дядек», если те к нему приблизятся. Линатиане в панике метались вокруг, решая, что им дороже: собственная чешуя или все-таки корабль, если раскаленный ребенок забьется чуть глубже и подпалит им кабеля энерпульта. Айримир этого вообще не помнил.
Но благожелательное настроение брата быстро проходило, и стена отчуждения воздвигалась вновь. Пробиться сквозь нее не получалось, и на втором году Айримир сдался. Пусть считает недофлиберийцем, подкидышем или вообще неведомой зверушкой – плевать! Лишь бы не лез с наставлениями и позволил нормально жить. Контакты с капитаном свелись к сухим отчетам, и вскоре Айримиру начало казаться, что брата у него никогда и не было. Просто какой-то мрачный тип, который изредка на него хмурится. Обычное начальство, ничего примечательного. Если бы не смех, такой знакомый и родной, иногда доносящийся до Айримира издалека и предназначенный кому-то другому, он бы вообще про него забыл.
Дни летели за днями, новости становились прошлым, воспоминания затирались, сменяясь новыми, яркими. Минуло шесть лет, за которые случилось столько всего, что и не упомнишь. Сувениры с разных планет перестали влезать в шкаф и теперь валялись по всей каюте. За каждым из них скрывалась история, одна другой круче. Айримир уже не представлял, как вообще жил без этого корабля, с его сумасшедшим графиком, постоянной нервотрепкой и работой, у которой не было конца.
***
День начался совершенно обычно. За завтраком Айримир подправил план на ближайшую неделю, добавив туда несколько пунктов из личных просьб ученых, просмотрел карты планет. Подумал, стоит ли повторять вчерашнюю высадку, которая прошла на редкость нелепо и завершилась, не успев начаться. Решил, что пока не улетели, можно попробовать, но заменил первоначальное место посадки другим. Скинул твиникийцам новые данные, получил тридцать одинаковых сообщений в ответ и, удовлетворенно потянувшись, отправился в столовую создавать видимость страшно истосковавшегося по здоровой пище. Демонстративное размазывание творога по тарелке Ростную успокаивало, а на сытый желудок это не составляло труда. Лучше время от времени отыгрывать для нее послушного диетчика, чем слушать лекции о здоровом питании или вообще спровоцировать обыск в каюте.
На подходе его перехватил капитан, вернее, его голос.
– Айримир, зайди к ботаникам! – буркнул он и отключился, а Кип добавил уже от себя: – Хоть бы объяснил, чего ему надо!
– Леотимир и объяснения? Хорошо пошутил.
Тянуть Айримир не стал и свернул к шахте, ведущей на нижний уровень мостовой палубы. Его делили между собой ботаники, гидрологи и отдел опасных и неукротимых существ. Другие обитатели корабля редко сюда спускались: пройти мимо алчно следящих за тобой монстров было тем еще испытанием.
В теплицах ботанического отдела монстров не было, если не считать за таковых его сотрудников и капитана, что-то горячо обсуждающих в пышных зарослях.
– Исключено. Это огромный крюк, мы не можем тратить столько времени!
– Как ни прискорбно, хвойные леса не вырастут там, куда ты покажешь пальцем, кэп! Нам все равно придется за ними лететь!
– Но не месяц же! Найдите планету поближе, и будет вам ваша хвоя! О! Айримир, иди сюда. Объясни людям, что нельзя плюнуть на все плановые высадки и лететь на край вселенной за какой-то хвоей, они меня не понимают!
– Нельзя, – послушно подтвердил Айримир, представляя размеры геморроя, в который такая сдвижка выльется лично для него. – А в чем дело-то?
– В МИК дело, – прошипела Мелисса, отвернулась к какому-то цветку и принялась яростно его окучивать.
– Запрос пришел, – пояснил дендролог Гермен Арбор. – Надо проверить, как ОТ-излучение влияет на хвою. Пустяк, но поблизости нет планет с хвойными растениями. До ближайшей лететь две недели, капитан сдвигать график отказывается. А МИК уперлась и отменять задание не хочет! Нам-то что делать?
– Искать планету поближе, – от души посоветовал Айримир. – Посмотрите по базам, что в соседних секторах.
– Мы уже смотрели. Из изучаемых только Протоглимея, нам точно не туда.
– А изученные проверяли?
– Зачем? – поразился ученый. – Их же изучили!
– Так нам же просто хвоя нужна. Какая разница, изучена планета или нет? Или я чего-то не понял?
Ботаники оживились и дружно закопались в планшеты.
– Айримир, ты гений! Точно, есть! Целых две! До Ридии два дня и часов двадцать до Земли. Тебе какая больше нравится?
Обе продемонстрированные картинки Айримиру не понравились одинаково. На таких вот сине-зеленых шариках всегда был отвратительный климат, а временами даже дождь. Противные холодные капли, капающие с неба за шиворот, раздражали и нервировали.
– Чего-нибудь потеплее нет? – тоскливо уточнил он, понимая, что лететь все-таки придется. Ну ничего, переживет. После снежной пустыни Альтики, с ее парящими айсбергами и бушующей метелью, ему уже ничего не страшно. – Ладно, давайте Землю, чего время терять.
– Может, лучше Ридию? – засомневался Гермен. – Я слышал, земляне как-то шаттл сбили. Наши потом летали, но так команду и не нашли. Говорят, их того… убили всех.
– А потом съели? – ехидно предположил Леотимир. – Обожаю страшилки про отсталые планеты.
– А вдруг правда?
– Да бросьте! Для флиберийца там ничего… Слу-ушай, Айримир! Гермен-то прав! Вдруг кошмарные земляне твоими костьми подавятся? Бери Ридию, так надежнее.
После такого Айримир полетел бы на Землю, даже если бы пришлось угнать шаттл.
Твиникийцы на изменение графика среагировали с привычной флегматичностью. Для посадки Айримир выбрал самый глухой лес, чтобы уж точно исключить нежелательные контакты с местной условно-разумной жизнью. Подлетать близко к Земле «Фибрра» не стала: тамошняя цивилизация изредка выбиралась к ближайшим небесным телам и могла засечь огромный линкор. Якорь бросили возле газовой планеты в той же звездной системе, до которой пока добрались только примитивные беспилотники. Передающую частоту «Фибрры» они обнаружить не могли, максимум заметят что-то крупное и решат, что астероид.
Дико медленному и неповоротливому шаттлу отсюда было каких-то пять часов лета. Сидя в голокресле и вполуха слушая беспечную болтовню коллег, Айримир меланхолично разглядывал приближающуюся сферу планеты и думал, что байки про нее придумали идиоты. Цивилизация, которая даже собственную звездную систему еще не исследовала, априори не могла представлять угрозы. Шаттлы они сбивают, ха! Они его заметить-то успеют?
В том, что земная высадка пройдет без проблем, Айримир был уверен на все сто.
Примечания
[1] Полтора сантиграта – около 37 градусов Цельсия.
[2] Описание интимной близости с крайне неприятным фольклорным элементом.
[3] Роша Безголовый – персонаж нашумевшей рекламы сети межгалактических учебных заведений.
[4] Магниир т’ер Мелькор IV – действующий император Флиберии.
[5] Илирни – добрый дух из флиберийских народных сказок, хозяин царства мертвых. Крохотные огоньки по его поручению провожают истинных героев в последний путь.
