слушала их снисходительно, но ей тоже нравились наши посиделки.
Иногда мне казалось, что прошла вечность с того дня, когда мы стояли на крыше дома на Земле, ожидая спасения, а порой думалось, что это было словно вчера. Дни были заняты делами, а по ночам я подолгу не могла уснуть. Я скучала по Нику. Плакала и вспоминала счастливые моменты нашей жизни и то, как день за днем после катастрофы таяла моя надежда, что он найдется. Все мои надежды остались на Земле, и теперь надо было заново учиться жить без Ника.
Глава 18
Спустя несколько дней у нашего дома остановился кар, из которого вышли Коннор Хоган и Чарльз Брайтон. Они поздоровались, и Хоган сказал:
— Хотим проверить повреждение периметра, оставим машину возле вашего дома.
Они пересекли пустую полосу земли и двинулись вдоль периметра поселения.
Спустя несколько часов они вернулись. Я пригласила их пообедать, у меня было приготовлено жаркое с курицей.
Мужчины, поколебавшись, согласились.
— Что там было? — спросила я.
— Восстановили защиту в нескольких местах, наверное, повредили животные, — ответил Хоган. — Кстати, очень вкусно, спасибо вам.
— Вам не о чем волноваться, защита построена в несколько контуров, если выходит из строя один, то включается второй и так далее. Сюда никто не сможет проникнуть, — сказал Чарльз.
Во дворе слышался детский смех.
Я увидела, как Хоган остановился и о чем-то разговаривал с Энни и Энтони.
— Славные у вас дети, Кэтрин, — сказал он, улыбнувшись.
Я кивнула и попрощалась.
Вечером я связалась с Чарльзом Брайтоном по браслету.
— Чарльз, мы сейчас живем в доме, где раньше жила семья Росси. Они пропали. Ты что-нибудь можешь узнать об этом?
— Я попробую, — осторожно сказал Чарльз. — Есть у меня одна мысль…
На следующий день Коннор Хоган приехал один. В руках у него был щенок.
— Это тебе, Энни, — сказал он и уехал.
Восторгу Энни не было предела. Щенка назвали Барри, в память о нашем песике на Земле.
Отныне Коннор Хоган стал кумиром дочери.
* * *
Прошло еще две недели. У Триши Брайтон был день рождения, и Чарльз пригласил нас в гости. Брайтоны жили в двухэтажном небольшом коттедже в центре поселения, возле дома был небольшой участок земли, зеленевший весенней травкой. Трава была с Земли — клевер, подорожник, но были и неизвестные мне виды.
Чарльз сделал барбекю, я принесла пироги, Эмма Бек научила меня хорошо печь.
Энни с Тришей возились с Робом и Миком, остальные поглощали пироги.
Чарльз задумчиво посмотрел на меня и сказал:
— Знаешь, Кэтрин, я хотел с тобой поговорить. Я получил доступ к главному компьютеру Кварты, который получает также данные от остальных поселений. Часть информации стерта, часть заблокирована. Что-то я сумел восстановить. Но из того, что увидел, я понял, что люди пропадали не только в Кварте. Такие случаи происходили и в других поселениях. В Приме и Квинте только в прошлом году пропало несколько человек. Только по Сексте нет никакой информации, я так понял, что они вообще живут сами по себе, они не подключены к общей сети Сантьерры.
— Можешь еще что-то узнать? — спросила я.
— Я постараюсь. Только никому не рассказывай об этом. Я понял, что Петер Йенсен не стремится обнародовать эту информацию.
Я кивнула.
Чарльз задумчиво смотрел на меня.
Я вспомнила, что, когда увидела Чарльза в первый раз, он был немного полноватым. Сейчас он заметно похудел, скулы выделялись на лице. Он был вполне симпатичным молодым мужчиной.
Словно почувствовав, о чем я думаю, Чарльз заговорил:
— Знаешь, Кэтрин, кроме детей и вашей семьи, у меня нет ни одного близкого человека здесь. Наверно, неправильно так говорить, ведь времени после смерти Эми прошло так мало. Но, может быть, нам есть смысл… — он замялся, — попробовать?
— Ты о чем? — ошарашенно спросила я.
— Ты замечательная женщина, прекрасно справляешься с детьми. Я даже не представляю, насколько тебе трудно. Но, может быть нам всем будет удобнее вместе? — Он мучительно подбирал слова.
Честно говоря, эти слова Чарльза для меня стали совершенно неожиданными. Да, у нас было общим то, что мы потеряли свои половины. Но Эми умерла, он видел ее смерть. А Ник пропал. Иногда я рисовала фантастические картины, что он нашелся и ищет нас на Земле. Я совершенно была не готова к каким-то отношениям с новым мужчиной. Я старалась тщательно подбирать слова, чтобы не обидеть Чарльза. Действительно, мы сейчас поддерживали друг друга в новом мире.
— Извини, Чарльз. Давай останемся просто друзьями. Я не могу предложить тебе что-то большее, — осторожно сказала я.
— А я не тороплю тебя, Кэтрин. Мы можем просто начать жить в одном доме у меня, так будет удобнее. А потом, когда у меня закончится контракт, можно будет вернуться на Землю как семья, — он пристально посмотрел на меня.
Удобство. Это не то слово, которое мне хотелось бы услышать от мужчины.
— Меня никто не ждет на Земле, Чарльз, — сказала я.
* * *
На следующий день я высаживала рассаду томатов, которую мне дала Эмма Бек, когда завибрировал браслет связи.
— Миссис Эклз, — это Норма Йенсен. Я хотела бы, чтобы вы зашли сегодня в школу после уроков, мне хотелось бы с вами поговорить. Я сначала испугалась, что что-нибудь случилось с детьми.
Я попросила Эмму присмотреть за Робом и отправилась в школу. Я уже знала, где она находится.
Я попросила детей дождаться меня.
Уроки уже закончились. В школьном дворе толпились дети, среди них были Энтони с Энни.
— Зайдите, миссис Эклз, — из окна второго этажа мне помахала рукой Норма Йенсен. Я поднялась и зашла в класс. Там сидели Марк и Рита со встрёпанной прической. У Марка под глазом наливался синяк.
— Что случилось? — взволнованно спросила я, глядя на них.
— Кэтрин, ваши дети устроили драку в классе. Вернее, начала Рита.
— Рита, что произошло? — обратилась я к девушке.
— Джим Сеттон, он с друзьями стали надо мной смеяться, над моей прической. — Она показала на свои разноцветные прядки, которые уже порядком отросли. Как я уже знала, Рита взяла с собой несколько флаконов с краской для волос и поддерживала свое разноцветное…
— Зачем вы стали драться? — спросила я.
— Этот Сеттон, он какой-то озабоченный. Схватил меня за
