помело…Нужно бы тебе рот заткнуть…Хорошенько, — выдаёт он, нагло навалившись на стенку и ухмыляясь.
— Мечтай! Никогда больше меня на коленях не увидишь!
— Посмотрим…
— И посмотрим! Сам стоять будешь!
— Пха… — у Руслана тут же смех грудину прорывает. А мне так обидно становится. Вот почему он со мной так?!
Я не сумасшедшая…Просто импульсивная…Ревнивая.
А он пользуется…
— Не знаю, что я вообще в тебе нашла…Ты же…Грубый, злой и аморальный тип! Не любишь никого, кроме себя самого!
— Я и не отрицал этого, — заявляет он, приподняв брови. — Ну что ты там копаешься?! — вспыхивает он и сам опускается к моим ремешкам, чтобы застегнуть, а я улыбаюсь.
— Говорила же…Сам стоять на коленях будешь.
— Зараза.
* * *
Руслан довозит меня до квартиры и уезжает, а я до самого вечера проверяю телефон. Ни единого сообщения. Ни словечка, ни смайлика, а мне уже на стену лезть хочется.
Ближе к девяти мне звонит Ольчик.
— Сделаешь мне брови? У меня совсем смылось всё, — хнычет она, и я вздыхаю.
— А мы можем напиться у тебя?
— Можем конечно, но в другом порядке. Сначала брови, потом напиться…Я не хочу завтра быть похожей на Фиону из Шрэка…
Смеюсь над ней.
— Я приеду в течение часа.
Смотрю на себя в зеркало. Повсюду ведь его засосы. Нужно одеться как-то более закрыто. Натягиваю джинсы и блузку с длинным рукавом и высоким воротом. А затем вызываю такси. По пути заезжаю в винный погреб, выбираю несколько сортов великолепного вина, а когда сажусь в машину мне от Руслана приходит сообщение.
Руслан Адов: «Гербера, не налегай. Аккуратнее будь».
Злюсь, осматриваясь. Вижу чёрный джип, который буквально едет за нами по пятам и тяну таксисту три тысячи рублей.
— Вы можете сделать так, чтобы вон тот джип оторвался и потерял нас из виду. Если нужно я ещё заплачу.
Мужчина кивает, а я коварно улыбаюсь, глядя на то, как мы, петляя между машинами, исчезаем во дворе, а потом меняем направление, теряя из виду тот самый автомобиль.
— Прекрасно, спасибо, — улыбаюсь и смотрю в телефон.
Руслан Адов: «Тебя сразу пристрелить или подождать, когда ты домой вернёшься?».
Надежда Волкова: «Русланчик, ты ведь сам сказал. Не женщина я, а погибель! Твоя погибель! Остаётся только наслаждаться…Хотел войны? Ты её получишь!».
Глава 18
(Рус)
Сумасшедшая сказочная идиотка…Моя идиотка. Алкашка, блин хренова.
Когда Паша сбрасывает мне информацию, что потерял её из виду, я выхожу из себя. Сжимаю кулаки и еду в офис того самого такси. Там выясняю, кто именно исполнял заказ и на какой адрес её увезли. Уже знаю, что там живёт её подружайка.
Ну и ладно. Пусть спит спокойно. Напьётся, поплачет и сама же напишет.
Я уверен…
Правда от моей уверенности не остаётся и следа, когда проходит шесть, сука, дней, а от Нади ни слуху, ни духу.
Я-то принципиально первым не пишу. А она-то чё, стерва? Специально приложить на лопатки решила?
Пока маюсь, как придурок, даже нормально работать не могу. Встречаюсь с Гришаней снова, а он смотрит на меня таким сердитым и борзым взглядом, что я начинаю думать, будто у меня на лобешнике что-то написано.
— Не, нельзя так с бабами. Села тебе на шею, сразу ж, блядь, видно…
— Нихуя никто не сел, — тут же отрицательно мотаю головой. — Бред.
Бред же ну…
— Ага, по твоей сладкой роже прямо так и заметно.
Сука…
— Я вот свою выкупил, она меня как огня боится. Домой прихожу, из шкафа её вытаскиваю, — говорит он, на что я ржу, будто в стойле родился.
— А ты не в курсах, видимо, да, что крепостное в 1861 отменили?
— Да похуй ваще, веришь, нет? С бабами нельзя так…Они ведь не только на шею садятся, они и кровь пьют не хило. Оглянуться не успеешь, как подохнешь, а она тебе ещё и на могилу плюнет.
— Не везло ж тебе с девками…
— Да уж…Не везло…
Сижу и снова смотрю на телефон. Допустим, верёвки она уже из меня вьёт…Хз что дальше…
Руслан Адов: «Трахнемся?».
Пишу и нервничаю. Зарекался ведь первым не настаивать, а эта сучка ещё и молчит в ответ. Пизда с ушами.
За эти шесть суток я всякого успел надумать. Купил новую тачку. Ламборджини Урус чёрный матовый. Дешевле предыдущего аж в два раза, но тоже зверь неплохой. Заплатил за Бэху Шири. Теперь стоит в гараже напоминает о спасении моей неуравновешенной зазнобы.
И ведь знаю, где она сейчас. Мне доложили, что дома. А всё равно игнорирует. И это бесит неимоверно. Сначала они подсаживают на общение, потом специально исчезают. Это так и работает. Зависимость…Чёртова эмоциональная пытка.
— Похожую тёлку видели в Барселоне, — Гришаня бросает на стол досье Викуси. — Можно там подсобрать ещё инфы. Лучше проконтролировать.
— Тут согласен на все сто…Скажешь, сколько, скину.
— Добро.
— Вопрос… Та, что ждёт в шкафу… Неужели никаких чувств к ней не испытываешь?
Гришаня аж в лице меняется. Глаза краснеют. Кипит что ли от злости. Не понимаю. Всегда сдержанный, а тут на тебе…
— Бабы, как источник стресса. Одно чувство — жалею, что забрал, — отвечает коротко, но ясно.
Больше не комментирую. Уезжаю оттуда, сжимая руль до хруста кистей и думая о Надюхе.
Брательник с Катериной сейчас в путешествии, ей скоро рожать, а он перед этим решил ей весь мир, блин, показать. Вовремя, ничего не скажешь…
Руслан Адов: «Просто поужинаем?».
Телефон неожиданно загорается от входящего звонка.
— Слушаю.
— Руслан Александрович, объект выехал куда-то, следует по маршруту.
— Куда, блядь, выехал?! Время на часах почти полночь!
— Не могу пока доложить, следует в сторону Останкино.
— Ясно, кинешь тэг.
Сбрасываю, а
