стихий».
Желая породить в себе «эликсир бессмертия», даос должен был гармонически соединить в себе воду (функция почек) и огонь (функция сердца), ведь, как писал А. Масперо, «почки – корень, а сердце – цветок человеческой природы». Встреча Воды и Огня – это вдобавок соприкосновение Неба (голова) и Земли (ноги). Местом зарождения «эликсира вечной жизни» считалась таинственная полость в сокровенном центре физического тела; ее связывали с образом Сокровенной Женщины (сюань пинь) – метафорическим наименованием пустоты.
Зримым воплощением представлений о бессмертии со временем стали народные картины, изображавшие святых старцев-даосов с розовыми щеками и ясным взором младенца.
МИФОЛОГИЯ И АЛХИМИЯ
Такова была теория, которую, впрочем, изучали весьма немногие. Большинство людей осваивало «практику бессмертия» – применение талисманов, снадобий, эликсиров, пилюль и иных магических способов обретения вечной жизни. Широкую популярность приобрела алхимия, претендовавшая на обладание секретом составления «пилюль Сиванму», то есть пилюль бессмертия. Основным элементом этих пилюль считалась киноварь – сернистая ртуть, наделенная чудодейственными возможностями.
В алхимическом трактате «Бао пуцзы» о киновари и «золотом растворе» (жидком золоте) говорится: «Золото и киноварь – это такие вещи, что чем больше их накаливают, тем все более сокровенны их превращения. Когда желтое золото помещают в огонь, то оно не разрушается и через сотню переплавок, а когда его погребают, то оно не сгниет до скончания дней. Когда эти два вещества принимаешь внутрь, то закаляешь свое тело, и это дает человеку возможность не стареть, не умирать».
В «Книге духовной киновари девяти треножников императора Хуанди» говорится, что Хуанди «принял эликсир и вознесся к бессмертным». Кроме того, там сказано, что хотя дыхательные и гимнастические упражнения, а также прием снадобий из растений могут продлить годы жизни, но от смерти не избавят. Прием же внутрь одушевленной киновари дарует человеку долголетие без границ, подобное вечности Неба и Земли.
Принявший девять киноварных эликсиров может, если хочет, воспарить в небесную высь или может остаться жить среди людей. Он может по своему желанию исчезать и мгновенно появляться вновь. Ничто не может причинить ему вреда.
Даосские алхимики пытались применять все эти рецепты в повседневной практике, тем паче что недостатка в клиентах они не испытывали (известно, например, что тот же император У-ди принимал «пилюли бессмертия»), однако с годами алхимия становилась все более теоретической, все более «внутренней», а процесс достижения бессмертия все более мифологизировался, благодаря чему в даосском пантеоне сложилась самая, пожалуй, многочисленная категория божеств – категория сянь, или бессмертных.
Глава 6. Подвиг не ради славы: осемь бессмертных и другие даосские духи
Однажды Восемь бессмертных по приглашению Владычицы Запада Сиванму прибыли на пиршество в честь дня рождения этой богини. В дар они преподнесли свиток с благими пожеланиями, написанный от руки самим Лао-цзы. После пира и пышных проводов они решили, что нужно побывать и на востоке, для чего следовало пересечь Восточное море. Каждый из них двинулся в путь по воде на собственном «корабле»: кто на железном посохе, кто на веере, кто на корзине с цветами, а то и вовсе на бумажном муле. Их путешествие не обошлось без затруднений: на Восьмерых даосов напал могучий дракон Лун-ван. Тогда один из Восьмерых поджег море, а остальные сбросили на подводный дворец Лун-вана целую гору. Только вмешательство Нефритового императора позволило вернуть мир на сушу и в подводное царство.
Пересказ романа «Путешествие Восьми бессмертных за море»
Далеко-далеко живут божественные люди. Кожа их бела и чиста, как заледенелый снег, телом они нежны, как юные девушки[12].
«Чжуан-цзы»
Божества-сянь у даосов делились на бессмертных небесных (или небожителей) и земных. Первые были бессмертными «по статусу»; в трактате «Чжуан-цзы» о таких бессмертных (тяньсянь) сказано, что они не едят злаков, пьют росу, вдыхают ветер, ездят на облаках, управляют крылатыми драконами и странствуют за пределами Четырех морей (то есть Китая). Живут тяньсянь на чудесных островах или плавучих горах в море – или на горе Куньлунь. Земные же бессмертные (дисянь) – это обожествленные люди, достигшие бессмертия. Таким бессмертным можно было стать по воле Неба, награждавшего бессмертием за праведную жизнь, или уединившись в одном из 24 горных «скитов» (чжи) и предавшись отшельнической аскезе. Земные бессмертные умели путешествовать на облаках, но чаще использовали в качестве средства передвижения журавлей; этих птиц так и называли – журавли бессмертных (сяньхэ).
К числу таких божеств принадлежит, к примеру, Чжан – Небесный Учитель (Чжан Даолин), которого традиция признает основоположником даосской религии наряду с Лаоцзы. Он вернул себе молодость, приняв пилюлю бессмертия, усмирял многочисленных демонов (его обычно изображают верхом на белом тигре и с заклинанием против демонов в руке), совершал различные магические подвиги и сумел передать чудесные способности своим потомкам.
ВОСЕМЬ БЕССМЕРТНЫХ
Число земных бессмертных множилось на протяжении столетий, и постепенно эта категория даосского пантеона стала насчитывать многие сотни и даже тысячи персонажей, о каждом из которых складывались легенды и рассказывались сказки. Особой популярностью пользовались – и продолжают пользоваться по сей день – предания о Ба сянь – Восьми бессмертных. Предания о Ба сянь начали складываться приблизительно с эпохи Тан, обрастали все новыми подробностями, и лишь в позднем китайском средневековье повествование о Восьми бессмертных приобрело свой законченный облик.
Помимо многочисленных сюжетов, связанных с каждым из Восьми бессмертных в отдельности, известны, если можно так выразиться, «совокупные» предания, повествующие о совместных походах восьмерки – в частности, об их путешествии к богине Сиванму. Эти предания легли в основу романа У Юньтая «Путешествие Восьми бессмертных на Восток» (или «за море»), перекликающегося по названию и содержанию с романом У Чэнъэня «Путешествие на Запад», о котором говорилось выше. Кроме того, похождения Восьми бессмертных – один из самых распространенных сюжетов в китайской живописи, декоративном искусстве и театральных представлениях.
Первым из Восьми следует назвать Чжунли Цюаня (или Хань Чжунли), старейшего из них, первые семь дней после своего появления на свет он ни разу не заплакал и ничего не ел. Он прославился как полководец, одержал ряд громких побед, но в сражении с тибетскими племенами по воле Небес был разгромлен и бежал в пустынные земли. Там ему повстречался отшельник-даос, который отвел Чжунли к Владыке Востока Цанди, покровителю всех бессмертных мужского пола. Цанди дал Чжунли совет отказаться от бранных подвигов и обратиться к поискам Дао; Чжунли занялся алхимией, научился превращать медь в золото и в голодные годы раздавал это золото беднякам. Однажды ему было небесное знамение, перед ним распахнулась каменная стена, и в пещере он обнаружил нефритовую шкатулку, а в ней – наставление, как сделаться бессмертным. Когда он исполнил в точности это наставление, к нему спустился журавль сяньхэ и унес Чжунли на небо. Обычно этого бессмертного
