переводя дыхание. А я… я улыбалась, потому что слова Фархунды, они мне многое открыли. Ну не признался он мне в любви, да! Так не положено им первым. Глупая ситуация, глупая, наивная, трогательная, сентиментальная и бог еще знает какая… Такая, какая на Земле невозможна, потому что земляне другие, значительно отличающиеся от эленмарцев. Нет, у нас тоже две руки и две ноги, и голова есть, и даже мозг, но вот клетки мозга, ох как по другому взаимодействуют… Но мне ли отчаиваться? При желании и козу Машку можно научить на истребителе летать, главное — кнопки под копыта адаптировать. А уж в том, что из Элвэ можно было, как из пластилина, лепить все, что мне захочется, я не сомневалась.
Подойдя к «леденцу», просто обняла его, поймав удивленный взгляд бирюзовых с золотыми искрами глаз, в глубине которых затаилась неподдельная радость.
— Я должна первая тебе сказать? — шепотом спросила своего эльфа.
— Да…
— Ты мне очень нужен, Дарин.
— Ты мне необходима, как воздух, Аля.
— Я сейчас расплачусь, — всхлипнула Хунька, которая и не собиралась никуда уходить, а, наоборот, удобно расположилась на моей кровати.
— Боюсь, разговор придется отложить, — виновато призналась тангиру, кивнув на подругу.
— Понимаю. Увидимся, — улыбнулся он и вышел.
— Ну, и что это было? — уставилась я на Хуньку.
— Борьба за твое персональное счастье, Верник. Чем быстрее ты успокоишься, тем быстрее мы получим адекватную, способную думать тебя.
— О чем ты?
— Жорик Храм нашел.
— Он же в горах… — опешила я.
— В горах, — согласилась подруга, — но не там, где предполагал Полкаша. На вершине действительно есть какое-то строение, но сам храм находится под горой, гораздо ниже…
— Откуда вы это узнали?
— Случайно. Выносили вещи из Полкана, а ученые в этот момент выгружали аппаратуру и инвентарь. Один из них проносил мимо коробку с треугольником, который вы с Погодиным нашли. Ну, а Жорик… Он со сканером своим любимым сидел. В общем, излучение нашего артефакта аналогично излучению того, что находится гораздо ниже предполагаемого храма. И это нечто, словно зовет треугольник к себе. А, вообще, я не понимаю всех тонкостей. Это ты у нас специалист по древним загадкам, — Хунька потыкала что-то на панели доставки, — черт, не работает еще. А я голодная…
— Возьми шоколадку в кармане сумки, — ответила ей, спешно натягивая на себя форму. Мне нужно было срочно поговорить с Жоркой, а потом с ба. Казалось, разгадка витает в воздухе, но все время ускользает.
*************************************************************
Всякое бывало в жизни Дарина Элвэ. Порой жизнь так сурово прогибала его под обстоятельства, порой посылала трудности, которые он преодолевал на пределе своих возможностей, иногда случались и приятные моменты, но всегда его преследовало чувство какой-то неправильности, что ли. Хотелось бороться, отстаивать свой выбор, делать наперекор… Хотелось. Раньше. Что же изменилось? Нет, не так! Что же изменилось в его жизни с появлением земной девчонки с золотыми косами и серыми, как грозовое небо, глазами? Абсолютно все. Все встало на свои места. Больше не с чем бороться, больше не хочется ничего доказывать. С ее приходом мир вокруг наполнился красками. Словно, мятежную часть его души уравновесили, привнеся в его жизнь гармонию, уют, цель. Да-да! Именно цель. Словно зажглась путеводная звезда, на свет которой хотелось идти неотступно. И имя ей — Алевтина Верник.
Звезда… Тангир Элвэ вглядывался в затянутое фиолетовыми облаками небо Лорны. С поверхности этой планеты никогда не видно звезд. Лучи светила проникали сквозь тучи рассеянно и очень дозировано. Никто так и не смог объяснить феномен столь диковинного преломления света, от чего привычный глазу спектр менялся. Все вокруг выглядело загадочным и волшебным. Видимо, компенсируя недостаток прямого освещения, природа создала множество фосфорицирующих форм жизни. А может и не природа… Возможно здесь поработал чей-то разум, не зря именно на этой планете, столько следов древних цивилизаций, больше чем где либо. Была в Лорне какая-то тайна, определенно была. Дарин чувствовал это и в первый свой прилет, а сейчас интуиция просто вопила, а все инстинкты и чувства обострились до предела. Может из-за Али? Нет, тут дело не только в ней.
Тангир задумчиво потер светящийся лист местного папоротника, проверил на комме местоположение «Друга» и, убедившись, что все идет согласно разработанному с Соргом плану, направился к своему домику. Темнело быстро. Ночь на Лорне наступает почти мгновенно. Фонари в лагере еще не подключили, и тропинка была едва видна. Вдруг от одного из домиков отделилась темная фигура и преградила ему путь.
— Тангир Элвэ… — Дарин узнал голос землянина из группы Али.
— Курсант Погодин? Что-то случилось?
— Да, то есть, нет, но вполне может, — изрек собеседник.
— Потрудитесь изъясняться конкретнее. Землян и так сложно понять, у вас очень ассоциативное мышление, — Элвэ почему-то был откровенен. Землянин нравился ему, не смотря на, то, что Стас испытывал к Але более, чем дружеские чувства. Но, именно к нему, ревности не было.
— Я пришел вас предупредить, — голос Погодина звучал ровно и уверенно.
— О чем?
— Если вы обидите Альку, то я не посмотрю на различие в наших званиях…
— Этого не потребуется. Не обижу, — тангир был обескуражен. Как же земляне держатся друг за друга, переживают.
Сначала тентурийская полукровка, а сейчас этот — Стас кажется, а ведь в их команде есть еще третий. И Элвэ не сомневался, что Жоффрей переживает не меньше этих двух. И кораблик… «Полкан» стал пятым членом экипажа, полноправным и признанным. И все пятеро, как плотно сжатый кулак, как пять пальцев одной руки. Ударь по одному, а больно будет всем. Эленмарец впервые видел такое единение душ, характеров, жизней.
— Поклянитесь! — Дарин чувствовал напряженный взгляд своего собеседника, хотя понимал, что землянин видит лишь его силуэт.
— Клянусь, я никогда не причиню вреда Алевтине Верник, — забавная ситуация. Тангир готов был поклясться Але, но точно не ожидал, что придется приносить
