— Ты доверяешь мне? — спросил Луис, глядя ей прямо в глаза.
— Полностью, — выдохнула Нелл.
Тогда испанец навис над ней, словно ощупывая взглядом все изгибы ее стройного тела. Дрожащей рукой он убрал прядь волос с лица Нелл с такой нежностью, что у нее чуть слезы на глазах не выступили.
Под его горящим страстным взглядом она почувствовала, как усиливается ее желание, и вся выгнулась навстречу Луису, когда он начал целовать ее тело сверху от груди и все ниже и ниже. Наконец он добрался до бедер. Умелые движения его рук и губ полностью лишили Нелл контроля над собой, ей было так хорошо, что казалось, еще чуть-чуть — и она не выдержит, задохнется от нахлынувших сладостных ощущений. И когда она подумала, что сейчас взорвется от возбуждения, Луис вошел в нее, словно заполнив пустоту, стал с ней одним целым.
Нелл обхватила его ногами и стала двигаться в такт. Когда Луис почувствовал, как первые волны экстаза пробегают по ее телу, он закрыл глаза. Каждый нерв, каждый мускул в нем были напряжены до предела и требовали разрядки. Тут Луис услышал, как хрипло вскрикнула Нелл. Он посмотрел в ее огромные, расширившиеся от страсти глаза и стал снова двигаться, касаясь ее бедрами, снова вызывая в ней сладостные волны.
Наконец Луис перестал сдерживаться и дал волю всему своему до сих пор сдерживаемому напряжению. В этот момент Нелл тоже — повторно — захлестнуло шквалом наслаждения, ничего не осталось вокруг, все перестало существовать. Осталась одна правда, одна истина: она и этот мужчина стали единым целым.
— Это было прекрасно, — без сил проговорила девушка.
— Да, прекрасно, — откликнулся Луис. Казалось, он тоже потрясен силой пережитого.
Очень скоро Луис, изнеможенный страстными любовными играми, уснул, сжимая Нелл в объятиях. Но Нелл вовсе не хотелось спать. Слишком много впечатлений, слишком много эмоций. Да и как можно спать, когда Луис так близко, когда хочется смотреть и смотреть на него бесконечно.
Нелл немного отстранилась, убрала волосы с лица и устроила голову на подушке так, чтобы можно было наблюдать за крепко спящим рядом мужчиной. Его лицо производило на нее какое-то гипнотизирующее действие. Нелл старалась запомнить каждый миллиметр, запечатлеть в памяти мельчайшие подробности его внешности. От нежности в горле встал ком. Нелл не видела в любовнике ни единого изъяна, все в нем казалось ей совершенным: от ловких чувственных пальцев, которые умели нежно ласкать, от сильных широких плеч до каждого спрятавшегося под темными завитками жестких волос шрамика на крепкой груди. Придется ли ей когда-либо узнать, откуда у него эти шрамы, покрывающие кожу, как ледяные узоры стекло в морозный день?
Луис беспокойно повернулся, пробормотав что-то по-испански. Нелл прижалась к нему поближе и прошептала на ухо:
— Спокойной ночи, любовь моя. И тут она заметила, как лицо его разгладилось, а напряженные мускулы будто обмякли, словно он услышал ее слова, и они успокоили его.
Нелл нежным жестом откинула с его лба прядь волос. Вдруг совершенно неожиданно Луис открыл глаза. Казалось, он смотрит прямо на Нелл, застывшую с поднятой рукой, но было очевидно, что Луис не очнулся ото сна, взгляд его был неосмысленным, каким-то туманным.
— Роза, — тихо, но совершенно отчетливо позвал Луис и снова закрыл глаза, оставив Нелл один на один с резким чувством унижения, обиды, разочарования.
Всего одно слово, и не осталось ничего. Слезы потекли из глаз Нелл. Неужели, когда они занимались любовью, Луис тоже мечтал о своей погибшей жене? Было больно думать об этом, все внутри сжималось от горя и отвращения.
Нелл осторожно сняла его руку со своей талии и перекатилась на другой край кровати. Села, прижала руку к дрожащим от сдерживаемых рыданий губам. Ведь до этого момента она чувствовала себя рядом с Луисом настоящей принцессой — прекрасной, особенной, желанной. Оставаясь собой, она в то же время оказалась кому-то нужной, для кого-то притягательной. Ей было комфортно с Луисом.
А как же его удивительная нежность? Как же его ласки? Неужели все это не по-настоящему? Нелл казалось, ее изгнали из только что обретенного рая.
Глава 13
Удостоверившись, что радионяня включена, Нелл устроилась на диване с любимым дамским детективом в руках. Десятый раз открыв книгу на одной и той же странице, девушка поняла, что забыться за разгадыванием лихо закрученного сюжета сегодня не придется, так как в голову лезут совсем другие мысли и деться от них некуда. Даже отвлечься не на что, так как племянник крепко спит, поэтому бегать к нему не нужно. Однако сейчас Нелл предпочла бы лучше побегать к младенцу, лишь бы не думать, лишь бы отстали грустные мысли.
Конечно, пройдет время, и все успокоится. Но пока этот момент не настал. Пока еще больно и неприятно. Да и вообще, правильно ли она поступила? Может, и не стоило отправлять то письмо?
Но Нелл была твердо убеждена — мужчина имеет право знать о предстоящем отцовстве. Пусть для нее это и чревато трудностями в дальнейшем. А трудности неизбежны. Луис в роли приходящего папаши — это будет испытание не для слабых. Стоит только представить себе, как красавец миллиардер заявляется к ней с какой-нибудь беловолосой пышногрудой красоткой, чтобы забрать на выходные ребенка, — и начинает ныть сердце. Это будет настоящий ад. И тем не менее разве можно скрывать от человека такую информацию?
В конце концов, несмотря на все душевные терзания, Нелл написала и отправила Луису письмо, в котором сообщала о своей беременности. И вот с тех пор прошел уже месяц. Даже если учесть все возможные задержки с международными отправлениями, испанец давно уже должен был получить ее сообщение. Получить и ответить. Но он молчал.
Нелл твердила себе, что все обернулось как нельзя лучше. Ее совесть чиста, она сдержала слово и поделилась новостью. А то, что он не дает о себе знать и никак не реагирует, — ну и слава богу! Ей так даже проще, не будет мешаться.
Но уговорить себя не получалось, и Нелл чувствовала разочарование, и обиду, и злость одновременно. И злилась она не столько на Луиса, на его бездушие, ведь проигнорировать письмо подобного рода было верхом невоспитанности, безразличием, немыслимым даже по меркам того корыстного и циничного мира, в котором вращался испанец. Кто знает, может, ему
таких писем приходит по нескольку штук каждую неделю! Нелл злилась на себя, на свою наивность и глупость. Ведь она искренне полагала, что Луис ответит, была уверена в этом и… и надеялась на это. Получается, она ошиблась. Осознавать это было больно, рана оказалась глубокой и затягиваться пока даже не собиралась.
