останки теперь застыли на месте и были слегка припорошены свежим снегом, больше напоминая содержимое холодильной камеры, чем то, что когда-то было людьми. Это скрывало ужас, но не надолго.
В частности, Уилкинс переживал это особенно тяжело, и никакие утешительные слова Виггинса не могли смягчить его горе. Она увидела в них всех троих нечто еще, нечто, в чем, как ей казалось, они сами не были уверены. Там была сталь - твердость и решимость, которые она узнавала, но раньше не видела так близко. Эти люди были для нее семьей, и они восприняли смерть парня по имени Дэвис так, словно потеряли брата. Это заставило ее почувствовать легкую вину за то, как она сама умела отгораживать и разделять на отдельные ячейки в памяти смерти своих собственных напарников.
- Мы не можем просто оставить его так, - сказал Уилкинс, указывая на место, где лежал Дэвис.
- Нет, и мы не оставим, - ответил капитан. - Но работа на первом месте.
Он повернулся к Виггинсу.
- Ты говорил, что он пытался отправить сообщение, обойдя брандмауэр русских. Ему это удалось?
- Не знаю, - ответил Виггинс. - Все произошло слишком быстро. Я знаю, что сообщение было отправлено, но понятия не имею, прошло ли оно мимо них и попало ли в открытый доступ.
- Тогда мы не можем ждать спасения, которое может никогда не наступить, - ответил Бэнкс. Он посмотрел на тело Дэвиса. - Я готов заставить кое-кого за это ответить. Ребята, вы со мной?
- Ага, - сказал Уилкинс. - Давайте покончим с этим.
- Все за одного, один за всех и вся эта радостная херня, - сказал Виггинс. - Ты меня знаешь, капитан, я всегда готов к драке.
- И меня тоже можно считать, - сказала Маргарет, удивив саму себя. - Только не заставляйте меня снова забираться в одну из этих гребаных штуковин. Одного раза хватит на всю жизнь.
- О, не знаю. Мне там было даже уютно, - ответил Виггинс.
Она слегка шлепнула его по уху. Уилкинс снова ухмыльнулся, а капитан поднял бровь.
Через пять минут они вышли из купола и оказались рядом с двумя большими снегоходами на гусеничном ходу.
- Классные тачки, - сказал Вигго. - Вижу, у вас тоже есть что рассказать.
- Это подождет. Давайте затащим вас внутрь. Обогреватель работает, а прежние обитатели были так любезны, что оставили нам термос с кофе. Но водки, к сожалению, нет.
Маргарет села сзади на ведущий снегоход. Виггинс сел впереди вместе с капитаном, и через минуту они уже уезжали на север, прочь от купола.
- Русские там, - сказал капитан, махнув рукой на запад. - Десять миль, может, чуть больше. Скорее всего, они придут искать эти машины, теперь, когда буря утихла, так что нам нужно на время скрыться из виду и скрыться из их памяти. Мой план - обогнуть их и подойти с тыла. Сработает это или нет - как бросить монетку, но других ресурсов у меня почти нет.
Без лишних предисловий капитан рассказал им ту часть истории, которую они пропустили, подкрепляясь кофе и сигаретами, которые передавали друг другу в тесной кабине. Они продолжали ехать на север, фары освещали лишь заснеженную землю. Маргарет знала, что здесь, на льду, есть трещины и слабые места, но решила, что в данный момент это - меньшая из ее проблем. Она пыталась сосредоточиться на рассказе капитана, но, несмотря на кофе и сигареты, усталость накрывала ее волнами. Она заставила себя быть внимательной, пока капитан не закончил свою часть.
- Почему именно мы? - спросила она, когда стало очевидно, что мужчина закончил.
- "Испытания на живых животных" - так сказал тот человек, - ответил Бэнкс. - Полагаю, они решили, что здесь, в этой глуши, им сойдет с рук практически все, что они захотят.
- Чертовы ковбои, - пробормотал Виггинс.
- Скорее казаки, - ответил Бэнкс. - Но кто бы они ни были, они здесь долго не задержатся.
Снова промелькнула эта стальная решимость, и в глазах мужчины мелькнул блеск. Она твердо решила никогда не попадать в немилость этой команды... для нее это вряд ли закончилось бы хорошо.
Не было никаких признаков того, что капитан собирается сбавлять скорость в ближайшее время. Более того, возможно, он уже начал тот медленный поворот, о котором упоминал ранее. Маргарет было неоткуда этого знать. Все, что она видела, - это затылки двух мужчин и мрачную перспективу еще большего количества льда и заснеженной земли впереди. Мурлыканье и пульсация двигателя только убаюкивали ее, погружая в все более глубокую дрему. Виггинс что-то ей сказал, но она не расслышала, и, как будто выключив свет, она заснула впервые за три дня.
- Уилкинс -
Уилкинс пытался сосредоточиться на том, чтобы просто следовать за снегоходом, ехавшим впереди него, но мысли продолжали кружиться в голове, навязывая ему жуткие образы изуродованного тела Дэвиса, замерзшего в снегу. Ему казалось, что Дэвис смотрит на него, и в его глазах читается негодование.
Теперь ты доволен?
Это были не последние слова, которые они сказали друг другу.
Но они вполне могли бы ими стать.
Больше не будет примирения за пивом или карри, больше не будет шуток об их личной интимной жизни - или об ее отсутствии. Они поступили в Oтряд вместе, в рамках одной и той же операции, но теперь Уилкинсу придется действовать в одиночку. Он израсходовал большую часть своей душевной силы, просто чтобы оправиться от травм ног.
Для этого мне понадобится гораздо больше.
Он снова отогнал эти мысли, пытаясь отложить их в отдельный ящик, откуда он сможет извлечь их позже и рассмотреть беспристрастно. Как сказал капитан, работа превыше всего.
Вот только хотелось бы заставить себя в это поверить.
Впереди капитан гнал снегоход на хорошей скорости. Буря улеглась, и по мере того, как облака рассеивались, на небе появлялось множество звезд. Обычно Уилкинс с восторгом смотрел бы вверх, впитывая это величественное зрелище. Но не сегодня. Ноги у него болели, но не так сильно, как сердце. Он посмотрел в зеркало заднего вида, вглядываясь в мрак позади них, но никаких признаков разрушенных куполов не было - только тьма.
Тьма, и Дэвис, лежащий в ней в одиночестве.
Он отогнал и эту мысль. Взгляд на компас показал, что капитан начал плавно поворачивать на запад. Впереди их ждало действие.
Он с нетерпением ждал
