вернулись в класс после урока физкультуры, ребята устроили поединок. Чтобы определить главную бумажную фигурку в нашем классе. Сколько же страданий выпадает на голову невысоких и худых ребят…
Я крепко обхватила правую лодыжку обеими руками и подпрыгнула на месте.
В глазах Ким Юнхвана запылал огонь. Похоже, он хотел во что бы то ни стало победить меня в этом поединке, чтобы избавиться от клейма бумажной фигурки.
– Эй, новенький! Если проиграешь, официально станешь бумажной фигуркой нашего класса!
Ну, в таком случае я не могу проиграть. Буду сражаться изо всех сил.
Внутри меня нажалась кнопка соперничества, и кто-то из ребят крикнул:
– Начинайте!
Ким Юнхван приблизился, нетерпеливо топая ногой по полу. Казалось, он собирается броситься ко мне и разнести в пух и прах.
Я как следует напрягла левую ногу, ожидая, когда Ким Юнхван окажется ближе. Он понемногу приближался, а я отступала от него на такое же расстояние.
– Ты трус! – крикнул Ким Юнхван.
Но я в ответ улыбнулась:
– В бою важна защита. Если ты продолжишь прыгать и дальше, быстро истратишь все силы.
Услышав мое замечание, произнесенное весьма серьезным тоном, зрители рассмеялись в голос.
– Придурок, я тебя одним ударом сшибу.
Ким Юнхван прыжками приблизился ко мне. Я молча дождалась его и когда ощутила, что он уже достаточно близко, снова отпрыгнула назад. Он нахмурился и крикнул:
– Эй! Гаденыш! Давай драться по-честному!
– Это моя стратегия.
– Ха, я уже устал.
Я улыбнулась, наблюдая за Ким Юнхваном, который запыхался после пары прыжков на одной ноге. В этот момент он бросился ко мне, как будто делая последний рывок. С очень большой скоростью.
Я боялась, что, если буду просто стоять на месте, он в меня влетит, поэтому отпрыгнула назад, но запнулась о порог.
– А?
Я потеряла равновесие и наклонилась назад, но в этот момент нога Ким Юнхвана подкосилась, и он рухнул прямо передо мной.
– Ким Юнхван проиграл!
Под эти слова я упала назад.
– А-а-а, я был хорошим петухом! – крикнула я, готовясь к безопасному приземлению, но вдруг чьи-то руки подхватили меня.
Центр тяжести сместился, и я выпала в коридор вместе с человеком, который поймал меня сзади. Чьи-то руки держали за талию, и мы с грохотом повалились на пол.
– А…
Над головой послышался стон. Поскольку я приземлилась на того, который был у меня за спиной, я почти ничем не ударилась.
– Ой, прости.
Я округлила глаза и посмотрела наверх, но в этот момент над моей головой появилась тень. Кто-то поднял меня, обхватив одной рукой, и вернул мне вертикальное положение.
– Здорово я тебя поймал.
Мне в глаза смотрел Им Согён, вокруг плеч которого была завязана спортивная толстовка. Он стоял передо мной и широко улыбался.
* * *
Им Согён взял карандаш, но тут же бессильно уронил его.
– А-а-а, никак не могу его удержать.
Я посмотрела на карандаш, который покатился по парте. Этот парень спас меня, подхватив в дверях класса, и теперь жаловался, что у него болят пальцы. Он вытащил из-под парты учебник и сразу же уронил его, затем взял карандаш и тоже уронил, а потом начал стонать, переворачивая страницы учебника.
– Эй, Хончха, сам посмотри. Я правда не могу держать карандаш.
– …
– Пальцы не сгибаются.
– Не шути так.
– Эй, но я серьезно!
Им Согён снова взял карандаш, который только что перестал катиться по столу. Но сразу же выронил его, не в силах толком удержать между пальцами. Карандаш снова покатился по столу, и в этом звуке я ощутила какое-то давление.
– Больно. С какой стороны ни посмотри, мне больно.
Мне казалось, что он специально говорил это, чтобы я услышала, поэтому я сжала свой карандаш и, дрожа от негодования, повернула голову.
– Эй, тогда просто сходи в медпункт.
– Медпункт? А что, если я приду туда и узнаю, что с рукой реально что-то не так? – Им Согён поднял бессильно повисшее запястье и потряс им туда-обратно. – Если я пострадал, то только из-за тебя.
– Ну, и что ты предлагаешь?
– Ты должен обо мне заботиться.
Позаботиться? Подумав, что он несет полную чушь, я быстро зыркнула на Им Согёна и отвернулась.
Учителя не было, поэтому мы должны были заниматься самостоятельно. Им Согён поднял взгляд, посмотрел на время, затем отодвинул стул.
– Эй, схожу-ка я в медпункт.
Затем он весь скрючился и вышел через заднюю дверь класса. Я проводила взглядом его спину, которая быстро скрылась из виду, и фыркнула.
– Ха, какой абсурд.
Действительно, абсурд. Я потрясла головой и перевела взгляд с задней двери класса на свою парту, но вдруг увидела лежащий на полу карандаш. Он упал, прокатившись по парте Им Согёна.
Некоторое время я смотрела на лежащий на полу карандаш, но затем все же наклонилась и подняла его. Похоже, при падении грифель сломался и кусочек древесины откололся. Я подумала, а не оставить ли карандаш там, где он был, но мне не понравилось, как он выглядел, поэтому я достала из пенала канцелярский нож.
Положила под руку тетрадь и взяла левой рукой карандаш. А в правой сжала канцелярский нож, лезвие которого вытянула вверх. Я приложила лезвие к дереву карандаша и надавила большим пальцем на него с тыльной стороны, чтобы снять тонкий слой древесины.
Показался тупой кончик сломанного грифеля, и я заточила его острым лезвием. Сточенные кусочки древесины и пыль грифеля скапливались на моей тетради.
– Вроде бы готово.
Я решила написать что-нибудь заточенным карандашом.
Им Согён
Когда рука вывела эти три слога, мое лицо окаменело, и я с опозданием задумалась, почему вообще я написала имя этого парня.
Как это почему? Потому что это карандаш Им Согёна. Да, именно поэтому. Я убрала канцелярский нож и положила заточенный карандаш на парту одноклассника.
Им Согён, который вышел из класса во время самостоятельной работы, вернулся обратно только к концу перемены. Да еще и с повязкой на одной руке. Когда я увидела это, мои глаза округлились.
– Эй, ч-что это у тебя с рукой?
Им Согён поднял руку и бесстрастно посмотрел на меня.
– Как сам думаешь?
– А?
– Это из-за тебя.
Я охнула, и мой рот сам собой широко открылся.
Им Согён устроился на стул и кивнул на ящик под партой.
– Достань мне учебник для следующего урока.
– Но твоя вторая рука в полном порядке.
– А, и правда.
Им Согён откинулся на стуле, левой рукой схватил учебник и вытащил его из-под парты. Затем неловким движением открыл книгу и начал громко рыться в пенале. После этого он обнаружил карандаш на парте
