тебе расскажу о них потом, когда мы закончим…
Сион привстал и стянул с себя рубашку. Затем избавился от штанов и, разведя мне колени, опустился между ними. Магия, видимо, не могла заблокировать все движения, потому что меня начала колотить мелкая дрожь. Но руки и ноги оставались ватными, и попытка оказать сопротивление превратилась в невнятное ерзанье.
— Не надо… Я не хочу…
Губы шевелились с трудом, из глаз хлынули слезы. Жар из груди исчез, превратившись в легкое покалывание, поднимавшееся по правой руке. Сион недовольно цыкнул и магией разрезал мешавшую ему сорочку.
— Вот только не надо притворяться недотрогой! — раздраженно ответил он. — Я знаю, какая ты на самом деле! Через сколько дней ты раздвинула ноги перед другим, ммм? А может, ты сразу с нами двумя трахалась? И что, этот старикан повелся, поверил в твою невинность? Вот идиот! С ним, наверное, жутко скучно даже в постели, да, Мили? Ну ничего, я напомню, как ты извивалась подо мной и умоляла не останавливаться. Ты ведь скучаешь по мне, признайся! Признайся, что скучаешь!
Сион прижал меня к постели своим крепким телом и продолжал что-то говорить. Его речь напоминала бессвязный бред, опалявший щеку горячим дыханием. От исходящего от него удушливого запаха, от навалившейся тяжести и абсолютного бессилия меня резко замутило. Я жалобно всхлипнула, почувствовав, как мужская рука зашарила внизу и приставила ко мне край возбужденной плоти. Нет, не хочу! Только не так! Только не с ним!
— Помогите… — произнесла я почти беззвучно, сама не зная, кого прошу о спасении.
Но то ли благодаря этому отчаянному призыву, то ли по удивительному стечению обстоятельств в следующий миг мое запястье обожгло огнем. Я вскрикнула, увидев, как знакомый паук впивается в брачную метку острыми жвалами, и внезапно поняла, что снова могу двигаться. Рывком подогнула ноги и изо всех сил пнула Сиона, отталкивая его назад. Тот грязно выругался, едва не навернувшись с кровати, но удержал равновесие и схватил меня за горло.
— Прекрати брыкаться, — рычит он, окончательно потеряв рассудок, — или будет хуже!
Я задыхаюсь и в отчаянии царапаю ногтями его руку. Сион не отпускает. Наоборот, его хватка кажется все крепче, а воздуха и сил остается все меньше. В глазах плывет, и я вот-вот потеряю сознание.
И тут Сион вздрогнул и замер. Пальцы, сжимавшие мое горло, ослабли, а из уголка его рта стекло что-то темное. Я воспользовалась моментом, отшвырнула от себя насильника и зашлась в надрывном кашле. Горло саднило, а кровь била по вискам. Вокруг повисла тишина, нарушаемая только моим свистящим дыханием.
Схватив отброшенное в сторону одеяло, я закуталась в него, словно это могло как-то защитить от сильного мужчины и опытного мага. С опаской подползла к краю кровати и взглянула на скрючившегося там Сиона. И заскулила, наконец осознав, что именно сейчас произошло.
— Эйджи, что ты наделал? — прошептала я, глядя, как магический нож, покачиваясь из стороны в сторону, с трудом выбирается из спины Сиона и, окровавленный, ложится к моим ногам.
Глава 20. Сговор
Хезард
Я шел чуть в стороне, постукивая тростью по мостовой, и внимательно слушал болтовню Элрика и Фреи. Парочка щебетала, как воробьи на весенней ветке. Равенсторм, конечно, в своем репертуаре — без устали сыпал байками о бесконечных путешествиях по разным городам. А эта рыжая простушка развесила уши и ловила каждое его слово.
— А ты всегда здесь жила? — будто невзначай поинтересовался Элрик и очертил рукой пустую ночную улицу. — Наверное, вы с Мили дружили с пеленок!
— Если бы! Она до недавних пор особняком держалась, — вздохнула Фрея, не заметив, как ловко ее собеседник повернул разговор. — Я-то родилась тут, в Талзаре, а Мили пришлая. Правда, она совсем малышкой была, когда к нам перебралась. Я этого не помню, но мне рассказывали. Поговаривали даже, что она из столицы: уж больно Розалинда, это матушка ее, видной женщиной была, да еще и гордячка. Но добрая и белошвейка каких поискать! Жаль, смерть ее рано к рукам прибрала.
— Так Мили с отцом росла?
— Что ты, отца и в помине не было! — воскликнула Фрея, а когда поняла, что сказала, прикрыла рот рукой и добавила уже тише: — Ну, то есть был, но никто его знать не знает. Мне кажется, даже Мили его в глаза не видела…
Равенсторм умело отвлек девушку от грустных мыслей сначала россказнями о своем детстве, затем расспросами о многочисленных братьях и сестрах Фреи и опять незаметно перевел тему на Миллиандру. Язык у него подвешен что надо, тут не поспоришь. Да и в целом, он хоть и идиот, но идиот способный. Удивительный парадокс.
— Выходит, у Мили теперь тоже будет большая семья, — радостно заключила Фрея. — Хезард, а где вы все будете жить?
— У меня.
Фрея захлопала глазами в ожидании продолжения, но, не услышав больше ни слова, предприняла еще одну попытку меня разговорить:
— А почему именно там?
— Дом свободный.
Девушка, не переставая улыбаться, подождала несколько секунд, после чего перевела вопросительный взгляд на Элрика.
— Не обращай внимания, — сказал тот, подхватив Фрею под локоток. — Хезард у нас не большой любитель поболтать, но на самом деле он душка. Просто работа нервная, экология плохая, магические испарения вредные — видишь, какой бледный? Может, Мили и ему лечебных травок подкинет? Как думаешь, попросить?
— Обязательно, — захихикала девушка, снова не распознав тонкого маневра Элрика. — Снадобья у нее чудесные выходят, это все в городе знают. Ой, только я ничего не говорила, а то Мили рассердится!
— Тогда я могила. Мили лучше не сердить.
За этим пустым на первый взгляд трепом мы дошли до маленького домика в рабочем районе. Цветы на подоконнике, развешенное на крыльце белье и легкий дымок из печной трубы делали его как две капли воды похожим на соседние жилища. Разве что любопытная мелюзга, которая высовывалась из окна в ночные сумерки, выделяла его из прочих. Заметив малышню, Фрея ойкнула, скомканно попрощалась и юркнула в дом. Оттуда сразу донесся хор детских голосов и крики взрослых, пытавшихся загнать неслухов в постель.
— Ну как, узнал что-то полезное? — спросил Элрик, когда мы остались одни посреди темной улицы.
— Есть пара зацепок, — кивнул я, но вдаваться в подробности не стал. — Но сначала все следует тщательно проверить. Не люблю делать поспешных выводов.
— Угу, я заметил. — Равенсторм качнулся с пятки на мыски, тоже о чем-то задумавшись. — Слушай, мы с тобой неудачно начали, но оба оказались в одной лодке, так что… Скажи честно, какие у тебя планы на Мили?
