Глава 12
Наступил полдень, когда Нора размышляла о словах Люка, стоя в кабинете доктора Бентли и глядя на рентгеновский снимок желудочно-кишечного тракта Игги. Как игуана могла проглотить дом? На рентгене было ясно видно, что рептилия съела игрушечный домик.
– Игуана может проглотить все что угодно, – сказал доктор Бентли.
Ветеринар очень помогал Норе в приюте, но не проводил операций, и она не стала его об этом просить. Что теперь делать? У нее есть резервный фонд, но нужно ли тратить большие деньги на операцию игуаны, которой она вряд ли найдет новых хозяев?
Она вспомнила, как несколько дней назад радовалась, что в ее практике еще ни разу не было подобной ситуации.
«Возможно, вам следует составить план». Норе было неприятно признавать правоту Брендана Гранта. Казалось, он прав всегда и во всем. Он всегда тщательно взвешивает каждое решение и не поддается импульсу.
«Из нас получилась бы хорошая команда», – подумала Нора.
– Мне нужно подумать, – произнесла она.
– Не торопитесь.
Засунув Игги обратно в переноску, она вышла с ним в зал ожидания. У нее есть три варианта. Она может отвезти его домой умирать. Она может попросить ветеринара усыпить игуану. Или она должна найти деньги на операцию.
Зазвонил ее мобильный телефон. Нора посмотрела на дисплей – звонит племянник.
– Привет, Люк, – сказала она, стараясь говорить спокойно.
– Это не Люк. Я взял его телефон.
– Зачем? – С ней разговаривал Брендан – тот, который всегда прав.
Наверное, его стоит назвать мистер Правильность. С другой стороны, возможно, и не стоит. Она не желает думать о Брендане Гранте как о мистере Правильность в любом контексте.
– Мы стоим во дворе Диди, и он передал его мне. – Пауза. Он заговорил тише: – И еще я не был уверен, что вы ответите, если я позвоню со своего телефона.
– Почему вы так решили? – осторожно поинтересовалась она.
– По-моему, вы меня избегаете.
Неужели это так очевидно? Нора по-настоящему смутилась.
– Зачем мне вас избегать? – произнесла Нора. Наступило молчание. Норе захотелось поцеловать Брендана, она вздрогнула. Она вспомнила, как подумала о любви после их поцелуя.
Брендан не стал отвечать на ее вопрос. Оба отлично знали, почему она его избегает.
– Я пообещал угостить Люка молочным коктейлем. Он покосил газон Диди, а теперь обстригает ее кустарники. Они довольно сильно заросли. Он очень усердно работает. Не могу поверить, что вы прожили здесь шесть месяцев и ни разу не были в местном кафе-мороженом. Люк сказал, что вы никогда не развлекаетесь.
– Мы развлекаемся, – возразила она.
– Да? И как же?
«Однажды мы играли с вами в покер», – подумала она.
Она понимала, что со стороны ее жизнь с племянником может показаться ужасной, но игра в покер действительно была их чуть ли не единственным развлечением.
– На прошлой неделе мы брали в прокате фильм «Звездные войны».
– Неужели? Похоже, вы перевыполнили план по развлечениям.
– Вы издеваетесь?
– Издеваться для меня – все равно что дышать.
– Мы играем в скребл, – торжественно произнесла она. – Если мне удается оттащить Люка от компьютера. – Слишком поздно Нора вспомнила, что они приглашали Брендана поиграть в скребл. И он отказался.
– Развлечения все забавнее.
Нора вспомнила выражение лица Брендана в тот вечер, когда Люк предложил поиграть в скребл. Но ей все равно нужно его убедить, что они весело проводят время.
– Люк научил меня играть в виртуальный боулинг!
– Вот это да! Бьюсь об заклад, вы бросили шар для боулинга в обратном направлении.
– Откуда вы знаете?
– Интуиция. Шучу.
– И все-таки, как вы узнали?
– Я играл в эту игру.
– О, и вы бросили шар в обратном направлении?
– Нет. – Внезапно он рассердился. – В любом случае я хочу попросить у вас разрешения отвести Люка в кафе-мороженое.
Его уважительность почти заставила Нору простить его сарказм.
– В этом нет необходимости. Конечно, вы можете отвести его туда.
– Люк хочет, чтобы вы пошли вместе с нами, – сказал Брендан.
Это желание Люка. Не Брендана. Она посмотрела на больную игуану. И внезапно Норе не захотелось принимать решение в одиночку.
– Я у ветеринара с игуаной Игги. Он наглотался всякой ерунды.
– Игги? – медленно повторил Брендан. – Вы же говорили, что не даете животным клички.
– Разве можно привязаться к игуане? – спросила Нора, осознавая, что уже к ней привязалась.
Она не хотела привозить ее домой, чтобы она там умерла. И не желала ее усыплять.
Она рассказала Брендану, что происходит. К счастью, он не стал напоминать, что предлагал составить план.
– У вас есть резервный фонд? – спросил он.
– Да, но, Брендан, эти деньги гораздо выгоднее потратить на обучение людей, чтобы они не покупали игуан как домашних животных. И резервный фонд небольшой. Я могу оплатить лечение игуаны, но на следующей неделе какому-нибудь животному может понадобиться срочная операция.
– Животному более симпатичному, чем игуана? Не сдержавшись, Нора расплакалась. И она не знала наверняка, плачет ли из-за проклятой игуаны, которой по глупости дала кличку, или из-за Брендана, который играл в виртуальный боулинг с кем-то, кто бросил шар в обратом направлении.
Или от того, что не Брендан, а Люк решил пригласить ее в кафе-мороженое.
Брендан играл в эту дурацкую игру с Бекки. На рождественской вечеринке. Все до истерики смеялись над ее плохой координацией.
Держа телефон, Брендан осознал, что впервые за долгое время при воспоминании о Бекки он что-то почувствовал. Такое ощущение, будто после ее смерти он сосредоточился на том, что не сумел ее защитить, и забыл обо всех приятных минутах, которые они вместе переживали.
Он быстро отмахнулся от размышлений, услышав сопение на другом конце телефонной линии.
– Вы плачете?
Нора Андерсон действительно его избегает. И это хороший знак. Они должны сторониться друг друга. Посмотрите только, чем обернулось его желание побыть добрым самаритянином и развеселить Нору! Сначала он начал с ней танцевать, а потом она его поцеловала.
– Н-н-нет.
Нора плакала. Неужели из-за игуаны? Брендан помнил, как она говорила, что привыкла к трагедиям, которые случаются с больными животными. И еще она старалась к ним не привязываться.
Похоже, она не придерживается ни первой, ни второй стратегии.
– У вас были истерики после того, как вы ударились головой? – спросил он.
– У меня нет истерики! – Нора обиделась.
Поразительно, но Брендан почувствовал себя виноватым. Танцуя с Норой в проходе сарая, он должен был задавать ей вопросы, связанные с симптомами, сопровождающими сотрясение мозга. И вместо того, чтобы облегчить себе жизнь и избегать Нору и осложнений в отношениях с ней, которые возникли после поцелуя, Брендан должен был отслеживать состояние ее здоровья.
