спине — ну и частично на заднице, которую он отклячивал и которую было тупо лучше видно — и вот уже никакого белого пятна и в помине нет! Поневоле тут засуетишься, особенно когда речь о законной супружнице идёт! Если бы у меня Инка куда-то запропастилась, я бы тоже был как на иголках. А может, и чего похуже! Дури у меня с изрядным запасом, а остановить вряд ли кто-то смог бы. Даже Вова. Вернее, особенно Вова! Так что я ему от всей души сочувствую и где-то даже понимаю…
— Во-о-он там был только что… — из самых лучших побуждений ткнула Инес пальцем в нечто вроде нависающего у нас над головами скального выступа, но Вова, паче чаяния, подсказку не оценил:
— Ин, да ты хоть под руку не лезь! Я и сам в курсе, что там он был! А теперь куда делся⁈ Сквозь камень провалился, что ли⁈
— Эй, а чего ты на меня орёшь-то⁈ — возмутилась оскорблённая девица. — Энрике! Втащи ему, чтобы повежливей был!
— Обязательно, радость моя! — с лёгкой душой пообещал я, абсолютно уверенный, что случай такой неоднократно представится. — Но потом! Вов, а ты уймись!
— Да вы офигели, что ли⁈ — опешил напарничек. — Одна лезет, куда не просят, а второй выпендривается!
— А ты бычишь! — вполне резонно парировала Инес.
На это, впрочем, я счёл нужным отреагировать:
— Да это он от нервов, ми амор! Вова, хоть он и Вова, но не бегемот же⁈ Шкура у него не настолько толстая!
— Ты давай ещё скажи, что внутри он белый и пушистый! — фыркнула моя зазноба.
— А то! — опомнившись, поспешил перевести всё в шутку Вова. — А ещё тонкий и ранимый! И вообще, неисправимый романтик!
— Ага, романтик! А Джен пивом и джерками соблазнял! — подколола моего напарничка Инес. — Я точно знаю, она мне сама рассказывала!
— Ну а где бы я у Диких шампанское с икрой раздобыл⁈ — отмазался тот, но довольно жалко, как по мне. — И потом… сработало же!
— Всё, выговорились? — пресёк я обмен любезностями. — Вов, метнись в тачку, притащи лестницу! И верёвку с «кошкой» прихвати!
— Момент! — сорвался тот с места.
— А мне что делать? — напомнила о себе Инка.
— А ты, радость моя, лезь в пулемётное гнездо, и бди! — озадачил я девушку. — Мы с Вовой сейчас будем сильно заняты, так что не подведи! Как что подозрительное увидишь, сначала стреляй, а потом уже фамилию спрашивай!
— Есть, мой генерал! — шутливо вытянулась во фрунт Инес, потом прыснула в ладонь, чтобы ненароком Вову не оскорбить — тот как раз уже возвращался, согнувшись в три погибели под грузом — и упорхнула в машину.
Тэ-э-эк-с, с одной проблемой, можно сказать, разобрались. На Инес в этом плане вполне можно положиться, имея столь недвусмысленные указания, она именно так и сделает — сначала разберёт любую дерзнувшую нарушить наш покой зверюгу на запчасти, и только потом станет выяснять, а кто это, собственно, был? Понятно, что лузер и неудачник, но какой именно породы? Ну а нам с Вовой теперь предстояло самое сложное — покорение скалы. Вернее, мне предстояло. Так-то напарничек в этом плане сильно опытнее меня, да вот беда — от него на верхотуре толку немного. В том смысле, что боязно его первого в схрон запускать. А с другой стороны, почему бы и нет? Вон, хотя бы до того самого козырька маршрут проложит, а дальше я уже и сам как-нибудь?
— Так куда лезть-то? — окликнул меня напарник, сгрузив складную лестницу — моего производства, а значит, лёгкую и при этом прочную — и моток синтетического шнура у подножия скалы. — Проф, скажи толком!
— Да как я тебе скажу⁈ — возмутился я. — Ориентиры перечислить? Или?.. Точняк! Ща, пять сек!
У меня же «скрин» есть! И пофиг, что он в памяти артефактного «планшетника»! Можно ведь через мини-медведа закачать его в «смарт», и уже в нём картинку на дисплей вывести. И на Вовин аппарат перекинуть. Так что сказано — сделано! Я даже не поленился обрезать видеозапись до пяти секунд непосредственно перед исчезновением Сигизмунда, и на картинке корявым кружком выделил область, в которой кошак канул неведомо куда. К сожалению, сам процесс таинственного «испарения» котейки выловить не удалось, видимо, не хватило частоты кадров. А исходник в недрах артефакта я искать поленился — нафига, если и без того понятно, куда примерно подниматься?
— На, сам смотри! — сунул я Вове под нос гаджет. — Понял, где это?
— Типа того, — кивнул приятель. И сразу же задрал голову, вперив орлиный взор в скалу: — Это во-о-он там примерно!
— Так я тебе то же самое и говорила, балбес! — фыркнула Инка.
Ну а чего ей, если она от нас с напарником на безопасном расстоянии — это раз, и у неё руки на пулемёте — это два? Поди, попри на такую! Вот Вова и не попёр, просто поморщился страдальчески и мужественно проигнорировал подколку.
— Ну, чё скажешь? — поторопил я его. — Добраться сможем? Или за снарягой альпинистской переться надо?
— А ты почему сразу её не захватил⁈ — опомнился Вова. — Вот учишь тебя, Профессор, учишь — и всё без толку! И как я теперь должен на каменюку лезть?
— Ровно так, как и собирался, — с намёком покосился я на лестницу и верёвку. — Вон туда, к выступу, приставим — и, считай, уже на карнизе!
— Это если там есть, где встать! — усомнился Вова в предложенном мною плане. — Хотя… не попробуешь, не узнаешь! Придерживай меня, Проф!
— Как придерживать? — озадачился я.
— Нежно! — рыкнул напарник, и, не размениваясь более на пустую болтовню, занялся лестницей — та в разложенном виде достигала почти четырёх метров в длину.
И да, её как раз хватило, чтобы забраться на облюбованный мною уступ. Единственное, под тяжестью Вовиной тушки она натурально ходила ходуном, так что пришлось приложить недюжинные усилия, чтобы напарничек мой не сверзился с верхотуры. Четыре метра это всё-таки четыре метра! Хотя по факту чуть меньше — ближе к трём, учитывая рост напарничка. Ну а когда тот сиганул на уступ, оттолкнувшись от перекладины, я чуть не навернулся. А чего вы хотели? С таким рычагом лестницу
