менее затратные и более неприхотливые, что невзирая на недостаточное, и вопреки отключению. А?..
Чтобы не спорить, мы прошли за ним.
— Вот смотрите, бормотал Шарашкин, ведя нас мимо бесконечных стеллажей:
— Вот разводили мы турусы на колёсах Вона, смотрите какие… А!? Не видели!
Признаться, мы действительно ничего не видели — в небольшом картонном ящике действительно что-то лежало. На поверку оказалось, что это несколько шахматных ладей с приделанными внизу колёсиками.
— При хорошем уходе вырастает в дом величиной! Купить не желаете?! — орал Шарашкин нам всем одновременно в разнообразные наши уши.
— Некоторые разводили антимонии, все в сурьме как в опилках, а толку — никакого. Зато…
Он достал откуда-то из темноты бутыль с надписью "Квинтэссенция".
— А!? Видели!? Понюхайте!
Наливайко, как самый отчаянный, понюхал.
— Вроде спиртом пахнет. Или эфиром.
— Ага! Понимаете, да? Квинтэссенция, вот как! Купите, гости дорогие, по дешёвке отдам, самому нужно, а вот для вас ничего не жалко.
Потом он провёл нас в гигантское пустое помещение. В его центре, на бетонном постаменте, лежал большой грязный шар, с одного бока покрытый плесенью. В остальном шар напоминал обгоревшую капсулу космического корабля.
— Ну, и что это? — спросили мы.
— Как что? Это — Боевой Колобок. На страх врагам, на зависть людям. Страшное оружие. И съесть его никто не может. Возьмёте?
Только помните — он один на свете, оружие уникальное. Но только в долларах — у нас, ясное дело, был тут лет десять назад обмен конволют, но закрылся давно. В долларах, а?
Но мы перебили его.
— Это всё чудесно, и мы очень рады за вас, — сказал веско капитан. — Но нет ли у вас Золотого Сруна?
— Коне-е-ечно! У нас есть Срун! У нас множество Срунов! И один из них действительно золотой. Это вам будет стоить всего…
— Но наш Капитан, который умел быть внушительным, снова прервал его:
— Благодарю вас. Но мы сначала осмотрим товар.
Оказалось, что Срун пасётся на воле, среди снегов.
Мы оделись, и, оставив Шарашкина в тепле, вышли. Всего несколько часов понадобилось нам, чтобы достичь противоположной оконечности острова и увидеть, что действительно, среди белизны мелькает что-то жёлтое.
Извините, если кого обидел.
15 января 2004
История про путешествие за Золотым Сруном. (XXXII)
Мы вздохнули достаточно глубоко, чтобы соответствовать серьёзности момента.
И приступили вперёд с упованьем.
Но что-то внушало нам недоверие в огромной печальной фигуре на прибрежных камнях.
— Нет, не похож он на Сруна, это точно, — Рылеев помотал головой.
Но мы всё-таки подошли поближе. Странный человек сидел на ветру, повесив на ладонь свою голову.
Мы выслали парламентёров. Наливайко дружески попинал его в металлическую ногу, а Себастьян Перрейра, изловчившись, попал снежком в лоб.
— Простите, — сказали парламентёры. — Мы дико извиняемся, но не вы ли знаменитый Золотой Срун?
— Фигура очнулась и воспряла.
— О! Люди?! О как. Интересно. Но я не Срун. И вовсе не золотой. Хотя я имею некоторое содержание драгоценных металлов, но позолочено у меня лишь сердце. А корпус просто покрыт жёлтым титановым напылением.
Вот так.
Оказалось, что это существо сделали в Шарашкиной конторе как человека будущего. Да только, когда он забарахлил, его просто выгнали на мороз. Человек будущего имел почти золотое сердце, электронную голову и ничего не ел, потребляя только солнечную энергию. Очевидно, что он просто не мог быть Сруном.
Наши неметаллические сердца сжались от жалости. Всадница без Головы всплакнула, а боцман Наливайко залез в карман и достал свой ремонтный набор из восьмисот четырнадцати предметов в аккуратной коробочке.
— Всего, конечно, не починим, но порядок наведём.
Я вызвался быть помощником, и вот мы полезли вверх по гигантской титановой ноге.
Извините, если кого обидел.
15 января 2004
История про путешествие за Золотым Сруном. (XXXIII)
Мы ползли довольно долго, пока не достигли дверцы в груди, что с металлическим лязгом хлопала на ветру. Внутри было холодно и пусто. Вдруг раздался дробный грохот, будто бригада плотников начала прибивать разом жестяную крышу. Мы с боцманом втянули головы в плечи, но голос Человека Будущего раздался сверху, упреждая наше волнения:
— Не бойтесь, товарищи! Это мурашки побежали — тут поживёшь без надзора, и не так запаршивеешь.
— Да, — заметил боцман, переводя дух. — Мурашки — это ничего. Мурашки — это пустяк. Вот цыпки пошли — это да… С цыпками нам бы не совладать. И мы полезли по внутренней лесенке ещё выше.
Там, наверху, качался толстый кабель с разъёмами и пульсировало Позолоченное Сердце.
Боцман подёргал кабель и тут же сверху раздалось:
— Душу не скребите, не надо. Саднит душа-то.
— Вот козлы-то, — сказал Наливайко тихо. — На изоляции сэкономили. Ладно — вижу я, в чём дело.
На огромном Позолоченном Сердце лежал огромный камень.
Мы поднатужились и выпихнули его в дверцу. Камень мягко ухнул в снег, и Человек Будущего вздохнул облегчённо.
Боцман ещё долго ковырялся в проводке, пару раз его стукнуло током. Он пыхтел и чертыхался, но дело шло на лад — внутри становилось теплее, суше, и я, чтобы подсобить, согнал с огромной трахеи несколько ледяных жаб, что душили хозяина.
Мы с боцманом присели перекурить:
— А работа-то знатная. Теперь так не делают… — удовлетворённо заметил Наливайко. — На века.
Мы полезли наружу тем же путём.
Человек Будущего смотрел на нас с немым обожанием и видимой благодарностью.
— Не зачахнете? — сочувственно спросил наш Капитан.
— Нет, я вечный. Только скучно тут. Не к эти же упырям возвращаться, — ответил Человек Будущего. — Они вам, кстати, Колобка продать не хотели?
— Хотели, — ответил Себастьян Перрейра. — Только мы не дались.
— Ну и правильно. Колобок у них подгоревший. И пряжён в машинном масле — и не вкусный, и не действует. Оттого его никто и не ест. Это ведь начальники там сидят — и сплошь бестолковые.
— Мы бы тебя взяли с собой, — сказал Боцман. — Но у нас корабь тебя не выдержит.
— Да я и не думал, — отпустил нам грех Человек Будущего. — Мне и тут ничего, только скучновато. У вас, может, почитать чего есть?
Кондратий Рылеев подарил Человеку Будущего книгу своих стихов и мы отправились к кораблю, тщательно обходя корпуса Шарашкиной конторы. Мы всё же боялись, как бы её обитатели не взяли нас на пушку — кто знает, что у них из вооружения осталось.
Извините, если кого обидел.
15 января 2004
История про путешествие за Золотым Сруном. (XXXIV)
Но, вернувшись к кораблю, мы обнаружили, что он крепко вмёрз в гигантскую прибрежную льдину.
Матросы притоптывали
