— Для меня, — подтвердил Зак и продолжил:
— Но я из тех, кто предпочитает управлять судьбой, а не плыть по течению. Любую ошибку можно исправить.
— Как ты собираешься сделать это?
— Очень просто, Лейтон. Ты слаб, беспомощен. У тебя был приступ лихорадки, любая медицинская экспертиза подтвердит это. — Он немного помолчал, словно обдумывая свои дальнейшие действия, затем объяснил:
— Тебе придется утонуть в море, и я намерен принять в этом самое живое участие.
— Неужели ты пойдешь на преступление? — Гейл тянул время, лихорадочно соображая, как выпутаться из передряги.
— О нет! Это благое дело. Мир станет намного лучше без твоего присутствия на земле. — На губах Зака возникла снисходительная ухмылка.
— Мерзавец! — Гейл вцепился в сетку гамака с такой силой, что костяшки пальцев побелели от напряжения.
— Хватит болтать! — рявкнул Зак. — Пойдем, пришло время немного прогуляться по пляжу.
Он подошел к Гейлу и сделал попытку рывком поставить его на ноги, однако тот оказал сопротивление. Завязалась короткая схватка.
Увы, силы были неравными. Медленно, но верно Престон подтаскивал своего противника к двери, как вдруг сзади раздался гневный женский окрик:
— Отпусти Гейла, Зак! Немедленно! И тогда я позволю тебе унести свою шкуру целой!
Роберту обрадовало то обстоятельство, что по возвращении в лагерь она не застала там Зака. Это значительно облегчало ее задачу. Забрав свои вещи из ящика, девушка оставила на песке короткое послание, в котором объясняла свой поступок, и, уже не таясь, поспешила к жилищу Лейтона.
Поднимаясь по дюне, она вдруг обнаружила цепочку следов, идущих в том же направлении. Внезапная догадка поразила ее: так вот куда делся Зак! Он отправился удостовериться в смерти своего врага!
Перед глазами девушки предстала картина того, что может произойти в хижине, когда Зак обнаружит, что его надежды не оправдались. Кто-кто, а она знала, на что способен изощренный ум этого человека. Внезапно ей стало страшно. Не за себя, а за любимого человека, оставшегося один на один с опасностью.
— Господи, Гейл, держись! Я уже спешу! — воскликнула Роберта и что есть сил понеслась к темнеющей на фоне зелени джунглей хижине.
Уже на подходе к жилищу до ее слуха донеслись звуки, свидетельствующие о потасовке. Осторожно ступая по скрипучим доскам, она поднялась на террасу и заглянула в распахнутую дверь, опасаясь увидеть нечто страшное…
Слава Богу, Гейл держался молодцом, несмотря на яростную атаку со стороны Зака. Роберте хватило доли секунды, чтобы оценить обстановку и осознать, каким образом необходимо действовать.
Оставаясь незамеченной мужчинами, она проскользнула от двери к стене и сняла с нее ружье. Много раз, когда Роберте приходилось смотреть фильмы о ковбоях, она видела, как лихо те управляются с оружием, и ей казалось, что нет ничего проще этого. Однако в данный момент она растерялась.
Кроме небольшого стального крюка, известного девушке как курок, на резной поверхности дорогого ружья находилось еще великое множество всевозможных рычажков, колец и затворов. Предназначение их было для нее тайной за семью печатями.
Поняв, что для освоения подобного устройства ей понадобится не один день, Роберта пришла к одному единственно верному решению.
Расставив ноги пошире, девушка картинно отвела назад левое плечо — именно так делала героиня в одном из последних виденных Робертой вестернов — и, наставив дуло на дерущихся, решительным тоном приказала:
— Отпусти Гейла, Зак! Немедленно! И тогда я позволю тебе унести свою шкуру целой!
Мужчины одновременно замерли и, не расцепляя рук, повернули голову в ее сторону.
— Роберта, что ты здесь делаешь? — Зак первым опомнился от неожиданности. — Впрочем, это к лучшему. Быстрее стреляй в этого мерзавца! Он хочет убить меня!
— Когда ты перестанешь мне лгать, Зак? — Роберта покачала головой, давая понять, что не верит ни одному сказанному им слову. — Отойди от Гейла. Больше повторять я не намерена.
— Гейла?! — Удивление на лице Престона сменилось злобным оскалом. — Как же это я раньше не догадался, маленькая тварь, что это к нему ты бегаешь по ночам! Сколько он платит тебе за то, что ты ублажаешь его?
— Не равняй других по своей мерке, Зак. Роберта выглядела ничуть не задетой услышанным, лишь брезгливо наморщила нос и заявила:
— Уходи, от тебя смердит, как от падали.
— Шлюха! — выплюнул оскорбление Престон, будучи уже не в силах сдерживать себя. — Ну, давай, стреляй! У тебя не хватит духу на это, потому что ты слишком мягкотела для серьезных дел. Ты ввязалась в жестокие игры, девочка. Так что отдай мне пушку, и я постараюсь простить тебе эту глупость.
Зак резко шагнул по направлению к Роберте, и она, испуганно дернувшись, нажала на курок. Грянул оглушительный выстрел. Пуля взвизгнула у самых ног мужчины и ушла в деревянный пол, вырвав из досок здоровенную щепку. Зак побледнел и оторопело уставился на девушку, все еще не веря в случившееся.
Воспользовавшись заминкой, Гейл, собрав все свои силы, размахнулся и ударил кулаком в лицо противника. Тот отлетел к двери, схватившись за нос, из которого показалась тонкая струйка крови. Медленно поднявшись, он перевел взгляд с обидчика на Роберту, а затем, повернувшись, выскочил из хижины.
Убедившись, что Зак позорно бежал, девушка отставила в сторону ружье и со слезами на глазах бросилась к бессильно осевшему на пол Гейлу.
— Любимый, что с тобой? — Она обняла его и тревожно посмотрела в бледное лицо.
Он медленно открыл глаза и, увидев ее рядом, улыбнулся.
— Я счастлив. Ты впервые так назвала меня.
Теперь мне ничего не страшно, даже умереть.
— Не говори таких ужасных слов, — всхлипнув, произнесла Роберта. — Я буду ежесекундно повторять: любимый, любимый, любимый…
Только живи! Потому что без тебя мне нечего делать в этом мире…
Ночь исполнения желаний
Это была самая необыкновенная из всех ночей, когда-либо имевших место в жизни Роберты. Казалось, сам воздух напитался волшебством, сулящим свершение чего-то неожиданного и прекрасного.
В черном океане неба весело резвились сверкающие рыбки-звезды, выстраиваясь удивительными, радующими глаз фигурами. Луна блестела, словно новенький цент, брошенный в воду на счастье. Далеко внизу морские волны ловили ее отражение и несли к берегу, где выбрасывали на песок, заставляя его светиться голубоватым светом. Теплый ветерок, напоенный ароматом цветов, раскрывших свои бутоны в сумерках, носился по пляжу словно одержимый, шурша листвой и целуя каждую набегающую волну.
