Сильный южный акцент всегда казался Грейси очень привлекательным, но с этого момента она стала быстро менять свое мнение.
– Я приехала сюда не для того, чтобы вписываться в чей-либо круг, сказала она вежливо, – а в качестве секретаря, но я благодарю вас за откровенное замечание.
Она чувствовала, что внутри у нее закипает злость, но не подала виду, и не потому, что Алике встречается с ее боссом, а потому, что давать волю своему гневу – это значило опускаться до того же низкого уровня, на котором действовала Алике.
– Вот и хорошо, дорогая, – продолжала Алике. – Я всегда считала, что честность – это самое лучшее, что есть в человеке, не так ли?
– Нет.
– Что я хочу сказать, дорогая, – продолжала она, не обращая внимания на возражение Грейси. – Я абсолютно честно вам говорю, что меня не удивило, когда я узнала, что вы – новая секретарша Моргана. Он всегда подбирает к себе на работу – поверьте, я не собираюсь обижать вас – как бы это сказать, неприметных девушек. Конечно, я не сравниваю вас с той уродиной, которая была до вас и ушла по беременности. Боже упаси! В вашу пользу говорит хотя бы ваша молодость.
Грейси закусила язык и стала считать до десяти, чтобы сдержаться и не ответить ей резкостью.
– Мне кажется, вы мало знаете Моргана, правда ведь? – спросила Алике с натянутой фальшивой улыбкой. Она стала обильно поливать себя жидкостью для загара, растирая ее по всему телу, и откинула волосы назад, за плечи, чтобы захватить и ключицы. Грейси удивлялась, к чему такие труды, когда она и так вся блестит от загара. Ей хотелось, чтобы солнце превратило ее в сушеную воблу.
– Да, совсем немного, – согласилась Грейси, поглядывая на часы.
– Мы очень с вами близки, хотя познакомились совсем недавно.
«Ну и мучительница!» – подумала Грейси, переходя из лежачего положения в сидячее и глядя на бассейн, который теперь казался ей желанным. Морган все не показывался, хотя ей казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как к ней подсела Алике.
– Если вы не возражаете, я хочу попробовать воду, – сказала она.
Алике привстала и обратилась к ней:
– Я надеюсь, он не говорил вам, почему подбирает к себе на службу самых простеньких девушек?
Грейси посмотрела в ее холодные голубые глаза, похожие на льдинки, и с тревогой почувствовала, какую сильную неприязнь они излучают.
– Нет, – ответила она, надеясь, что односложный ответ заставит Алике заткнуться.
– Это из-за того, что однажды ему сильно не повезло с одной секретаршей. Он в шутливой форме рассказывал мне об этом случае, но я видела, что он очень серьезно смотрит на такие вещи. По-видимому, глупая молодая девушка влюбилась в него. Представляете? – Алике засмеялась, но глаза ее по-прежнему были прикованы к лицу Грейси. – Он сказал мне, что после этого случая он принципиально решил брать на работу женщин постарше, предпочтительно замужних. Видите ли, он против служебных романов.
Алике вытянулась на лежаке во всю длину, и на этот раз торжествующая улыбка на ее лице была подлинной.
Грейси почувствовала, что ее лицо побелело. Она вскочила на ноги так внезапно, что ей почудилось, что земля уходит у нее из-под ног. Слова застыли в горле. Она пошла прочь и оказалась на кромке бассейна, затем, не раздумывая, бросилась головой вперед и почувствовала, как прохладная вода обтекает ее тело. Ну что же, подумала она, Алике все ей рассказала, не так ли?
Глава 5
В течение всего оставшегося до конца уик-энда времени стояла солнечная погода. Грейси купалась и беседовала с гостями, полностью игнорируя Алике и стараясь всеми силами избегать Моргана. Ей не терпелось скорее возвратиться в свою квартиру на Манхэттене. Нужны были покой и тишина, чтобы собрать свои мысли в какую-то видимость порядка.
Всякий раз, когда она вспоминала свой разговор с Алике, ей хотелось, чтобы земля разверзлась под нею и поглотила ее. Она позволила себе увлечься Морганом Дрейком, не замечая тревожных сигналов, посылаемых разумом, а ее чувства были, наверное, гораздо более заметны, чем она думала, иначе зачем бы Алике стала предостерегать ее?
Она знала, что свои колкие замечания Алике делала вовсе не из благожелательности, но, с другой стороны, зачем ей надо было делать их вообще, если бы чувства Грейси к Моргану не были написаны у нее на лице?
Грейси всегда стояла на обочине жизни, наблюдая, как ее сестра от одного мимолетного увлечения переходит к другому, и была уверена, что если бы что-либо подобное произошло с ней, то в основе такой связи лежало бы гораздо более постоянное и практичное чувство.
Она с самого раннего возраста решила, что принадлежит к тому типу женщин, которые не теряют голову из-за первого попавшегося мужчины. Она была слишком холодной и слишком уравновешенной и видела на своем веку слишком много девушек, терявших рассудок из-за человека, которого должны были бы обходить за километр.
Она гордилась своим самообладанием, своей способностью смотреть фактам в глаза и находить выход в любой ситуаций. Так куда же делся ее здравый смысл теперь, когда он ей больше всего нужен?
Даже сейчас, после того, как она решила не давать ходу своим неуемным чувствам, она не могла смотреть на Моргана, стоявшего у кромки бассейна, без трепета в груди. Когда он приближался к ней, она чувствовала, как у нее сдают нервы, хотя в одном она была полностью согласна с Алике: его не может привлечь такая физически неприметная девушка. За этим наделенным всеми мужскими достоинствами человеком охотятся все жаждущие его женщины: он может выбирать любую. Грейси признавала это и была бы дурой, если б не взяла себе в толк эту очевидную истину.
Хорошо еще, что оставалось провести здесь только одну ночь. Она запланировала уехать в воскресенье утром – как можно раньше, позаботившись лишь о том, чтобы не показаться невежливой.
Она не говорила об этом Моргану. Она знала, что он хотел бы, чтобы она осталась, по крайней мере, до вечера воскресенья, а еще лучше – до утра понедельника, но что он может сделать, если она появится перед ним внизу у лестницы с упакованными в сумку вещами и скажет с улыбкой на лице: «Благодарю вас, я уезжаю».
Он уже предложил ей ехать в Манхэттен с ним вместе, сообщив, что пошлет кого-нибудь, чтобы забрать машину компании, на которой она приехала, но Грейси отказалась. Этого еще не хватало, тем более что третьей была бы, по всей видимости, Алике!
Перед вечером в субботу Грейси старалась одеваться как можно медленнее, чтобы потянуть время. Кроме гостей, прибывших с ночевкой, Морган пригласил на ужин а-ля фуршет также довольно много друзей и деловых знакомых. С некоторыми из них она мимолетно встречалась в процессе работы, но остальных она увидит впервые. Чем больше народу, тем безопаснее, пронеслась у нее в голове неосознанная мысль. Всего соберется человек сорок, и, если повезет, она затеряется в толпе. Пусть Алике и Морган делают что хотят. Она же пойдет в противоположном направлении и заставит себя веселиться.
