на мою слабую подготовку к дуэлям, — и выжидательный взгляд глаза в глаза, сказавший моей собеседнице всё остальное.
— И ты решил предъявить мне претензию?
Лиру на этих словах нужно было видеть! Она словно бы засветилась вся изнутри, подобралась, что та хищница, внешне, однако, оставаясь само благодушие. Ну, бестия! Так нарочито играть — это уметь надо!
— Лира. Я знаю тебя уже давно. Я лишь хочу разобраться. Твоих рекомендаций запросто могли не послушать.
А вот теперь сияние Высшей орденки стало самым что ни на есть откровенным. Она была довольна, натурально довольна! Едва ли не счастлива даже… Улыбнулась мне так искренне, душевно!
— А вот это уже правильно, мой лорд. Не обвиняешь огульно. Доверяешь. Теперь я ещё больше уверилась в том, что мы сработаемся на Псионе… В общем, тут всё на самом деле просто. Они хотели загрузить тебя мечным боем. Спрашивали, скольких мечниц нужно пустить под нож, чтобы тебя натаскать на убийство псионцев. Знаешь, что я им ответила?..
— Нет.
Вот тут меня пробрало не на шутку. Они… реально готовы были подставлять под мои поля республиканок⁈ По сути, сознательно класть под нож, позволять уничтожить — лишь ради того, чтобы натаскать меня на убийство. Как земную собаку. Зубы сами собой заскрежетали. Это было уже слишком! Псионка же не спешила отвечать. Она дала мне время прочувствовать в полной мере всё то, что для меня было уготовано матерями-командирами. И лишь поняв, что хлебнул сполна, заговорила:
— Я ответила: ни одной, если не хотят лишиться твоего уважения. Они ведь исходят из своего видения Экспансии… Тебе же плевать на их Экспансию. У тебя своя — чтобы твои женщины не умирали. А мечниц после поединка ты неминуемо посчитаешь своими. Получится, что ты будешь раз за разом убивать своих. И не абы кого — а своих женщин. Предложить такое могли только полные дегенераты. Так я им и сказала.
— Спасибо, Лира… Я этого не забуду, — и я от всей души низко поклонился ей.
О'Грай восприняла этот жест как данность. Она знала, что мне есть, за что её благодарить.
— Рассчитываю на это, мой лорд. Мне пришлось пережить очень неприятный разговор в этой связи… — скривилась метиллия. — Он мне ещё долго аукаться будет. Считай, я приняла на себя предназначенный тебе удар. Но узнав тебя лучше, ни на секунду не пожалела. Пусть утрутся. И лучше нацеливают свои потоки — не на подтверждение собственных гениальных гипотез, а на реальную истину. Какой бы неприятной она ни была… Поэтому было принято решение сосредоточиться на когтях. В Ордене всегда очень негативно воспринимали эту практику… скажем так, неуставных… отношений во фракции. Когти не для будничной свары. Они для чего-то высокого. Орудие последнего шанса. Ага-ага. Но конкретно сейчас эта практика оказалась благом. Так что дери своих врагов когтями. Поверь, это даст тебе хорошие шансы выжить. А параллельно осваивайся с клинком как орудием убийства. Совмещай, так сказать, приятное с полезным. И не забывай, кто дал тебе возможность остаться самим собой, а не сделаться… цепным псом Республики.
И мечница отключилась. Видимо, ей тоже было тяжело продолжать этот разговор, и она решила банально свернуть его, как только представилась подходящая возможность. Я же остался стоять, раздираемый эмоциями, и были они прямо противоположны тем, с которыми я входил в этот разговор. Нет, подготовка, конечно, хорошо… Но не такой ценой. Лирана права. Удивительно, что она оказалась единственной здравомыслящей среди правящих матрон. Единственной по-настоящему человечной. Видимо, потоки влияют на человечность. Абстрактная целесообразность холодного разума — это совсем не то, что нужно человеку. В такие моменты она входит в противоречие с самой человеческой природой, с самой человечностью. Вот и думай, а так ли нужны людям машины?.. Отрадно, что республиканские машины до последнего сохраняют в себе остатки человеческого. Не исключено, что как раз благодаря повышенной сексуальности. Какой занятный каламбур получается… Продолжение рода — основа жизни цивилизации, и она же стала предохранительным клапаном от отказа от человечности. Есть над чем призадуматься!
Следующие несколько дней пролетели почти незаметно. Я до одурения тренировался с инструкторами мечного боя. Кое-кто из них пытался начать учить меня на когти, но не преуспел. Я сам кого хочешь научу бою на имплантах. И не только бою — конкретно это мастерство девочки перенимали с величайшей радостью. Благо, не сильно увлекаясь, иначе бы такие тренировки выродились бы в фарс, превратившись в натуральные оргии.
Именно на такой тренировке меня и застал срочный вызов боевого коммуникатора. На проступившей голограмме обнаружилась Милена собственной персоной. За её плечами открывался вид на что-то удивительно знакомое… Так! Стоп! Неужели это… Точно, космодром Ариала.
— Так, Кошак. Вижу, ты живой и невредимый.
— Не жалуюсь, — осторожно ответил я, аккуратно подбирая слова.
— И Верховной Ордена рядом нет.
— Нет, — я всё ещё не понимал, куда клонит подруга.
— Так почему же ты, фэй, нас не встретил⁈ — рыкнула ариала, заполнив лицом почти всё пространство голограммы.
— Ми, солнышко, ну я же не могу ночевать на взлётном поле космодрома? — эмоциональная реплика Старшей меня не пробила, я начал отвечать, вкрадчиво чеканя слова. Пришёл мой черёд подводить её под мои резоны.
— Не можешь.
— Тогда как я должен был узнать о вашем прилёте, милая? — надавил я.
Девочка на экране фыркнула. Очень знакомо и по-кошачьи. Затем обернулась к своим подругам.
— Смотрите, он ещё и зубки показывает!
— А я говорила, что не след оставлять его одного! — рядом с Ми возникла моська Лайны. — Его там быстро плохому научат. Это же Орден!
— Давайте кошки, выдвигайтесь. Я вас на входе в Цитадель встречу.
Такой вариант устроил всех. Девчонки ещё немного позубоскалили, но больше для проформы. Тем более, я видел, что они уже в катер садятся. Скоро будут здесь.
Пришлось извиняться перед инструкторами и прерывать занятия. На удивление, орденки отнеслись к воссоединению кошачьей семьи с пониманием. Ни слова укора в свой адрес я не услышал. А пока шёл к выходу из системы зданий, думал о кошках и о жизни — о жизни с кошками и без, если быть точным. И выводы получались очень и очень противоречивые.
Первые дни без сестёр по стае прошли, точно с плеч упала целая глыба. Было удивительно спокойно. Никто не давил, не навязывал игру, не зубоскалил. Ярослава не в счёт — при всей схожести её повадки, она другая. Я буквально отдыхал душой — благо, для тела подруг хватало. Одна Аня чего стоила! Да и Яру не стоило сбрасывать со счетов…
Спустя несколько
