её напугало обещание короля сфабриковать против нового графа дело о госизмене.
Однако лорд Колин Олбридж выглядел свежим и отдохнувшим, ровно таким, каким был в их последнюю встречу.
— Я хотел бы перейти сразу к делу!
И он по-прежнему ужасно волновался.
Виктория молча подошла к ближайшему креслу и присела, жестом предложив молодому человеку занять место на диване напротив, но тот продолжил стоять, прямой и напряжённый, как до предела натянутая струна.
— Речь пойдёт о Брэй-хаус, леди Видмор. Дело в том, что я вынужден сообщить, — он сделал паузу, затем набрал воздуха в грудь и с видом человека, который готовится прыгнуть с обрыва в морскую пучину, продолжил: — что вам придётся съехать из этого дома. Мне ужасно жаль, но…
— Разве мы не выяснили это ещё при первой встрече? — перебила его Виктория.
Тревога молодого графа уже начала передаваться ей самой, а потому очень хотелось уже покончить с тем самым «не терпящим отлагательств» делом. Что-то подсказывало Виктории, что одним лишь домом всё не ограничится.
— Ваша матушка приедет туда на зиму, я прекрасно это помню.
— Нет, дело не в моей матушке. Мне… Боюсь, что мне придётся сдать Брэй-хаус в аренду на год или два.
Виктория моментально похолодела. В животе свернулось неприятное скользкое чувство.
Сдавать её дом, её отдушину, в аренду посторонним людям? Позволить кому-то незнакомому жить в комнатах, на обновление которых ушёл целый год, гулять по парку, который она с таким трудом приводила в порядок? А конюшня? Этим летом в ней утеплили денники! Неужели всё это Виктория делала для каких-то арендаторов?
— Это необходимая и временная мера, — услышала она будто издалека, — чтобы поправить финансовые дела…
Виктория тряхнула головой, затем не удержалась и легонько надавила на виски, в которых стучала кровь.
— Неужели никак по-другому их нельзя поправить?
— К сожалению, нет, леди Видмор, — покаянно откликнулся граф.
Вспышка бессильной злости и раздражения вынудила Викторию тоже подняться на ноги. Она сделала несколько шагов в сторону от графа и остановилась у окна — снаружи стояла высокая прогулочная двуколка из тех, что сейчас были очень популярны у молодых людей. Что ж, по крайней мере на породистых лошадей и щегольские коляски у лорда Видмора средства были.
Возможно, арендная плата за Брэй-хаус поможет ему окончательно погасить долги и наладить дела.
— Хорошо, в таком случае… — вздохнула Виктория, обернувшись к гостю, — пусть будет так. Так или иначе я уже планировала перебраться в Довер-хаус. Думаю, трёх недель хватит, чтобы перевезти…
— Довер-хаус тоже уже сдан, леди Видмор…
Она просто не поверила своим ушам. Даже хотела переспросить, но язык будто отнялся.
— Мне очень жаль, но я вынужден был… У меня правда не оставалось выбора, только так я мог…
Увидев, как молодой человек бледнеет на глазах, Виктория чуть сама не поддалась панике. Какие долги могли вынудить его сдать оба дома в аренду? На ум начали приходить новые нехорошие догадки и подозрения.
— Тогда… что по поводу остального имущества? — требовательно спросила Виктория. — Коттедж в Бриклхёрсте? Дом в Бате? И этот особняк?
— К-коттедж в-выставлен на продажу, а дом в Бате я уже… продал.
— Как это продал? Что значит…? Когда?
— На прошлой неделе. Но этот дом всё ещё… По правде говоря, он заложен, — убитым тоном закончил лорд Колин Олбридж.
У Виктории вдруг закружилась голова. Сама реальность будто утекала сквозь пальцы, оставляя её в душной пустоте. В поисках хоть какой-то точки опоры, она нетвёрдым шагом добралась до кресла и опустилась в него.
— Леди Видмор, мне очень жаль… Простите меня, я понимаю, какой это шок для вас, я действительно виноват…
Голос графа напоминал назойливое, въедливое жужжание, слышать его было просто невыносимо.
— Да прекратите уже извиняться, ради всего святого! — вспыхнула Виктория. — Вы можете объяснить чётко, что произошло?
— Пока что я вынужден держать это в тайне, — пробормотал молодой человек, старательно пряча глаза. — Пока что… всё так произошло… что я…
Под пристальным взглядом Виктории он, кажется, совсем утратил дар связной речи. На обескровленном лице даже проступил пот, лорд Видмор достал платок из кармана сюртука и принялся вытирать лоб и шею.
Сама же Виктория пыталась обуздать мечущиеся мысли и панику. Она уже не сомневалась в том, что дела их катастрофически плохи, и это осознание разбивало сердце. Как новый граф умудрился за один год растранжирить практически всё имущество Видморов? Почему об этом ничего не говорил поверенный? Сможет ли вообще лорд Колин Олбридж сохранить хоть какие-то крупицы графского наследия?
Последний вопрос заставил Викторию испытать резкий приступ удушья. Не на шутку испугавшись, она снова поднялась на ноги и зачем-то подскочила к шнуру колокольчика. Как только она позвонила, дверь гостиной распахнулась, и на пороге возник Роули. Белый, как снег.
— Подать чай, леди Видмор? — спросил он севшим голосом.
— Да.
Дверь тихо закрылась, и Виктория вернулась на своё место. Лицо дворецкого странным образом привело её в чувство, оно будто вернуло Викторию в привычное амплуа хозяйки и графини. Напомнило, что она не одна.
Нет, она не должна впадать в панику. Пусть над делами нового графа она не имела никакой власти, но у неё оставались свои собственные заботы, и теперь их стало гораздо больше.
Нужно срочно думать о съёме жилья и организации переезда. И если переездом Виктория уже когда-то занималась, то поиски дома были для неё совершенно неизведанной территорией. Первым делом в любом случае стоило обратиться к поверенному…
— Леди Видмор…?
Граф окликнул Викторию и сразу же отвёл глаза в сторону. В этот момент он выглядел так жалко, что ей даже пришла в голову крамольная мысль: возможно, его действительно следовало лишить титула. Колину Олбриджу он просто ни к чему.
— Я вас услышала, лорд Видмор, — заговорила Виктория, как только окончательно взяла себя в руки. — Полагаю, мне придётся на какое-то время вернуться в Видмор-парк, пока я не подыщу подходящий дом…
А ведь ещё нужно что-то делать со слугами. Не факт, что в новом доме найдётся место всем её работникам, а значит, она будет вынуждена кого-то уволить.
— Нет.
Вынырнув из своих размышлений, Виктория уставилась на лорда Видмора, который нервно теребил шейный платок.
— Что значит «нет»? — переспросила она резко.
— Вы н-не можете вернуться в Видмор-парк.
Граф произнёс это и будто бы пришёл в
