забраться по стене гаража внутрь и упал в кусты. Пришлось одолжить у соседей лестницу без их ведома, благо что они забыли её снаружи. А потом рано утром возвращать на место. Но боль беспокоила Артура меньше всего. Ему в голову не приходило, что козни преступника прямым образом повлияют на его жизнь и на жизни его друзей. Конечно, речь шла всего об одном триместре, как говорил директор, но все прекрасно понимали, что за три месяца школу не отстроят. Ещё говорили, что фундамент тоже пострадал и его надо полностью менять.
Артур рассеянно подобрал с пола бумажку. Это было смятое «любовное» письмо от Розы. Мальчик развернул его, прочитал вслух:
– Dum spiro, amo atque credo[3]. Хм, что это? Всё-таки Роза бывает странная.
Конечно, с раннего утра начал пиликать секретный чат Четвёрки.
«Да я помру, но не поеду никуда! Они издеваются над нами!» – возмущалась Виола.
«Согласен, – Люк щедро приправлял сообщения грустными смайликами, – это не наша вина, что школы нет».
«Вот-вот! – Роза печатала так быстро, что постоянно ляпала ошибки, – пусьт организуют намбдомашнее обучение!»
«Мы должны что-то придумать, – без особой надежды предлагал Артур, – я не хочу жить в интернате. Учителя разъедутся, а потом скажут: учить некому!»
«Вот именно! – рядом с ником Виолы пыхтели красные сердитые смайлы. – Пусть хоть по домам ходят и учат!»
«Нас тут не одна сотня школьников…» – печально констатировал Люк.
Ему иногда хотелось оказаться где-нибудь подальше, особенно когда у Дэнни лез новый зуб. Но это «подальше» ассоциировалось со свободой, а не с заточением в интернате.
«Родители вам что-нибудь сказали?» – спросила Виола.
«Пока нет, – откликнулась Роза, – но деда уже пошёл в муниципалитет, всех зовут туда».
Первым на разговор вызвали Артура несколько часов спустя. Было трудно притворяться незнающим.
– Сынок, мы пока не знаем, как лучше поступить. Конечно, интернат – это неизвестность, но зданий, подходящих для школы, в Трясине нет, сам понимаешь. Ну, что ты об этом думаешь? – В мамином голосе не было обычной твёрдости, скорее, она говорила непривычно заискивающе, и Артур почувствовал себя совсем плохо.
– Конечно, ужасно, мам. Я слышал, там кормят отвратительно и старшаки обижают.
– Ну там воспитатели есть, учителя, – поскрёб подбородок мистер Ли.
Сын так посмотрел на него, что тот закашлялся.
– Ну да, конечно, я всё понимаю.
Тем временем в доме Виолы кипели страсти:
– Да ничего ты не понимаешь! Я лучше умру, чем туда поеду! – бушевала девочка.
А Люк привычно замкнулся в себе, и отец пытался как мог достучаться до него:
– Сын, ну ты подумай, как взрослый! Ты же всегда хочешь быть как взрослый, ну так вот и пора.
Люк отмалчивался, как и Роза. Но Роза не отчаялась, она разрабатывала стратегию переговоров с родителями и дедушкой. Бабушка и так всегда была на стороне внучки.
Параллельно бурлил секретный чат:
«Ну этого гада теперь хоть как отыскать надо», – не выбирал выражений Артур.
«Мы должны всё узнать об этом Рисдейле, – печатала успевшая остыть Виола, – показать им, что к чему там».
«Хорошая мысль!» – обрадовалась Роза.
Люк подавленно молчал.
В тот день, навестив Белые Букли, ребята постарались поскорее закончить с делами и помочь милой старушке, которая уже выбиралась на крыльцо, чтобы подышать свежим воздухом.
– Я теперь этого преступника ненавижу, – мрачно сказала Виола, когда они собрались на кухне.
– Ага, и я, – кровожадно поддакнула Роза, которая уже распрощалась с идеей, что всё можно решить мирно.
– Вообще-то, это психологическая травма, смена места жительства и так далее, – добавил Артур, – ну я это по радио слышал. Мама там какую-то передачу про воспитание любит.
– Давайте гуглить, – наконец-то подал голос Люк.
На несколько минут все четверо погрузились в смартфоны, лишь изредка издавая нечленораздельные звуки.
– Это жесть! – воскликнула Роза. – Коррупция и расхищение, уволено несколько десятков человек. И всего десять лет назад. Ну и местечко этот интернат! Самое то для миссис Робертс! Она, видимо, задолжала по-крупному, помните эти письма? И ей, наверно, платят за детей, так она ещё и воровством не гнушается, ужас!
– Ты о чём? – нахмурился Люк.
– Да про взломы в Трясине, – ответила за подругу Виола. – Ой, глядите, что насёрфила: «Банда подростков, вымогавших деньги у одноклассников, раскрыта в Рисдейле». Да это тюрьма какая-то! Тьфу ты, опять эти левые рассылки… – Она сердито смахнула всплывшее сообщение. Напряглась, начала водить пальцем по экрану. – Ой, это рассылка школьная. Вы что, не подписаны? А? Что?! Обучение школьников Трясины переносится в Рисдейл сразу после осенних каникул?! Встреча с родителями, учениками, сбор подписей…
– Меньше двух недель, – хмуро сказал Люк. – Я уже говорил, что я этого ниндзю терпеть ненавижу?
– А что будет, если мы его поймаем? – задумчиво спросила Виола.
– Дело закроют, школу восстановят.
– Но ведь здание всё равно не отстроят быстро.
– Как будто они нас из-за учёбы отсылают. Просто боятся поджогов, ниндзи этого, чтоб его… – мрачно объяснил Люк.
– Для нашей безопасности, ага, – печально согласилась Роза.
Артур нахмурился:
– Виола, доставай тетрадку. Мы должны проработать все версии. Какие у нас предположения?
– Ну, что это почтальон, – начала загибать пальцы Роза, – или один, или в сговоре с миссис Робертс. А ещё мистер Тонан. Всё, других подозреваемых у нас нет.
– Ещё неизвестный псих, – подсказал Люк.
– Ещё преступник живёт в Трясине, – добавила Виола.
– Значит, нам нужно убедиться, что преступник – почтальон. Или наоборот, – сказал Артур и крепко задумался.
Это в шпионских фильмах легко: прослушку прицепить, камеру повесить, отпечатки снять. А как это сделать в реальной жизни?
– Идеально было бы слежку за ним установить, – размечталась Виола, – но нас самих из дома не выпустят. Как ещё вчера не заметили, что нас не было?
– Да, нам сильно повезло, – согласилась Роза.
Артур продолжал:
– Значит, мы обыщем его жильё! Вдруг у него всё ещё лежит та зажигалка с полированной ручкой?
Девочки ахнули:
– Вломиться в чужую квартиру?! Как будто мы сами преступники?
Люк не спешил поддаваться эмоциям:
– Должны быть другие способы. Проверить средства связи. Ведь как-то он общается с миссис Робертс.
– Если общается, – уточнила Роза.
Но Люк не слушал:
– Телефон, соцсети, почта. Даже обычные письма!
Виола задумчиво глядела в окно.
– Я придумала.
– Что? – повернулись к ней друзья.
– На этот раз я принесу себя в жертву. – Виола собрала всю силу воли, чтобы принять это решение.
Артур посмотрел на неё с уважением:
– Это ты о чём?
– Я позову его на свидание!
Роза хихикнула:
– Тебе тринадцать, а он старик. Ему, может, уже почти тридцать!
– Двадцать один, он не соврал, – поправила её Виола, – я его аккаунт нашла. Но дело не в
