Матово-черная чешуйчатая рука Элиана пробила грудную клетку мужчины с тошнотворным хрустом. Предатель захрипел, выронив кинжал. Его глаза расширились от шока, когда пальцы лорда сомкнулись прямо на его сердце и приподняли над землей.
— Ты... Как... — булькнул он, изо рта которого хлынула кровь.
— Я истреблю весь твой поганый род, потому что из-за тебя моя птичка плакала. Ты заставил ее увидеть то, что ей видеть не следовало, — жестко ответил Элиан.
Он резко выдернул руку. Тело бывшего друга тряпичной куклой рухнуло на залитую кровью брусчатку внутреннего двора.
Элиан медленно повернул голову в мою сторону, алая радужка полностью скрылась во мраке. Тьма вокруг него всё еще клубилась. Он сделал шаг к часовне, оставляя за собой цепочку кровавых следов...
Глава 22 Оковы
Элиан сделал еще один шаг к ступеням часовни, как вдруг его спина неестественно выгнулась.
Воздух разорвал металлический скрежет. Иллюзия окончательно спала: на шее лорда материализовался ауритовый ошейник. Но в этот раз все было иначе. Камень буквально полыхал раскаленным добела светом.
Смерть пленителя запустила финальный этап. Создатель мертв — значит, артефакт утянет за собой и носителя.
Я посмотрела в темные глаза Элиана. Он знал? И не сказал! Неужели он сразу к этому готовился?!
Элиан рухнул на колени, судорожно вцепившись когтями в металл, который вплавлялся в его плоть. Из его горла вырвался жуткий хрип. Тьма вокруг него взбесилась, слепо хлеща по камням двора.
— Элиан! — выкрикнула я, забывая обо всем.
Освободившись от захвата Лаяны я вывалилась за пределы спасительного купола часовни. Даже боль от раны померкла на фоне накатившего ужаса за своего мужчину. Пусть хоть тысячу раз кошмаров нагоняет, но будет жив!
— Элиан! — вновь позвала я его, приближаясь на негнущихся ногах.
Мы считали, что у нас еще есть время. Надеялись, что трещина в аурите замедлит проникновение яда. И, главное, даст нам возможность совладать с моей силой. Какая же чудовищная ошибка!
Я рухнула на колени в лужу чужой крови и обхватила лицо бьющегося в агонии мужчины. Его глаза закатились, чешуя на скулах побледнела. Он задыхался.
— Нет-нет-нет, даже не смей! — в панике зашептала я. — Ты обещал, Элиан!
Я перехватила ошейник обеими руками. Аурит обжег еще не до конца зажившие ладони. В нос ударил запах горелого мяса, но я даже не пискнула. Эмоции и чувства сгорали в задыхающемся хрипе. Осталось только одно эгоистичное желание:
«Не отдам! Никому не отдам! Он мой!»
Внутри меня что-то с сорвалось с цепи.
Если раньше я пыталась нащупать свою магию по капле, вытягивая её как нить из клубка, то сейчас плотину прорвало. Из моих ладоней хлынул поток магии, перекрывающий огонь аурита.
Мой холод с столкнулся с раскаленной лавой аурита.
— Отпусти его! — заорала я, вливая в камень всё, что у меня было, до последней капли.
Аурит пульсировал. Но моя магия уже проникла в трещину, разрушая проклятый камень изнутри. Всё глубже и глубже. Нужно было потерпеть еще немного!
Раздался звук, похожий на пистолетный выстрел.
Наконец произошел взрыв.
Осколки ядовитого минерала со звоном отлетели в стороны, тотчас рассыпаясь в воздухе пылью. Без подпитки это просто кристалл, который сложно, но можно разрушить. И я это сделала!
Следом широкий металлический ошейник с лязгом распался надвое и упал на землю.
Элиан судорожно втянул воздух.
Его тьма, освобожденная от многолетних оков и яда, вырвалась наружу. Но теперь она утратила свою разрушительную силу. Только в темноте можно увидеть свет, и Элиан нужен мне любым. Будь он злым, добрым, одержимым или по-драконьи пугающим — моим!
В тот момент, когда ошейник исчез, моя магия, всё еще струящаяся из обожженных ладоней, сплелась с его силой. Они начали резонировать между собой. Черный мрак лорда Запада мой искрящийся поток.
Огромный столб устремился в небо. Ударная волна прокатилась по земле.
Барьер над Каэр Мор вспыхнул ослепительным серебристо-черным светом. Я запрокинула голову, завороженно глядя, как купол меняет свою структуру. Он становился плотнее, многограннее, впитывая в себя наши силы.
Вот что произошло на юге, в Саэр Море?
— Верно, — прохрипел Элиан, смотря в небо, лежа у меня на коленях. Я даже не заметила, как спросила это вслух. — Примерно так выглядело обновление барьера. Еще один старейшина, который долгие годы несший ношу в одиночку и тяготы привязки, освобожден. И если бы барьер не восстановился, то рано или поздно место старейшины занял бы я. Но... Я нашел свое пламя исцеления, потому купол преобразился.
— Вот как... — произнесла я, пребывая в каком-то ступоре. Смысл слов до меня не сразу дошел.
Защита восстановилась, замкнув контур, и теперь ни один инквизитор, ни один портал не сможет пробить эту стену, а Элиан отныне свободен.
— Элиан!
Элиан наблюдал за моей переменой эмоций, откровенно наслаждаясь. Алая радужка полыхала ровным светом. Тьма вокруг него успокоилась, ласкаясь к моим щиколоткам. Чешуя на его руках начала плавно исчезать, сменяясь гладкой кожей.
Он поднял и посмотрел на свою руку, словно сам не верил собственным ощущениям. А затем вновь перевел взгляд на меня.
Лорд Запада подался вперед. Игнорируя кровь и грязь, он притянул меня к себе, пряча в кольце своих рук.
— Безумная, — хрипло проговорил он со вздохом облегчения. — Моя смелая, отчаянная птичка.
Я уткнулась носом в его распахнутую в нескольких местах разорванную рубашку, чувствуя, как ровно и мощно бьётся его сердце.
— Я же говорила, — пробормотала я, закрывая глаза от накатившей слабости. — Что не отдам тебя никому. Даже твоим проклятым артефактам.
— Не говорила, — насмешливо ответил он.
— Вот теперь сказала...
Эпилог
Я сидела в кресле на крытой террасе западной башни, наблюдая за тем, как тяжелые облака цепляются за невидимую глазу преграду. Небо окрасилось в золотисто-багряные тона.
После того дня наша магия слилась окончательно, образовав над перевалом монолитный серебристо-черный щит. И под этим щитом Каэр Мор процветал. Закрытый город драконов и нижнее поселение для беженцев работали как единый, слаженный механизм. Если драконы того желали, они могли спуститься к людям.
