можно я у тебя переночую?
Я аж рот открыла от изумления.
– Вот вообще не поняла, как твоё желание у меня переночевать согласуется с моим образом недотроги?
– Кир, ну я же без намерений, – принялся объяснять он. – А с просьбой. К тому же Щит должен выручать своего Меча. Ты меня выслушай, пожалуйста…
– А без намерений тем более уходи, – рыкнула я, а он внимательно на меня посмотрел.
– Издеваешься?
– Издеваюсь, – я не стала отпираться. – Ладно, выкладывай, что там у тебя.
– У меня там Заура, – горестно вздохнул Эрик. – Ничего против неё не имею, она девчонка что надо, и я в принципе даже за, но … Чувствую себя крепостью в осаде. Которую измором берут.
– Так может, уже сдаться?
– Я не возражаю против лёгких отношений, нам всем надо спускать пар. Но её слишком много. Честно, Кир, я сегодня устал, как самая последняя тварь. И сил ни на что нет. На выяснение отношений особенно. Можно я у тебя посплю? Кровать большая, я не храплю и мешать тебе не буду.
И посмотрел на меня так жалостливо, что желание выгонять и ругаться куда-то исчезло. Прочитав это по моим глазам, он с хитростью лиса решил закрепить результат.
– А я тебе должен буду. Одно желание, хорошо? Без срока давности.
Хм, это уже было похоже на приличную сделку. С моей стороны – сплошное человеколюбие и благородство. И не сильно стеснит он меня, уж если так посмотреть. Кровати у истребителей и впрямь королевские, можно посередине валик из покрывала бросить, так сказать, границу территорий обозначить. А я получу от него желание, мало ли чего. В голове мелькнула и пропала мысль, что наш испытательный месяц ещё не прошёл, если припрёт, могу качнуть чашу весов в свою сторону.
– Два, – решительно сказала я. – Два желания. И одно прямо сейчас.
Теперь его брови изумлённо взлетели вверх, и пока он не напридумывал всякой ерунды, я уточнила:
– Окно заклинило. Открой его, пожалуйста.
Валик был сооружён, Эрик выяснил, с какой стороны кровати я предпочитаю спать, быстро разделся и нырнул под одеяло. Я ещё немного походила, но потом тоже забралась в кровать.
– Спасибо, Кира, – тихо и уже сонно пробормотал Эрик.
Уснул он моментально. Я поворочалась, мучимая совестью и чем-то ещё, неопределимым, но всё же разрешила себе немного потаращиться на своего Меча. Почти совсем стемнело, но свет мы так и не зажгли, поэтому глаза хорошо адаптировались к темноте. Ощущение постороннего тела в кровати было странным, но не пугающим. Рука лежала поверх одеяла – крепкая, с прорисованным мышцами, с рисунком вен на кистях – видимо, тело ещё не совсем расслабилось. На лоб спадали высветленные солнцем пряди, и руки аж зачесались от потребности их сдвинуть – чего я делать, конечно же, не стала. Взгляд скользнул по щеке и задержался на губах.
Захотелось отвесить себе затрещину – нашла о чём думать! Я спрятала горящее лицо в подушке и больше на Меча не смотрела. Впрочем, совсем скоро и меня забрали усталость и сон.
***
Утро был странным. На мою территорию мужчина не посягнул, хотя я опасалась проснуться с его рукой, перекинутой поперёк моего тела. Я завозилась, открыла глаза и наткнулась на его довольный взгляд. Он смотрел на меня и улыбался.
– Доброе, – буркнула я, чувствуя себя немного не в своей тарелке.
– И тебе. Знаешь, Кира, я отлично выспался. Пожалуй, мне с тобой нравится спать больше, чем с кем-нибудь ещё.
– Давай не будем превращать разовое мероприятие в традицию.
– Жаль, обожаю новые традиции.
– Тебе нужно уйти сейчас, и так, чтобы никто не заметил. Я помню, вчера ты очень переживал о том, что моя репутация недотроги падёт.
– Я передумал, – бессовестно лыбился Меч. – Если она падёт под напором моего обаяния, то я не против.
– Я против. Собирайся и уходи. У нас тренировка скоро, не опаздывай.
– До чего же ты бессердечная, Кира. – Он картинно вздохнул, но всё же встал.
При свете дня смотреть, как у мужчины перекатываются мышцы спины, пока он надевает рубашку, оказалось ещё более вредным, чем вечером, поэтому я начала шарить на стуле в поисках своих штанов.
Девочка, из Рыжего города
В город нас допустили только на третий день. И то, полагаю, только потому, что ни одна из Единиц ежедневной зачистки ничего подозрительного там не смогла обнаружить. Даже Седрик и Марк вернулись ни с чем.
Общий градус тревожности постепенно снизился, я даже пару раз слышала шепотки, что нам с Эриком это всё почудилось. Мол, кроме нас, никто и ничего не видел – так, может, всё это и неправда. Я с трудом подавила в себе желание ввязаться в драку по этому поводу.
Вчерашнюю ночь мой Меч тоже провёл у меня. Он получил убежище от активной возлюбленной, а я очередное желание. Если так пойдёт и дальше, я обзаведусь таким количеством рычагов воздействия на Эрика, что буду в Единице главной.
Подъезжая к городу, я сильно волновалась, Эрик напряжённо молчал. Когда настраивала предел, у меня уже тряслись руки, и я зло стиснула зубы, сердясь на себя. Я точно знала, что нам не почудилось, но то, что никто ничего не увидел за все эти ежедневные зачистки, говорило о том, что мы опоздали. Действительно, каковы шансы, что она ещё жива?
Провыли рога, и мы выпрямились перед входом.
– Скажи, когда? – не поворачивая головы, сказал Меч.
– Три. Два… – и на выдохе: – Сейчас!
Город был тихим и спокойным – ещё бы, несколько дней подряд зачистки. Ни с одной стороны не доносились звуки борьбы, не трубили больше рога. Мы шли быстро, стараясь как можно скорее добраться до мест, где видели девочку. Я подмечала всё больше деталей: в домах практически не было ценных вещей. Даже целые стулья, лавки и лари почти не появлялись, не попадался исправный инструмент. Я пыталась вспомнить, видела ли я в других городах что-то ценное – хоть бы топор или ножи на кухнях – но мой слишком малый полевой опыт не давал делать выводы. Спрашивать у Эрика
