никаких.
— Спасибо, — хрипло выдыхаю я.
Мое личное великолепие молча кивает. А затем также молча поднимается и начинает одеваться.
Откинувшись на подушки, я прикрываю собственное обнаженное тело куском покрывала и слежу за ним из-под опущенных ресниц.
Грех не понаблюдать, когда демонстрируют такое шикарное тело.
Да и когда еще? В процессе как-то не до этого.
И, наблюдая за тем, как упругая мужская задница втискивается в штаны, я самодовольно усмехнулась. Пока кое-кто не видит.
Вон как его проняло после наших развлечений в кладовой. Примчался посреди ночи доказывать свою состоятельность как любовника.
Кому расскажешь, не поверят. А, впрочем, и рассказывать ведь некому…
Тем временем великолепный сэйр Варнадо успел привести себя в порядок. Прочесал пятерней волосы, подхватил с пола пальто и развернулся к двери.
Подниматься с постели и провожать его до двери не стала сразу по двум причинам.
Во-первых, двигаться все еще было слишком лениво.
А, во-вторых, это уже слишком.
Это выходит за рамки простых плотских отношений к обоюдному удовольствию при полном отсутствии обоюдных обязательств.
Это уже слишком мило, сентиментально и романтично. А ничего из этого не должно быть в моих отношениях с начальством. И так достаточно того, что нас теперь связывает не только работа, но еще и постель.
Впутываться во все это дальше у меня нет совершенно никакого желания.
Он все же мерзавец, каким бы обаятельным ни был. Точно такой же мерзавец, как и все сэйры из высшей политической верхушки.
И это не изменится. И об этом мне не стоит забывать.
Именно поэтому я и лежала, не шелохнувшись, когда он накинул на плечи пальто и зашагал в сторону двери.
Ничего, сейчас уйдет, потом встану и закрою дверь на замок. И охранки заодно верну на место. А руны начерчу завтра, так уж и быть.
У самого порога это обольстительное великолепие замерло, уже схватившись за ручку двери. Потом резко развернулось. Взглянуло на меня своими чернющими глазами. И в несколько стремительных шагов преодолело расстояние между дверью и кроватью.
Хотя чего тут шагать. Всего пара метров…
Он наклонился и навис надо мной, упираясь одним коленом и обеими ладонями в матрас.
А я настороженно смотрела на него в ответ, подтянув покрывало к груди.
Чего это он? Додушить забыл?
Крепкий поцелуй обрушился на мои губы неожиданно.
Также неожиданно сэйр Варнадо отстранился, снова выпрямился и, довольный собой, стремительно зашагал к двери. На этот раз уже окончательно.
А я еще долго лежала и ошалело смотрела на закрытую дверь.
И что это сейчас было?
Может, мой начальник головой где стукнулся по дороге сюда?
Глава 11
Я сидела, искоса рассматривая задумчивое лицо сэйра Варнадо, пока начальник уткнулся в бумаги, и уныло размышляла.
С того момента, когда я передала Сурину всю информацию о силах, которыми располагает министерство правопорядка, прошло уже чуть больше двух недель. И за прошедшее время я смогла выяснить новые подробности того, что именно готовит Сопротивление своим политическим оппонентам.
Сопротивление набирает силу и готовится выступить до того, как новый представитель действующего правительства вступит в свои должностные полномочия. И произойдет это со дня на день. И мы все замерли в ожидании этого момента.
Что будет с министром правопорядка и одним из главных претендентов на членство в правящей десятке, если наш план удастся, и Сопротивление победит?
Хотя ясно же, что…
Смерть!
Сэйра Тобиаса Варнадо ждет смерть.
Как и всю политическую верхушку. А он, как претендент на то, чтобы вступить в правящую десятку, никакими правдами и неправдами не сможет избежать смерти.
Смогу ли я спокойно наблюдать за тем, как с ним расправятся?
Не знаю…
Раньше бы с уверенностью могла сказать, что смогу. А теперь не знаю.
И зачем только я все это затеяла? Если бы не мой отчаянный поступок, сэйр Варнадо на меня бы даже не взглянул…
А если Сопротивление падет? И нас разоблачат?
Меня разоблачат.
Он сможет недрогнувшей рукой подписать мне смертный приговор?
Этот, наверное, сможет…
С него станется.
Судорожный вздох пронесся над кабинетом. И объект моих тяжких дум вскинул голову и заинтересованно выгнул бровь.
Я поспешила отвести взгляд и уткнулась взглядом в бумаги.
Вот и кто его просил так не вовремя затевать ремонт в моем кабинете и временно переселять меня к себе, выделив рабочее место?
Теперь и не повздыхаешь спокойно.
И ремонт он начал так «вовремя». Стоило мне явиться в министерство в одно прекрасное утро понедельника, за два дня до которого один благородный сэйр навестил меня в моей скромной квартирке, как мне торжественно сообщили о ремонте.
Вот только ремонт в моем небольшом кабинете порядком затянулся и длился уже третью неделю. Хотя я искренне не понимала, что там можно ремонтировать столько времени.
И все же, в вынужденном тесном соседстве с главой министерства правопорядка нашлись свои плюсы и минусы. И если с плюсами было все понятно, то минусы с каждым днем заставляли меня мрачнеть все больше. А вместе со мной и Сурина, который больше не мог получать от меня привычные списки заключенных, потому что сэйр Тобиас Варнадо, кажется, не сводил с меня глаз даже на минуту.
— Ирис, — вкрадчивым тоном позвал начальник.
Я послушно вскинула голову.
— У тебя все в порядке?
— В полном, — поспешно заверила его я и вновь уткнулась в бумаги.
Да лучше вообще в его сторону не смотреть. Целее буду.
— Подойди, — не желал отставать от меня этот мерзавец.
И хоть голос его звучал ласково, сталь, скрывавшаяся за непривычной мягкостью, не позволила мне ослушаться приказа.
Поднялась из-за своего стола, который поставили у стены по левую руку от сэйра Варнадо, и, тяжко вздохнула, послушно промаршировала к начальнику. А там требовательно нависла над ним, дожидаясь, когда до меня снизойдут и объяснят, с какой целью понадобилось мое незамедлительное внимание.
Но сэйр Тобиас Варнадо оказался мерзавцем не только хитрым и наглым, но еще и непредсказуемым.
Того, что внезапный поток воздуха подхватит меня и поднимет на целый метр над полом, я предугадать не могла. Зато виновника моих незапланированных полетов я определила сразу. И им был вовсе не сквозняк, а один нахальный стихийник высшего порядка.
Чужая магия переправила меня через стол начальника, а после бережно опустила. И не куда-нибудь, а прямиком на колени к одному влиятельному и обаятельному сэйру.
— Ну здравствуй, Ирис, — хмыкнул он, нахально мне улыбнувшись.
Точнее, улыбкой это можно было назвать лишь с натяжкой, скорее уж хищным оскалом. Но определенный прогресс в проявлении эмоций
