себя иначе.
Миара откинула голову, прислоняясь затылком к холодной стене, что принесло секундное облегчение.
— Хорошо, согласна. Но я сама в оружии не понимаю ничего.
— Я тоже. Но знаю, кто понимает. — ответила Тария, указывая на замершего с той стороны двора только подошедшего Грона.
Заметив подозрительно вздернутую бровь Миары, пояснила:
— Кратос, конечно, гораздо способнее, но с ним связываться себе дороже. Уж лучше бы вы вообще не встречались. Так что либо Грон, либо сам Император. Но, подозреваю, наш повелитель тебя не устроит.
— Как- то мне ни один из вариантов не нравится.
— Лучшие, какие возможны. — Тария поднялась. — Ну все, перерыв закончен. У нас с тобой и без того дел хватает.
Миара устало прикрыла глаза, признавая правоту висперы.
— Мне уже кажется, что все бесполезно.
— Либо ты подчинишь себе силу, либо сила подчинит тебя. У тебя нет выбора, ты должна это сделать. Все мы сделали, значит и ты сможешь.
*****
Страх буквально витал под сводами тронного зала королевского дворца Диштрана. Он усилился и стал давить еще больше, стоило дверям распахнуться, пропуская Императора в сопровождении первого виспера. Проходя мимо коленопреклоненных лордов, нескольких послов и замерших рядом с ними Кратоса и Карисс, Дарлан в несколько неспешных шагов преодолел расстояние до трона. На его вкус излишне вычурного. Резное кресло из чистого золота с обитой бархатом спинкой и вставленными в подлокотники камнями. Он еще в день взятия столицы приказал переплавить это нечто сразу же после встречи с лордами. У бывшей королевы Риаксиса трон хотя бы был лаконичным и так не раздражал глаз, но и его Дарлан заменил на вытесанный из черного камня и наиболее подобающий Императору. И удобный, в отличие от того, на котором ему предстояло провести ближайшие часы.
Дарлан медленно обводил равнодушным взглядом всех собравшихся, неизменно ежившихся, стоило ему взглянуть. Как же все это напоминало ему времена завоевания Риаксиса. Даже забавляло и вместе с тем радовало. Хотя стоило признать, что лорды королевства Диштран были гораздо сильнее преданы своему королю. Если здесь воинам Империи пришлось взламывать ворота столицы, продержав город в осаде почти неделю, то в Риаксисе врата столицы им открыли. Просто и намеренно. Когда у Дарлана еще даже не было полноценной армии, а только Харт и магия в мире, в котоом ее отродясь не было. В котором он смог найти ее и пробудить, использовав в своих целях. Именно поэтому в течение следующих лет после захвата Риаксиса Дарлан наращивал силы и мощь, а также планомерно избавлялся от каждого, кто участвовал в принятии решения сдать город. Королева Розлин к его появлению уже была помещена в темницу, преданная собственными советниками. Там до сих пор и оставалась. Дарлан понимал одно: кто предал своего правителя единожды, легко предаст и дважды. Вырезать всех разом было весьма заманчиво, Дарлан бы с удовольствием даже сделал это лично, но решил поступить гораздо умнее. К моменту отправления армии в Диштран из старого состава аристократии и советников остались лишь четверо, которых уличить в заговоре против Императора или иных противоправных действиях было гораздо сложнее. Наученные, слишком хорошо прятали следы. А то, что не удавалось спрятать, было как- то мелко на взгляд Дарлана. Не повод для казни. Но и такие рано или поздно попадаются. Он подождет, он умеет ждать как никто.
Еще до начала завоевания этого мира Дарлан прекрасно осознавал, с какими трудностями предстоит столкнуться правителю, разделяющему Империю между мирами. Но он слишком долго шел к своей исконной цели, чтобы не справляться или обращать излишнее количество внимания на проблемы. Уж править и управлять Дарлан умел, готовившись к этому с самого рождения. Не здесь, не в такой роли и не в таких обстоятельствах. Но суть была схожей. А в конечном итоге он обязательно вернет то, что принадлежало ему по праву.
Эта идея вела его, наполняла каждый шаг и каждый день. С того самого момента, как Дарлан был изгнан отцом. С той секунды, как он очнулся в новом и совершенно незнакомом для себя мире, а портал моментально захлопнулся за его спиной. И чтобы он ни делал путь назад был отрезан. Но это пока. И поэтому сегодня здесь, на этом троне, сидел Дарлан — Император, поставивший на колени перед собой один мир, и очень скоро он сделает это и со вторым. Еще на один шаг ближе к своему возвращению.
За его спиной в нескольких шагах замерли висперы, трое из пяти. Пока пяти. Тарии было приказано неотрывно следить за Миарой. Грона он решил оставить в Риаксисе для подстраховки. Хотя было весьма сомнительно, что хоть кто- то осмелится на активные действия в его отсутствие. Такое гораздо вероятнее было здесь, в Диштране. Поэтому в первую очередь двое висперов должны были следить за ценнейшим трофеем Императора — женщиной, в последнее время занимавшей слишком много его мыслей. Равно как и начинавшее туманить разум ощущение триумфа, которое Дарлан все чаще испытывал после появления у Миары сил Тьмы.
Сейчас было не до этого.
Император лениво махнул рукой, разрешая подойти и представиться первому лорду. Они потянулись вереницей, совершая одни и те же действия. Встать, подойти, поклониться, представиться и молча вернуться назад. Скучно, типично и слишком подобострастно. Дарлан такого терпеть не мог. Не смотря ни на что, он ценил честность во всем. Даже если она оборачивалась смертью от его рук. Лишь двое заслужили от Императора проявление капли интереса. Именно они до последнего стояли с поднятым оружием в руках на передовой прямо за раздробленными в щепки воротами столицы. Пожалуй, лишь они и заслужили шанс на сохранение своих жизней.
Спустя почти час на колени перед Императором упал полноватый мужчина в уже весьма почтенном возрасте.
— Пресветлый Никлоас Четвертый, правитель нашего королевства Фатурия, регент земель Альмайна и близлежащих, шлет подарки и поздравления новому правителю. А также заверения в вечной дружбе. — Он подал сигнал, и в двери вошли еще несколько человек. Они несли сундуки, набитые сокровищами, вели несколько разодетых в шелка и блестящие ткани женщин и мужчин. Не подавая виду внешне, внутри себя Дарлан забавлялся происходящим. Кратос усмехнулся, получив недовольный взгляд Харта, как всегда занимавшего место по правую руку от Императора. Карисс скрестила руки на груди, нахмурившись от вида сбившихся кучкой девушек, явно предназначенных для Императора.
— Альмайн, насколько мне известно, — размеренно произнес Дарлан, — практически полностью разрушен несколько десятилетий назад в ходе конфликта Фатурии и Диштрана. Значит, вы эти земли присвоили?
— Ну что вы. Было достигнуто соглашение с вашими… — посол
