увереннее.
– Он высокий и смешной. Люди считают его некрасивым, но я с этим не согласна. Еще папа умный, он умеет скрещивать растения – например, кровохлебку, которая останавливает кровотечение, с красным нарциссом, сбивающим жар. Он вырастил особые яблоки: если съешь одно такое яблоко, сможешь насвистывать, как соловей. Папа не похож на других людей из замка.
– Не похож чем?
Аня задумалась, подбирая слова.
– В замке все постоянно говорят и думают про власть. Я слышала. У кого есть власть, у кого она была, кто ее получит. Они говорили: «У него есть доступ к уху короля».
– К уху короля?
– Да, знаю, это звучит странно! Как будто кто-то может завладеть частью короля. И еще деньги. Придворные все время говорят про золото. А папа сказал мне: «Начни поклоняться золоту, и тебе никогда не будет его хватать. Всю жизнь ты будешь злиться, чувствовать себя испуганной и слабой». Папа объяснил, что любить то, чего всегда не хватает, – это ужасное проклятие. – Аня подняла с земли камушек, кинула его вверх по склону и проследила, как он скатился вниз. – Такая скучища, эти разговоры про деньги. Еще скучнее были домашние задания. – Она попыталась найти подходящие слова, чтобы объяснить: – Скучные до смерти.
– Но все эти придворные… Когда-нибудь ты будешь ими править? Ты ведь станешь королевой?
Аня передернула плечами, посмотрела на кисти своих рук, исцарапанные гаганами, на рваный шелк платья.
– Наверное, стану…
Подъем становился все круче, и теперь ребятам приходилось не столько идти, сколько карабкаться. Ботинки стерли ноги, но Аня старалась не показывать, что ей больно, иначе Галлия заставила бы ее остановиться. Жак соскочил с плеча Кристофера и кружил над их головами.
– Уже скоро! – воскликнул дракончик. – Они здесь! Я их чую!
Наконец перед ними возникла широкая и плоская равнина из красного камня, обрамленная кое-где скалами и поросшая мхом и душистым кустарником. Вдали медленно брело стадо косматых диких коров, а среди скал темнел вход в пещеру.
– Пошли! – крикнула Аня и кинулась бегом.
Кристофер помчался за ней. Им оставалось пробежать всего около трех метров, когда тьма в пещере внезапно ожила. Наружу высунулась огромная голова и издала пронзительный вопль отчаяния и боли, а затем в небо взвилось пламя. Столбы огня вздымались снова и снова на много метров, они были высокими, как замковые башни.
Аня ничком упала на землю, на твердые камни. Потом приподнялась, ища взглядом Ку, и летящие во все стороны искры опалили ей лицо и волосы. Успел ли малыш улететь? Воздух покраснел от огня, почернел от дыма.
– Ку!
– Вон он! – крикнула Галлия. – На осыпи!
Аня схватила птенца и, сунув в карман, отскочила от струи дыма.
– Стой! Остановись! Мы пришли как друзья! – выкрикивал Жак на всех языках, какие только знал.
Но большой дракон не останавливался. Он плевался огнем под самыми странными и непредсказуемыми углами, без предупреждения, без смысла, крутя головой во все стороны.
– Это не Саркани! – воскликнул Жак. – Это самый младший член стаи. Братец, придержи огонь!
Дракончик попытался подлететь ближе, но большой дракон не слышал ничего, кроме собственного рева.
– Почему он не видит Жака? – крикнула Аня.
Голова мигом повернулась на звук ее голоса, и тогда она поняла. Дракон был слеп.
Его глаза были затянуты плотной красной пленкой, вот почему он бессмысленно вертел головой, выстреливая пламенем в любой незнакомый запах, звук, движение.
– Уходим! – сказала Галлия. – Уходим отсюда немедленно.
Но Аня уже подметила, что все-таки дракон поджигал не все подряд. У них на глазах маленькое стадо поросших шерстью коровок прошло в пещеру практически под ногами дракона, и он их не тронул.
– Жак, – удивленно спросила девочка, – неужели драконы держат коров?
– Они их не держат, – ответил Жак. – Это пещерные коровы. Драконы позволяют им бродить туда-сюда, спать в пещере, ходить на водопой, но иногда в качестве платы за гостеприимство съедают одно-другое животное.
– Так что будем делать? – спросил Кристофер.
Анино сердце забилось сильнее. Ее вдруг охватил азарт – а почему бы нет, а что такого, авось как-нибудь?..
– Скажи, Жак, а Саркани в пещере?
– Судя по запаху, да.
– Значит, если нам удастся туда пробраться, если получится пройти мимо этого дракона, мы сможем поговорить с ней.
– Как? – нетерпеливо каркнула Галлия. – Как ты проберешься? Говорю тебе, это безумие.
– Кажется, я знаю как, – сказал Кристофер. – Я читал в Иноземье одну книжку, и там описывается способ.
Он коротко пересказал содержание, и Аня кивнула:
– Да, у нас тоже есть эта книжка.
– «Одиссея»?!
– Ну, у нас она по-другому называется, но история та же самая. Мы называем ее просто «Путешествие», и знаешь, ведь все это происходило у нас. Одиссей путешествовал по Архипелагу.
Пещера
Коров пришлось уговаривать, чтобы они позволили их оседлать. Аня предложила им всю еду, какая была у нее в карманах, и в конце концов две мохнатые коровки разрешили сесть им на спину. Аня запустила руки в мохнатую шерсть. Если они с Кристофером будут пахнуть коровами, слепой дракон их не заметит.
Галлия полетела перед стадом со свежей травой в клюве, направляя коров к пещере. Время от времени она оглядывалась на Аню, поводя головой влево-вправо: все в порядке? И Аня с колотящимся сердцем вскидывала голову – да.
Через несколько минут они приблизились к лежащему перед входом дракону, и Аня с удивлением поняла, что он прекрасен. Издалека его чешуя казалась абсолютно черной, но вблизи она переливалась фиолетовым, темно-зеленым и глубоким синим цветом, а на брюхе, под крыльями и под подбородком все было рубиново-алым.
Когда ребята оказались совсем рядом, дракон начал принюхиваться. Аня напряженно замерла, но он снисходительно фыркнул, пропуская внутрь тех коров, что шли самыми первыми. Скоро подошла очередь Аниной коровы, и девочка затаила дыхание. Лишь в самый последний момент она скользнула под брюхо животному и повисла, обхватив его руками и ногами, вцепившись в длинную пахучую шерсть. Дракон повел мордой, тяжело выдохнул, и на мгновение каменные стены осветила одинокая искра. Стадо пересекло пещеру, свернуло в длинный туннель за ней и углубилось в сумрак.
Едва они вышли из поля зрения дракона, Аня соскочила с коровы, и Кристофер последовал ее примеру.
– Тебе есть чем посветить? – прошептал он.
Кивнув, принцесса достала из кармана перо феникса, которое ей принес Ку, и переломила его. Вокруг сразу разлилось красноватое сияние.
Вот только девочка совсем забыла, что от сломанного пера феникса исходит не только свет, но и сильный запах костра и фейерверка.
Стало слышно, как дракон принюхивается, фыркает и озадаченно тянет ноздрями воздух.
