушка Захара окидывает меня внимательным взглядом и величаво кивает, как будто одобряет мое присутствие среди всех этих людей.
— Добрый день, бабушка, — Захар проговаривает это прохладным голосом.
— Можем начинать? — раздается голос с другой стороны.
Я вздрагиваю и резко кручу головой. Возле шкафов с папками стоит ещё один мужчина, помладше чем тот, который замер возле кресла. На его переносице тонкая оправа. Он держит в руках какие-то документы и, после кивка бабушки Захара, проходит за стол. Но не садится. Так и остается стоять.
Максим дергает за руку свою спутницу, которая уже успела плюхнуться на замшевый диванчик у стены. Она закатывает глаза и с неохотой встает.
— Итак, — прокашливается нотариус. — Мы собрались, чтобы обсудить условия договора, который решила составить Воскресенская Елизавета Юлиановна. Условия касаются обоих внуков и будут озвучены в присутствии всех причастных к будущему наследию.
Захар напрягается. Под моей ладонью, которую я положила на сгиб его локтя, ощущаются мышцы. Я бросаю на него быстрый взгляд, но супруг смотрит перед собой.
— Сегодня выяснилось, что условие брака оказалось недостаточно для Елизаветы Юлиановны. Тем более, оба внука заключили брачные узы в один день, что автоматически аннулирует условие о первенстве брака.
Что? Макс женился?
Бывший поворачивается к нам и на его лице вспыхивает улыбка победителя.
Глава 25
По лицу Воскресенского ничего не понятно. И не понятно, как себя вести. Я только перевожу непонимающий взгляд с Елизаветы Юлиановны на Захара и на Максима. У последнего лицо сейчас лопнет от широкой улыбки, которой он награждает меня с братом.
— Не ожидала, внучата, — впервые заговаривает бабушка Воскресенских. — Надо же, как вас договор мотивировал, а то ходили в одиночках.
Её смех хрипловатый. Я бы даже сказала немного скрипучий. Она сжимает пальцы на подлокотниках и награждает меня внимательным взглядом. Я под ним замираю, ощущая себя жертвой, которая попалась в лапы хищнику.
Потом бабушка Захара отрывает от меня взгляд и переводит на жену Максима.
С ума сойти. Максим женился в тот же день, что и мы с Захаром.
— Ты мне не нравишься, — кривит она губы, все так же глядя на спутницу Максима.
Я приподнимаю брови от удивления. То есть, мне сейчас повезло, потому что меня никаким комментарием не наградили?
— Бабуль, — голос Максима звучит слишком мило. — Главное, чтобы Викуся нравилась мне.
Он подходит к инвалидному креслу и присаживается перед бабушкой на корточки, оказываясь почти с ней на одном уровне.
— Ты хотела, чтобы мы остепенились. Вот, — он показывает в сторону своей супруги.
Я вижу, как в свете блестит его обручальное кольцо и опускаю глаза на свое. Большое…
Мы так и не заехали, чтобы поменять размер, но теперь это уже не так важно.
— Ну да. Не думала, что вы такое выкинете.
По крайней мере, Максим не станет говорить, что я встречалась с ним до того, как пошла в ЗАГС с Захаром. Максу теперь это тоже не выгодно, ведь и его брак станет липой, если он признается в наших прошлых отношениях.
— И что теперь, бабушка? — раздается спокойный голос Захара. — Придется искать по второй жене?
Я округляю глаза и стараюсь не усмехнуться. Понимаю, что у Захара своеобразное чувство юмора, но мне хочется улыбнуться.
— Ну, ну, старшенький, — морщит лоб Елизаветта Юлиановна. — У нас многоженство религией запрещено.
Он поднимает суховатый палец и грозит Захару.
— В свете новых обстоятельств, придется придумать новое условие для получения наследства, — вступает в наш разговор нотариус. — Или у вас оно есть, Елизаветта Юлиановна?
Она машет мужчине, который стоит за её спиной и тот тут же подталкивает кресло к столу за которым стоит нотариус.
Максим с Захаром обмениваются взглядами и
