мое сердце разбивается на тысячи осколков. Но я отошел в сторону. Ты играешь с огнем, но я не могу тебе помешать. Все, что я могу — это любоваться твоей улыбкой для него, твоими изящными руками, что обнимают его шею, твоим нежным взглядом, что не видит очевидной опасности со стороны того, кого ты любишь.
Я думал, что смогу молчать. Но увы. Любовь переполняет меня до краев. Это письмо — крик отчаяния. Я не надеюсь на взаимность. Лишь хочу, чтобы ты знала: неподалеку от тебя всегда есть рядом любящее сердце.
Не ищи меня. Береги себя. Ведь уберечь тебя я не смог.
Твой преданный поклонник”.
Я открыла рот. Тут же поняла, что подходящих слов у меня нет, поэтому захлопнула его. Лора смотрела на меня с ехидной усмешкой.
— Да уж. Тайный поклонник — очень страшная вещь. Даже представить не могу, как нам справиться с этой напастью.
— Что? У меня? — Я захлопала ресницами.
— А почему бы и нет. Ты же теперь знаменитость.
Лора зевнула.
— Я бы хотела уже лечь спать, если ты не возражаешь.
Я кивнула. Подруга посмотрела на меня с серьезным видом.
— Ирен, да расслабься ты. Нет никакого подвоха. Это просто любовная записка.
— Да, но… — Я почесала затылок. — Все равно странно. Даже жаль его.
— Подумай об этом с другой стороны, — Лора улыбнулась. — Ты теперь весьма привлекательна для мужчин. Это повышает самооценку.
Я смогла лишь хмыкнуть в ответ.
— Спасибо.
— Да на здоровье, — сказала Лора, переодеваясь в пижаму.
Подруга довольно быстро легла спать, а я все сидела на кровати и смотрела на тайную записку. Все это казалось странным и неправильным. От чего тайный поклонник не смог меня защитить? Почему он считает, что Эйдан для меня опасен? Только потому, что мы соперники в Играх? Или этот кто-то знает страшную тайну об огневике?
Еще меня немного напрягает, что этот поклонник ходит где-то рядом. И постоянно любуется мной. Надеюсь, хоть через окно не подглядывает. Я метнула взгляд в сторону заснеженного пейзажа, спрятавшегося за стеклом. Ну уж нет. Я закрыла занавески и решила выкинуть это происшествие из головы. Если бы таинственный поклонник действительно меня бы знал, он не стал бы писать письмо. Потому что эта записка отвлекает меня от главного — выживания в Играх четырех стихий.
* * *
Академия все сильнее наполнялась духом праздника. На стенах уже красовались венки из остролиста и гирлянды с омелой. В холл главного корпуса устанавливали огромную елку. Предпраздничная суета всегда наполняла меня надеждой на лучшее. Увы, йольское настроение улетучилось мигом, когда небо потемнело.
Сначала мне казалось, что это тучи. Но нет. Это лебеди. Много лебедей.
Я сглотнула. Вот оно.
Народ довольно быстро собрался у Фонтана Богов. Я оказалась в числе первых. Плевать, что опоздаю на пару Авариса — он все равно будет стоять рядом с ректором. Главное, чтобы я не пропустила ни единого слова, что скажет посланник богов.
Во внутреннем дворе было довольно тепло. По углам я заметила волшебные рубины, как тот, которым пользовался Тритон на нашей тренировочной площадке. Очень удобно.
Фонтан все также прятался под энергетическим куполом. Я заметила, как Аварис и Тритон вошли во внутренний двор. Они довольно быстро оказались у фонтана, негромко споря о чем-то.
— Привет.
О, этот голос узнаю из тысячи.
Я повернулась с широченной улыбкой.
— Рада тебя видеть, Эйдан.
Огневик улыбнулся в ответ.
— Надеюсь, ты простишь меня, не могу целовать тебя при ректоре.
Я кивнула.
— Я тоже считаю, что надо хотя бы видимость приличий соблюсти.
Эйдан устало улыбнулся. Мы списывались с ним ночью — большую ее часть он провел за книгами. Как и я.
— Нервничаешь? — Спросил он
— Немного, — я тяжело вздохнула. — Мне бы твое спокойствие.
— Я просто умею сохранить хорошую мину при плохой игре.
— Не думаю, что твоя игра будет плохой.
Эйдан хмыкнул.
Народу во внутренний дворик набилось столько, что мне стало дурно. Я покачнулась. Эйдан взял меня за руку, и его прикосновение прибавило мне сил.
Лебеди кружили над академией. Один из них направился к нам. Птица приземлилась, обернулась вокруг себя и превратилась в статную девушку. Она была вся белая: кожа, длинное платье, даже волосы и ресницы! Лишь глаза оказались темные и наполненные светлой грустью.
Девушка сложила руки на живот и заговорила. Речь ее журчала, как весенний ручеек. Слушать ее было одним наслаждением.
— Приветствую, преподаватели и студенты академии Квинтэссенция! Рада видеть участников Игр четырех стихий!
Девушка повернулась в нашу сторону и кивнула нам. Мы кивнули в ответ — вряд ли с такого расстояния она бы услышала наше приветствие. Затем она кивнула поодаль. Надо же, Геб стоял неподалеку от нас. Вид его был серьезнее некуда — будто он прямо сейчас готов ко второму испытанию.
Белая девушка улыбнулась.
— Боги приняли решение. Второе испытание Игр четырех стихий пройдет в первое новолуние после Имболка.
Внутри меня все сжалось. Не полнолуние! Новолуние!
Тритон подошел к девушке.
— С вашего позволения я уточню дату в лунном календаре.
— Как вам угодно, — сухо ответила она.
— Первое новолуние после Имболка наступит 14 февраля.
Мне стало дурно. Эйдан едва удержал меня. Я вздохнула поглубже и взяла себя в руки. Боги отвели на подготовку гораздо меньше времени, чем я думала.
Белая девушка тем временем тихо обменялась репликами с Тритоном, а затем добавила:
— В ближайшие дни духи создадут павильон, в котором пройдет второе испытание. Приближаться к нему запрещено любому человеку. На испытание нельзя брать с собой оружие. Оно и не понадобится. И помните: просвещение — это сила.
Девушка обернулась лебедем, немного разбежалась и взлетела в небо к своим собратьям. Я окончательно пришла в чувство. Сквозь толпу ко мне прорывались Лора и Морти. Наконец, они растолкали локтями студентов и подбежали ко мне.
— Все в порядке? — Спросила Лора.
— Да ты бледная, как та лебедь! — Забеспокоился Морти. — Лора, исцели ее.
— Не надо, все в порядке…
Не успела я договорить, как Лора приложила свои пальцы к моим вискам. По телу разлилось приятное тепло, а в голове стало спокойно и ясно. Эйдан, державший меня все это время, наконец отпустил.
Я заметила, как издалека Геб кидает на меня оценивающий взгляд. Неужели думает, что я слабачка?
— Пойди отдохни, — сказала Лора. — Тебе нужно поберечь себя.
— Нет, мне нужно заниматься, — сказала я. — После пар пойдем в библиотеку.
— Ирен, не насилуй себя…
— Ирен лучше знать, — неожиданно вклинился Эйдан.
Лора посмотрела на него так, будто впервые заметила. Секунду они сверлили друг друга взглядом.
