котором лишь с натяжкой можно было распознать вежливый интерес, и приветственно склонил голову.
15
— Леди Видмор, разрешите пригласить вас?
Виктория не знала, плакать ей или смеяться. Из забавного было разве что выражение лица Джейн, но и тут веселье длилось недолго — ровно до того момента, как Виктория осознала, что скоро ей придётся как-то объяснять подруге факт своего знакомства с Ривенхолом.
Ривенхолом, который продолжал смотреть на Викторию в ожидании.
— Добрый вечер, ваша светлость, — откашлялась она. — Позвольте представить вам мою подругу Джейн Виккерс...
Знакомство состоялось, герцог и Джейн обменялись приветствиями, а Виктория незаметно развернулась и взглянула туда, где находились Леклер с виконтессой.
Разумеется, про них она не забывала ни на секунду. Отыскав глазами две застывшие на расстоянии фигуры, Виктория сразу же отвернулась.
Ей показалось или на лице Николаса Леклера действительно читалась удивлённая растерянность? А виконтесса и вовсе казалась раздосадованной…
Неужели Джейн угадала? Этот мужчина не решился приблизиться к ним из-за общества другого джентльмена? Выходит, Ривенхол спугнул его?
— Вы ведь танцуете, леди Видмор? — услышала Виктория.
В теле неожиданно разлилось странное щекочущее тепло. Было ли это злорадство или банальное чувство облегчения, Виктория разобрать не могла, но ей вдруг захотелось улыбнуться Ривенхолу. Не так, как принято улыбаться в аристократическом обществе, а по-настоящему.
И она сделала это.
— Благодарю вас, ваша светлость. С удовольствием.
Уложив руку на предложенное предплечье, Виктория последовала с герцогом в центр зала. Она чувствовала себя лёгкой и будто даже слегка опьяневшей, однако вкрадчивый голос, раздавшийся прямо над ухом, вмиг спустил её с небес на землю:
— Впервые вижу у вас эту улыбку, леди Видмор. — Виктория некоторое время смотрела строго перед собой, потом нехотя подняла глаза на Ривенхола, и тот продолжил шутливым тоном: — Даже не знаю, что мне нравится больше: улыбка или ваш коронный взгляд строгой гувернантки.
Наверное, ей следовало этого ожидать. Герцог был не совсем спасителем. Скорее… меньшим злом?
— Не понимаю, о чём вы, ваша светлость. У меня нет никаких коронных взглядов.
— Я о том, как вы обычно смотрите на меня. Если это не коронный взгляд, значит я могу надеяться, что он принадлежит только мне? — не унимался Ривенхол. От такой дерзости Виктория просто потеряла дар речи на мгновение. — Вот! — совершенно искренне просиял герцог. — Именно об этом взгляде я и говорю.
— Боюсь, вы слишком много значения придаёте взглядам, ваша светлость. Мы виделись с вами всего три раза, и делать выводы как минимум…
— Четыре, — перебил её Ривенхол.
Брови сами по себе сошлись на переносице. На счёт «меньшего зла» Виктория явно погорячилась. Манеры Ривенхола с последней встречи изменились, но далеко не в лучшую сторону.
— Простите, не смог удержаться, — заговорил он после паузы. — Если желаете, мы можем сделать вид, будто я не задавал странных вопросов, и завести какой-нибудь обыденный скучный разговор…
— У меня есть серьёзные основания полагать, что вы не способны вести такие разговоры.
— Отнюдь. Вы же сами меня учили, — Ривенхол выразительно выгнул бровь. — Как давно вы в столице, леди Видмор?
Невыносимый тип.
— Дольше, чем мне того хотелось бы.
— А я с некоторых пор получаю неподдельное удовольствие от своего пребывания в Лондоне. Вы бывали на южном побережье?
Этот вопрос застал её врасплох.
— Нет, не приходилось…
— А хотели бы там побывать?
— Пожалуй, — неуверенно отозвалась Виктория, уже полностью сбитая с толку. — Я слышала много хорошего про курортные города.
— О, да. Саутборн и Брайтон этим летом пользовались большим спросом… Кстати, Ривенхол-парк находится всего в тридцати милях от побережья.
— М-м… Полагаю, вам невероятно повезло…
— Именно так, — улыбнулся Ривенхол. — В сухую погоду до любого из курортов можно добраться меньше, чем за сутки. Разумеется, тихим и безмятежным местом наши края не назовёшь — особенно летом, — но зато климат очень полезный для здоровья.
Выслушав герцога, Виктория вежливо кивнула. Хотя внутренне всё ещё недоумевала, с чего вдруг он взялся расписывать преимущества своего соседства с побережьем.
— Надеюсь, вы непременно побываете там в самое ближайшее время, — закончил герцог.
Если это был какой-то намёк, то он совсем не понравился Виктории. А выразительный взгляд насторожил ещё больше. Не мог же герцог Ривенхол таким образом прощупывать почву на предмет того, согласится ли Виктория переехать поближе, если их отношения перейдут в новую плоскость. Потому что, судя по манере поведения и откровенным попыткам флирта, он не оставлял надежд обрести в её лице удобную женщину для встреч.
Или Виктория стала слишком мнительной из-за записок его величества? Да ещё и внезапное появление Николаса Леклера подкосило её.
К счастью, от необходимости что-то говорить в ответ её избавил голос распорядителя бала. Они с Ривенхолом заняли места друг напротив друга, другие пары выстраивались следом, и всё шло ровно так, как и положено, пока поблизости не раздался знакомый неприятный голос. Когда Виктория обернулась к стоящей рядом даме, то похолодела всем телом. Виконтесса Чалмерс каким-то образом умудрилась обменяться местами с соседкой Виктории и теперь с предвкушающим видом ожидала начала контрданса.
А напротив виконтессы был Николас Леклер. Он стоял по левую руку от Ривенхола, и Виктории хватило пары секунд, чтобы понять страшное: некоторые фигуры танца ей придётся исполнять с этим человеком. К горлу подкатило удушье, Виктория сделала глубокий вдох, и в этот же миг Леклер посмотрел на неё с совершенно неправдоподобным удивлением, после чего наградил многозначительным наклоном головы.
Зазвучала музыка. Виктория с запозданием начала двигаться, словно шарнирная кукла на ниточках, за которые забыл потянуть кукловод. В голове шумела кровь, в мыслях царил полный сумбур. Только мышечная память помогала Виктории не сбиваться и не путать движения.
А когда настал момент сойтись в танцевальном па с Леклером, она едва смогла сделать нужные шаги. Он протянул ей ладонь, и Виктория вложила в неё пальцы — и тут же дёрнулась, осознав, что Леклер тоже был без перчаток. Свои она отдала Мэри, но Леклер… Неужели он специально снял их, заметив, что Виктория вышла на танец с голыми руками? Одно единственное мимолётное касание заставило её содрогнуться от отвращения.
И сколько раз за танец ей придётся повторить это?
Виктория сцепила зубы и вернулась в исходную позицию. Ещё никогда контрданс не казался ей такой пыткой.
— Леди Видмор? — услышала она шёпот Ривенхола, когда тот
